Фантастика 2026-173 - Александр Вольт

Та вежливо улыбнулась и склонила голову. Пока никто не слышал от неё ни слова. Но она уже не напоминала сломанную куклу, не способную сделать и шага без посторонней помощи.

К слову, я забыл сказать, Ками взяла на себя обязанность протирать пыль в моей мастерской… хоть я и не просил. Вот и сейчас она держала в руке щётку-пипидастр (даже не думайте сравнивать это изделия для смахивания пыли с некоторыми нехорошими мужиками), которой смахивала пыль с моих стеллажей и оружия на стене.

– Слышь, старик, – возмущённо оглянулась на меня Оля. – Ты что, припахал бедную девочку убираться в твоём свинарнике? Совести нет!

– Да не делал я ничего такого! – возмутился я. – Она сама…

– Ага, сама, – продолжала бушевать Ольга. Я в поисках поддержки посмотрел на Ками, но той было наплевать на наши разборки. Она даже не смотрела на нас.

– Хватит придумывать глупости, – рассердился я. – Говори зачем пришла.

– Ах да! – тут же встрепенулась Ольга. – Хочу себе такую же двустволку, как у бойцов "мифриловой гвардии"! – заявила она, глядя умоляюще. – Пожалуйста! А то нечестно, что это есть только у ребят этого козла, – возмутилась она.

Легко догадаться, что козлом она обозвала Артёма. О их непростых отношениях я слышал от других, но не понял причину конфликта.

– К слову, – заметил я, – именно так называемый козёл предложил мне идею этих двустволок. Что ты с ним не поделила?

– Герцог предложил мне условие для возвращения… – хмуро произнесла Ольга. – Я должна в поединке победить… его.

– То есть предложил это герцог, а виноват парень? – удивлённо взглянул я, пытаясь понять логику.

– Ну да, – спокойно подтвердила она.

– Бред… – пробормотал я. – Ты слишком предвзято относишься к парню.

– И это говорит тот, кто пообещал прибить его, если он снова появится на пороге твоей мастерской, – хмыкнула она.

– Ну да, – я не смутился. – Разозлился я тогда сильно. А потом, изучив остатки самострела, понял, что погорячился, и мне следует извиниться.

– С чего вдруг? – вскинула она брови, одарив меня удивленным взглядом.

Я молча подозвал ее жестом к верстаку, указав на искореженные обломки самострела.

– Присмотрись, – предложил я, – что скажешь?

Ольга, прищурившись, внимательно изучила обломки и хмыкнула.

– Да парню крупно повезло, что отделался лишь потерей оружия, – заключила она. – Симпатичные зубки! Даже мифриловая камера слегка помята. Интересно, с кем это он так повстречался? Странно, что никто из тех, кто был в подземелье Арахнидов, об этом ни словом не обмолвился… Пауки так самострел не изувечат.

– И я о том же, – кивнул я. – Странно… И, главное, кроме Артема, никто толком ничего не расскажет… а он молчит, явно не желая сознаваться с кем умудрился столкнутся в тех местах.

– Так спроси его, – пожала плечами Ольга. – Ну, а что там насчет моих двустволок? – вернулась она к своей излюбленной теме.

Я вздохнул, полез на стеллаж и поставил перед ней большую коробку.

– Знал, что придешь, – заявил я, – подготовился. – С этими словами я откинул крышку, являя ее взору два новеньких двуствольных обреза, каждый из которых был украшен серебряной именной гравировкой. На прикладах красовались ее инициалы и родовой герб Русс.

– Ах ты, старый пройдоха! – искренне восхитилась Ольга, осторожно извлекая из коробки оба обреза. Из-за отсутствия запястий сделать двустволки полностью именными было невозможно. Именно поэтому гравировка с гербом рода Русс служила дополнительной гарантией того, что оружие никогда не попадет в чужие руки.

– И для твоей ученицы-дочери кое-что приготовил, – сказал я, выкладывая перед ней еще одну коробку. В ней лежал пистолет, подобный тем, что я сделал для Артема. На рукояти тоже красовалась гравировка рода Русс и мерцал кристалл крови, делающий это оружие именным.

– Здорово! – рассматривая пистолет, заметила Ольга. – Впервые такое вижу. И как им пользоваться?

– Он куда слабее твоих двустволок, но на расстоянии в десяток шагов остановит любого здорового мужика, даже в доспехах… Ей отбиваться в городе от всяких там козлов, в самый раз будет… Я ей потом покажу, как пользоваться. Но если она захочет научиться владеть им по-настоящему, пусть идет к Артему и просит его, – предупредил я.

– То есть это снова его идея, – констатировала Ольга. – Ну, все равно спасибо! – поблагодарила она. – Только вот я…

– Знаю! – кивнул я. – Заканчивай уже заниматься глупостями… А то так и будешь бесконечно перед всеми извиняться. – Я посоветовал ей: – Парень не виноват, что у тебя с герцогом некоторые терки.

– Не виноват, – согласилась со мной Ольга. – Кин специально его мне подсунул, чтобы я не попала в штурмовой отряд, – слегка недовольно продолжила она. – Видела я их поединки с Роном. Другие могут ошибочно полагать, что они равны по силам, но я-то вижу разницу… Из пяти боев три определенно завершились бы победой… Артема. Один бы свелся в ничью. А последний остался бы за Роном… Так что противник он серьезный, даром что целитель на которого моя сестренка положила свой глаз. – заявила она и добавила: – Завтра у меня с Роном бой… Этот желтоглазик тоже стал куда сильнее. Так что если я его не одолею, то и бросать вызов Артему смысла нет.

– Тогда удачи тебе! – искренне произнес я. – Буду за тебя болеть…

– Спасибо… – так же искренне поблагодарила меня Ольга.

Ольга уже было направилась к выходу, но вдруг замерла, обернулась и бросила через плечо:

– Послушай, Ворчун, а что это Ками так заворожена твоими мифриловыми клинками? Не припомню за ней такого…

Я лишь пожал плечами, не в силах разгадать тайну детской души.

– Да кто её разберёт, что у неё там, в этой маленькой головке, творится? Молчит, как рыба об лёд, а смотрит на них… словно на что-то кровное, выстраданное. Может, в прошлой жизни воительницей была, а эти клинки – отголосок забытых тренировок, зов крови.

Ольга задумчиво кивнула, словно соглашаясь с самой невероятной версией.

– Всякое может быть… Ладно, побегу. Спасибо за оружие! До завтра!

Я проводил её взглядом и вернулся в мастерскую, где