Фантастика 2026-107 - Наиль Эдуардович Выборнов

Еще один шаг — он наклоняется к отцу, его рука заносится сильнее. С испугу я было хотела что-то сделать или сказать. Нужно было это пресечь, нужно было остановить его.

Но я просто верила в Баса, ведь это его отец, он остановится. Я бы сомневалась, если бы перед ним была я или кто-нибудь еще.

Но это его отец. Он должен. Должен!

— Я верю в тебя, Бас, верю в тебя, — бессмысленно бормотала с испуга.

Мой голос на удивление звучал спокойно, потому что я знала, что ему это нужно.

Еще несколько болезненных мгновений — его ладонь теперь представляет только ворох черных смертоносных перьев — Бас стиснул зубы и задрожал от напряжения, всеми своими человеческими и нечеловеческими силами сопротивляясь незыблемому приказу собственного Хозяина.

Еще целое мгновение, продлившееся вечность и он вдруг падает на колени, а из его глаз срываются слезы. Его рука медленно опустилась, он уронил голову себе на грудь и закусил нижнюю губу.

Я обняла его сильнее и выдохнула неподдельное облегчение. Он смог, он смог. Бас смог остановиться.

— Все хорошо, Бас, — улыбалась во всю ширь специально я, так сильно, что аж челюсть свело. — Ты молодец, я знала, что ты справишься. Твой отец тоже знал. Ты такой молодец, Бас, ты такой молодец…

Сама не поняла, как голос дрогнул, и глаза налились слезами. Я прекрасно знала, что такое неподчинение для Воронов, как оно тяжело дается и чего стоит. Но Бас смог. Он был достаточно сильным, чтобы справиться. Ради отца, ради своей семьи. Ради своего будущего. Как же невообразимо силен был Себастьян Блэкторн. Это одновременно вызывало во мне и страх и облегчение, и неподдельный восторг. Гордость.

Едва сдерживая слезы, я была рада, что Бас сейчас не видит, как дрожит моя губа. Нужно было держаться, хотя бы сейчас, хотя бы перед Басом.

— Я его ударил… — с горечью все еще почему-то говорил в моих мыслях со мной Бас. — Я ударил отца…

— Ничего, это ничего. Он в порядке, Бас. Все хорошо. Я о нем позабочусь, я тебе обещаю. Он вернется домой и все будет хорошо.

— Что с мамой?

— Она очень ждет тебя домой, — почти не соврала я.

— Я… — я видела, как Бас переживал, даже на его беспристрастном лице отражались эмоции, — я ударил его…

— Ничего, Бас. Он не злится. Правда. Он же вообще хотел, чтобы ты убил его. Так что ты технически сделал отчасти то, что он просил. Не переживай. Он не будет на тебя злиться. Все хорошо, Бас, все хорошо.

Он вдруг поднял руку, и я на какое-то мгновение испугалась, что Бас снова предпримет очередную попытку атаки. Но нет, в этот раз он всего лишь положил ладонь на мое предплечье — я его все еще душила притворно добродушными объятьями — и больше слов я от него не услышала.

Я была в безопасности.

Как и его отец.

Не знаю почему, но я вдруг ощутила такое острое одиночество, что стерпеть его было практически невозможно. Может быть, это лишь отголоски реальности, может быть лично мои ощущения, но если хоть на миллиметр Бас ощущает то, что ощутила сейчас я…

Это действительно было невыносимо. Мне так хотелось что-то сделать, как-то это изменить. Но что я могу? Кроме того, что я уже делала? Убить его хозяина, самой чуть не помереть? Да, я бы сделала это, я бы сделала это еще тысячу раз.

Но я не могла. Я ничего не могла.

А что я могла?

Мысль пришла в голову совсем дурацкая, но других все равно нет, что тут и говорить? Высвободив одну руку, я расстегнула цепочку на своей шее и быстро перевесила кулон в виде розы на шею Баса.

— Ты не один. Себастьян, ты не один. Мы с тобой. Я и Грэй. Твои родители. Все будет хорошо. Я обещаю тебе. Все обязательно будет хорошо.

Бас сжал мою руку чуть сильнее, а потом внезапно растворился в вороньих перьях, и исчез.

От неожиданности по инерции я шлепнулась вперед, выставив ладони перед собой.

Исчез. Он исчез.

Резкая боль отчаяния внезапно разрезала мою грудь.

— Пожалуйста, — зашептала я. — Пожалуйста, Грэй. Ты так нужен ему. Прошу тебя, не оставляй его. Не оставляй его. Не оставляй его…

Словно завороженная я только и твердила одно и то же. Как же это невыносимо! Только представить себя на его месте мне стоило невообразимых усилий, а уж каково ему было идти против собственного отца? Собираться убить его?

Нет, я знала. Я знала наверняка, что Бас справиться. Ведь он сильный, он такой сильный! Он сильнее их всех! Грэй, ты слышишь? Нет, ты точно знаешь. Ты ведь наблюдаешь за мной с небес, ты в точности знаешь это.

А еще ты знаешь, что все будет хорошо. Только не оставляй его. Пожалуйста…

Еще какое-то время я приходила в себя и не думаю, что что-нибудь разительно изменилось бы в ближайшую вечность, если бы я не заметила, как Мэтью пошевелился. Быстро подняв голову, я увидела, что он приходит в себя.

Славу Богу! Я все-таки боялась, что удар Баса был более фатальным, что не удивительно, ведь он — Ворон.

Нельзя было раскисать, нужно было взять себя в руки и справиться с собой. Сейчас не время расслабляться и разводить нюни, я нужна отцу Баса. Себастьян бы этого хотел. Он этого и хочет. Потому и доверился мне. Да, он ушел именно поэтому.

Мэтью должен уехать, чтобы больше такого никогда не повторилось.

Больше и не повторится. Я знаю это наверняка. Потому что в конечном итоге я знаю теперь совершенно точно только одно: Бас сейчас намного сильнее всех Воронов вместе взятых.

Четырнадцать

После того, как Мэтью пришел в себя и смог самостоятельно подняться на ноги, я отвела его в лазарет. Если бы Рэйвин был рядом, было бы все гораздо проще, он бы вылечил раны мистера Блэкторна и все бы забыли об этой трагической случайности.

Бас остановился сам. Я была так этому рада, меня это сильно впечатлило. Ничто не идет в сравнение с этим. Бас смог. Он смог и сможет еще раз. Теперь он уже на полпути к свободе.

Как только медсестра ушла, я сразу же рассказала обо всем Мэтью. Сначала он был мрачен и подавлен, но потом его улыбка озарила его лицо.

— Я никогда в нем не сомневался, — произнес лишь он.

Теперь улыбнулась и я. Конечно, если бы Мэтью знал меня лучше, он бы понял, что радости в