Среди змеев - Марк Дж. Грегсон

Хватаю трость и быстро иду к двери. Элла и Брайс идут следом за мной.

– Маг, – говорю, постучав по камушку, – спускайся в тоннели на Пердицио. Пора вскрыть хранилище.

* * *

Собираемся у огромной двери. Все, даже Атвуды. Вперед выходит Маг с ключом; его рука-клешня возбужденно вращается. Он единственный, кто знает, как работает запирающий механизм. По крайней мере, мы на это надеемся.

Маг вставляет ключ в замок и проворачивает, однако ничего не происходит. Мы переглядываемся. Громила почесывает затылок.

Тогда исследователь отходит от двери, уперев руки в бока. Думает, а потом вскидывает руку с поднятым пальцем. Его осенило, но не успевает он ничего сказать, как Агресс отпихивает его в сторону:

– Подвинься, мелочь.

Глава семейства Атвудов выходит на свободный пятачок у двери, бросает на нее злобный взгляд и, зарычав, обеими руками упирается в механизм. Замок неожиданно проваливается внутрь. Раздается щелчок и через миг – отдающийся эхом громкий взрыв.

Огромная дверь с оглушительным звоном распахивается, и здоровяк Атвуд отступает.

– Как раз хотел это сделать, – раздраженно ворчит Маг.

– Долго собирался, – рявкает Агресс.

Мы с Брайс переглядываемся. Наши сердца грохочут, а в лица нам дует ветерок, пахнущий пылью и древностью. Ощутив укол страха, вспоминаю, почему мастер Оружейников спрятал свое изобретение: он опасался за весь мир и не хотел, чтобы оно попало даже в руки его собственного народа.

Когда изнутри перестает дуть, мы заходим. Стены расписаны старинными гербами в виде скрещенных мечей – видимо, это эмблема цеха Оружейников, – а в центре стоит громадное устройство, напоминающее пушку.

Сделанная наспех зловещая надпись на стволе предупреждает: «ВОЗВРАТА НЕ БУДЕТ».

Глава 41

Проспав несколько часов подряд, выхожу на палубу «Гладиана». Но только я открываю люк, как Агресс шлет приказ «Стоп!» всей армаде, и мой корабль резко останавливается. Стоят все, даже деревянное суденышко Мага.

– Почему мы о… – хочу спросить и тут же осекаюсь.

Кислотные облака под нами… исчезли. Сквозь черноту тянется отчетливая борозда, копьем пронзающая черные облака. И в эту прореху видна поверхность земли.

Брайс покидает место штурмана и, присоединившись к нам с Эллой у края борта, смотрит вниз.

– Гёрнер, – сообщает по коммуникатору Маг. – Должно быть, он забрал машину воронки с Пердицио.

– Что еще за машина? – спрашивает Агресс и, выслушав ответ исследователя, сплевывает: – Грязееды…

– Воронка поглотила черные облака, – говорит дальше Маг, – и создала эту борозду.

– Видимо, Гёрнер установил механизм на корпус «Голиаса», – вслух рассуждает Брайс.

Внизу мы видим полосу пустынной, гористой местности и поражаемся размерам Нижнего мира. Я растерян и, наверное, никогда к этому не привыкну. Внезапно выяснилось, что небо не бездонное, что под нами есть твердая поверхность и она – повсюду, куда бы мы ни направились.

Дальше, прямо по курсу нашего следования, земля сменяется бескрайними водными просторами. Они шире и явно глубже любого из наших озер, а на их поверхности – волны. Можно бесконечно смотреть на то, как они в брызгах пены бьются о берег. Так просто было бы сейчас забыть о задании, однако задержки непозволительны. Поэтому я подношу к губам коммуникатор и обращаюсь к армаде:

– Идем дальше.

В ответ раздается басовитое ворчание Агресса:

– Ты этой армадой не командуешь, Урвин. – Однако, сделав паузу, он распоряжается: – Идем по следу. Он выведет прямо на Гёрнера. С попутным ветром мы его обгоним и первыми придем к Дандуну.

Один за другим раздаются ответы «Есть!».

Ну конечно, Урвина тут слушать не будут.

Похлопав меня по спине, Брайс возвращается на место штурмана. На «Гладиане» лишь опорная команда: я, Брайс и Элла. Родерика, Отто, Арики, Китон, Есении и даже Тары нет, а без них здесь так пусто… и одиноко.

Я перевожу взгляд на синий кораблик Мага в авангарде армады, и в этот момент приходит сигнал лично мне:

– Кажется, ты тут больше не главный, принц.

Я раздраженно кряхчу. Да уж, спасибо, Маг. А вообще, с тех пор как мы попали в западню, это первый раз, когда исследователь заговорил со мной.

– Рад слышать, что ты не изменился, Маг.

Некоторое время в эфире стоит тишина, и я уже начинаю ждать от Мага дежурных извинений, мол, ему очень жаль, что так вышло с эскадрильей и нашими людьми… Однако тут мой камушек гаснет.

Я выдыхаю.

Несколько секунд – и армада Атвудов трогается в путь. Брайс давит на струны, уводя нас вперед, к кораблю Мага. Суда Атвудов – это старые металлические громадины, вооруженные мощными пушками; они не приспособлены к скоростным полетам, зато тяжело бронированы. Наконец армада остается позади, однако даже сквозь свист ветра до меня доносится смех страшилищ, которые ею правят.

Надо как можно скорее добраться до Дандуна. «Гладиан», безусловно, намного резвее любого из кораблей Атвудов. Но у нас на борту лишь горстка людей, да еще мы везем оружие Брона. Опрометчиво было бы оставаться без прикрытия союзников.

Включив магнитные ботинки, я перехожу на нос. Элла бросает на меня взгляд из-за плеча, а потом мы вместе молча смотрим на Нижний мир. Видеть то, что под чернотой, – это так… непривычно. Все словно перевернулось с ног на голову.

– Это как отыскать в доме тайный подвал, – говорит Элла. – Очень хочется заглянуть в него, посмотреть, что там. Почему Гёрнер убирает кислотные облака именно сейчас?

Я неловко переминаюсь с ноги на ногу, задаваясь тем же вопросом. Возможно, Гёрнер намерен впустить в Верхний мир больше лантиан, чтобы те помогли ему в грядущем сражении. Или он хочет жить в мире без кислотных облаков. Или затеял нечто такое, о чем мы даже не догадываемся.

– Мне это не нравится, – говорит Элла.

Я бы согласился, но, посмотрев в сторону Брайс, представляю, сколько там, внизу, людей вроде нее, молодого населения Колоний, которым просто хочется увидеть звезды. С самого Вознесения, когда будущие острова Скайленда оторвались от земной тверди и поднялись в небо, лантиане безвылазно жили глубоко под землей.

– Что бы ни случилось с Дандуном, – говорю, – все изменится раз и навсегда.

Элла молчит.

Ветер хлещет о корпус нашего корабля. Посмотрев влево, я вижу другое судно, идущее чуть позади. Его небесно-голубая обшивка покрыта пятнами ржавчины. Это «Доминион», личный корабль Громилы; он старенький, принадлежит к классу военных – списан из флота Стражи, а сейчас укомплектован родней капитана: Бугаем, Валуном и даже Петлей, его сестренкой. Имена у Атвудов просто ужас, но и сама их семья не лучше, так что ничего удивительного.

Сам Громила стоит на носу. Посмотрев в мою сторону, он кивает. Управление «Доминионом» он получил, видимо, победив