Фантастика 2026-168 - Светлана Волкова

называли Царём Иудейским (24) и обвиняли в том же! Иудея в те времена была под властью Рима. Может такое быть, что ученики и прочие ожидали от Мессии восстановления Израильского царства? Мог он? Мог. Мог ли повергнуть римские легионы? Верую, что мог. А ведь тогда Иуда кем бы стал? Царским казначеем! Возможно было ему так думать? Потому и целовал Иисуса как царя своего, а не как предатель жертву!

— Так вот почему Иисус знал о предателе, но ничего не предпринимал! Но, если честно, я не понимаю, что плохого могло случиться, стань Иисус царём? — спросил Зумар.

Бертран сокрушённо помотал головой:

— То путь человеческий, путь соблазна, отводящий от Царства Божия и возвращающего в Царство земное, то есть в Ад! Вот мусульманский пророк пошёл по пути земного Мессии воевать царство Божье на земле. И что получилось? Нет у сарацинов больше единства, и наследников пророка у власти тоже нет. Ложный путь.

А вот тут настала очередь удивляться Мушкиле. То, что Бертран еретик Мушкилу ничуть не волновало. Какая разница, христианин или еретик? Но вот такая постановка вопроса о роли пророка… Оказывается, не только у мусульман были претензии к христианам по поводу искажения божественного Послания и предназначения пророка. А ведь мусульмане считали Коран исправленной и улучшенной версией Послания, тем не менее признавая Инджил и Таурат (25) истинными.

Темнело. Генца всё это время не просто так ломал ветки — готовил лучины. Теперь поджёг и стал подсвечивать Бертрану:

— Давай дальше читай! А то уйдём и не узнаем, что дальше.

А дальше васки плакали, как дети. Сцена суда над Иисусом и его последующей казни произвела глубокое впечатление на юношей. В общих чертах они эту историю знали, но Бертран своим мастерским переводом придал сцене жизненных красок. Бертран и Санча умилялись реакции юных васков. Им-то этот сюжет был знаком прекрасно и уже не давал ярких впечатлений. Пожалуй, единственный из присутствующих, на кого трагическая развязка не оказала эмоционального влияния, оказался Мушкила. Жеребец видел и более ужасные картины. Как хищники раздирают и пожирают ещё живую жертву, как двуногие режут и разделывают барана, как двуногие тысячами убивают друг друга. Но одно дело Мушкила, а другое дело «камни» в его голове. Эта возрождённая душа, похоже, тоже сильно переживала. Череп Мушкилы напоминал осиное гнездо с разозлёнными обитателями. Так сильно и быстро крутились «камни», что это вызывало у Мушкилы весьма болезненные ощущение и головокружение. В такие моменты обычно происходило что-то необычное. «Камни» разрушались и отдавали знания или воспоминания. Мутные видения и вправду посетили Мушкилу, но в них было всё смешано: двуногие и кони. Жеребец ничего не понял. Видения схлынули, оставив недоумевающего Мушкилу: «Причём тут кони?»

* * *

Отряд уходил по извилистой тропе. Санча ехала верхом на кобыле и часто оборачивалась. На сердце у неё было неспокойно. Не нравилось ей это слово, которое начертал Мушкила: соло. Похоже на прощание. Обернувшись в последний раз Санча уже не увидела постройки, возле которой остались Мушкила и Бертран.

Зумар понял состояние домины и чуть приотстав, чтобы поравняться со всадницей, спросил:

— Может, следовало всё же взять с него клятву или как там у монахов… обет?

Санча лишь мазнула Зумара взглядом и отрицательно качнуло головой, её мысли всё ещё витали там, у заброшенного монастыря.

— Этот еретик не верит в клятвы, — пояснила свои действия домина.

— Он умён, — согласился Зумар, — но можно ли ему доверять? Лошадей же он потравил и книгу… похитил!

— Вот поэтому я пообещала ему то, от чего ему трудно отказаться. Без помощи купить шатби он не сможет. Не сам же он пойдёт добывать шатби у мавров?

«Если с Мушкилой что-то случиться, я сама найду этого еретика и в котле сварю», — вспышка злобы прогнала плаксивое настроение. Больше Санча не оглядывалась.

21 — проверка силы или испытание на прочность (латин.)

22 — В Зачале 45 Евангелия от Иоанна упоминается «у Иуды был ящик, то некоторые подумали, что Иисус говорит ему: купи, что нам нужно к празднику, или чтобы дал что-нибудь нищим».

23 — Поцелуем Иуда обозначил Иисуса, когда привёл «множество народа с мечами и кольями, от первосвященников и старейшин народных».

'Предающий же Его дал им знак, сказав: Кого я поцелую, Тот и есть, возьмите Его.

И, тотчас подойдя к Иисусу, сказал: радуйся, Равви́! И поцеловал Его'.

Зачало 108 Евангелия от Матфея.

24 — Пусть читателя не вводит в заблуждение различные «звания» Иисуса: Царь Иудейский, Христос, Спаситель, Мессия. На иврите это всё «машиах», что буквально означает «помазанник». Отсюда растут корни королевских и царских «инаугураций». Иносказательно у иудеев означает ещё «духовный лидер» и «царь». Христос — помазанник на древнегреческом. То есть Иисуса на самом деле называли Машиахом (Помазанником), и это вкупе означает и Царь Иудейский, и Христос, и Мессия, и Спаситель. В этой связи возникает вопрос, что конкретно спросил Пилат у Иисуса: «ты Царь Иудейский?» (зач.111 Евангелие от Матфея). И что было написано на табличке по-гречески и по-римски, которую поставил Пилат на кресте? (зач.60 Евангелия от Иоанна).

25 — Инджил и Таурат — под такими названиями упоминаются в Коране Евангелие и Тора.

Глава 4

Человек и конь ещё некоторое время стояли, после того как ушедшие скрылись из виду. Наконец, Бертран прервал молчание:

— Может всё же сам пастись будешь?

Жеребец лишь покосился в сторону Бертрана, который в этом взгляде усмотрел что-то знакомое и решил уточнить?

— А в прошлой жизни твоя душа была человеком благородного сословия?

Мушкила прислушался к себе и утвердительно прукнул.

— Ага. Тогда, Ваша милость, раз уж вышли наружу, не соизволите ли отобедать? — Бертран с поклоном развёл руками, указывая на полянку около постройки, поросшую ещё зелёной травой, которую не успело высушить жаркое летнее солнце. Здесь в горах с зеленью было получше, чем на жарких равнинах.

Жеребец развернулся к Бертрану и также, как Санча накануне, приблизил правый глаз к лицу Бертрана. Бертран чуть отклонил назад спину, но отшагивать не стал. Мушкила направился в постройку. Бертран проследовал за ним, ожидая, что конь хочет ему о чём-то сообщить. И оказался прав — Мушкила ухватился за свою лопатку, которая теперь стала полноценно его. Икац выстругал себе другую, а эту оставил коню, сунув вертикально в выемку между камнями фундамента алтаря так, чтобы коню удобно было её брать пастью. Бертран