Фантастика 2026-97 - Ольга Кобзева

Высоко над землёй два дракона вновь сошлись в смертельном бою. Аргалор первым атаковал, резко ускорившись и ударив серией огненных лучей. Его пламя было искажённым и жадным. Огонь рвал пространство и путал разум, заставляя Этериона колебаться. Но Беспощадный был слишком опытен, чтобы поддастся так легко. Плотные потоки холода и льда столкнулись с пламенем, и часть огня прямо в воздухе застывала, словно остановившись во времени.

Эти заледеневшие куски огня, кружась, падали вниз. Достигнув земли, они вновь активировались, взрывая подобно многосоткилограммовые бомбы.

Драконы снова сблизились. Аргалор попытался зайти сверху, обжигая спину врага длинным огненным лучом, прикрывая свой полёт десятками появляющимися огненными заклинаниями.

Этерион ответил коротко и жёстко — ледяной луч ударил в крыло красного, мгновенно сковав перепонки. Аргалор дёрнулся, потерял высоту, но его собственный огонь быстро начал уничтожать враждебную магию.

Пользуясь замешательством Аргалора, Этерион решительно атаковал в ближнем бою, сократив дистанцию.

Они сошлись вплотную, почти сталкиваясь грудь в грудь. В воздухе больше не было места для манёвров — только удары, рёв и кровь. Аргалор вцепился когтями в плечо Этериона, прорезая длинные раны.

Пламя с примесью кошмара вырвалось прямо между их телами, обжигая и искажая пространство. Этерион чувствовал невыносимую боль, но он выдержал, ответив в свою очередь резким выбросом холода. Огонь Игниса на чешуе Аргалора начал кристаллизоваться, замирая в неподвижности, а следом застывало уже и его тело.

Этерион внезапно ударил лбом, деформируя шлем Аргалора и стараясь задними лапами выпотрошить живот своего врага. Благодаря своему размеру он был в куда более выгодном положении в положении тесной схватки.

Ударные волны от их столкновения гремели одна за другой, и будь неподалеку даже старый дракон, то он скоро бы рухнул вниз от внутренних повреждений.

Однако красный дракон вовремя пришёл в себя и вгрызся в плечо белого дракона, заодно прожигая плоть кошмарным жаром, но холод тут же сковал рану, не давая ей расшириться. Хуже того, лёд расползался по челюстям Аргалора, замораживая и ослабляя мышцы.

И чем дальше шёл бой, вновь начала проявляться разница в их силе. Да, ритуал Гидры дал Аргалору невероятные силы, сделав его таким же могущественным, как дракона двенадцати, а может и тринадцати метров. Но проблема была в том, что Этерион имел все шестнадцать метров роста и потратил десятилетия, чтобы отточить свои способности в этом качестве.

Белый дракон методично и технично ломал своего противника. Когти вонзались в красную чешую, лёд проникал под защиту, замедляя движения. Аргалор, содрогаясь от холода, терял контроль, удары становились слабее и менее точными. Он всё ещё выпускал огонь из пасти или создавал его вокруг своего тела, но всё чаще Этерион успевал гасить его прямо возле пасти, покрывая клыки инеем.

Внезапно Лев что-то почувствовал. Собрав остатки сил, Аргалор взорвал между ними волну кошмарного пламени, подпитываемый всей болью и яростью, что бушевала у него внутри.

Этериона отшвырнуло прочь, но прежде чем он успел вновь сойтись в клинче, его и так пострадавшая от огня спина содрогнулась от вылетевшего из пустоты кислотного копья!

Немного восстановившаяся и отросшая белая чешуя вновь оказалась уничтожена, а Этерион аж зарыл от охватившей его боли. Может быть, огонь красных драконов был одним из сильнейших выдохов цветных, но в тройке самых мучительных для жертв выдохов кислота чёрного дракона лидировала между первым и вторым местами.

— Ой, Аргалор, мне кажется, или ты в затруднительном положении? — знакомый голос, до краев наполненный издевательством, ввинтился в уши Льва.

Прямо из воздуха начал проявляться сравнительно небольшой чёрный дракон. И хоть размер Цербаса и был невелик, но зато его злорадство в этот момент не уступало титаническому дракону.

— Ну надо же, — продолжил Цербас, лениво расправляя крылья. — Великий Аргалор, Убийца Бароса, и не может справиться с одним белым древним? Пока я перебил всех своих врагов, ты до сих пор возишься с одним единственным?

— Заткнись, Цербас! — лихорадочно рыкнул Лев, еле успев заблокировать очередную порцию атак Этериона. Однако сила удара вновь заставила его тело взвыть от боли. — Твои противники не чета моему одному!

— Ой, как грубо. Я просто наслаждаюсь моментом. Помнишь, как ты говорил нам всем, что справишься с ним в одиночку? Как жаль, что я не принёс на ту встречу записывающий иллюзиограф… Подожди, а я ведь принё… — смех Цербаса захлебнулся в его горле, когда Этерион возник прямо перед ним.

Беспощадный специально делал вид, что игнорирует эту мошку, но на самом деле выжидал подходящего момента, чтобы с ней расправиться.

И лишь благодаря в последнюю секунду возникшему на пути когтей Этериона многослойному барьеру Сиарис Цербас не оказался разорван на несколько маленьких чёрных драконов.

Тем не менее даже так, хоть лапа белого древнего ящера и оказалась замедлена, Цербас всё ещё получил «плюху», заставившую его жалко лететь вниз, колышась подобно сдувшемуся воздушному змею.

Бум! — тело чёрного дракона с грохотом упало внизу, прорезав длинную траншею.

— Цербас! — испуганный крик Сиарис, сестры Аргалора, прорезал воздух. Латунная драконица спешно нырнула вниз и, приземлившись, поспешно побежала к нему. — С тобой всё хорошо⁈ Пожалуйста, не смей умирать! Ты не можешь так со мной поступить!

«Почему она так заботится о нём? И что она имеет в виду „так со мной поступить“?» — недоуменно подумал Аргалор, пока в его кишках зрело какое-то новое, тёмное чувство. От надвигающегося чувства катастрофы его живот поджался, и у Льва появилось невероятно плохое предчувствие: «Подождите-ка… Тот любовник, о котором Сиарис рассказывала, с которым она познакомилась на фронте… вместе с Цербасом…»

На мгновение разум красного дракона закоротило, а затем он извёргся поистине апокалиптической яростью.

— ЦЕРБАС, КОНЧЕННЫЙ ТЫ УБЛЮДОК! — его бешеный крик на мгновение преодолел саму концепцию звука, став чем-то большим, разлетевшись по всему полю боя и далеко за его пределы. О чём говорить, если этот крик услышали даже в планах стихий. — Когда я расправлюсь с Этерионом, то оторву твои чёртовы яйца, поджарю их, а затем заставлю сожрать! И буду так делать, пока они у тебя не перестанут отрастать!

— Кажется, он не очень хорошо воспринял эту новость… — кряхтя от боли, простонал Цербас склонившейся над ним Сиарис.

— Ну, у него есть как минимум другой способ, кроме тебя, на кого можно выплеснуть эти эмоции. — сложным тоном произнесла Сиарис, смотря на своего брата, который, кажется, перешёл в состояние