Фантастика 2025-39 - Екатерина Аникина

что я доверился этой странной девчонке и теперь все станет ясно. Если она справится, то у нас большие шансы, если нет то все идет в задницу и я поведу ребят в самоубийственную атаку. Приказ есть приказ, а на моем ранге остается только выполнять. Не выполнение приказа это трусость, а наказание за нее в военное время одно — смерть.

Мои глаза уже привыкли к ночной мгле и в этой кромешной темноте я начал различать какие-то силуэты. Огненная звезда факела несмотря на расстояние настолько жутко слепила глаза, что пришлось опустить взгляд ближе к земле.

Я чуть не пропустил самое интересное, скорость с которой развивались события поражали. Одни смазанные тени рванули к другим, раздалось несколько сдавленных стонов и уже через несколько секунд тени двинулись в нашу сторону.

— Задача выполнена командир, — с легким поклоном доложила Мэйлин. — Есть несколько удобных проходов, но надо делать все тихо.

В стандартной легионовской палатке располагались места для одиннадцати человек. Десятник всегда спит со своими бойцами. Это полусотники и более высокое командование спят в отдельных офицерских шатрах. В армии Империи все стандартизировано для простоты обучения и минимизации расходов.

Словно тени мы проскользнули в мирно спящий лагерь фиолетовых. Четыре сотни бойцов, это сорок с лишним палаток с учетом офицерских шатров. Разделив своих бойцов на пятерки я распределил цели. В каждую пятерку я поставил одно из бойцов умеющих хорошо метать копья, с приказом реагировать по обстановке.

От нервного напряжения по позвоночнику скатывалась тонкая струйка пота. В горле пересохло. Приказ который я отдал был отвратителен и мне было откровенно хреново. Одно дело бой лицом к лицу, когда ты рубишься с противником один на один. Даже нападение из засады дает врагу хоть какие-то шансы, но когда ты взрезаешь полог палатки, чтобы убить спящего это совсем другое.

«Хватит потомок. Ты такой же как и я. Ты карающая длань Крылатого отца. Вороны будут кружиться и петь песню победу. Сомневаться можно до того как ты решил, начав выполнять ты должен стать подобен клинку, что разит врагов в руках мастера. Я верю в тебя».

Не знаю, что больше мне помогло слова предка или же осознание, что эти люди спящие в палатках не пощадили бы меня, но я отдал приказ. С едва слышным звуком острые клинки вспороли парусину палаток и каждый из нас нанес несколько быстрых ударов. Никакой жалости, никакой пощады. Эти мысли крутились в моей голове, а голос голодных духов становился все более настойчивым. Они уже не шептали, они кричали мне о том какой я глупец. Сколько тут бесхозной силы. Стоит сделать лишь маленькое усилие и снять амулет и с этих тел и я стану сильнее. «Да заткнитесь вы!»

Тихонько разрезать парусину, увидеть лежащее тело и убедившись, что все остальные готовы нанести несколько смертельных ударов. Никакой самодеятельности, только безжалостная эффективность. Не знаю как остальных, а меня трясло от того, что я делаю и приходилось прилагать просто титанические усилия, чтобы вот так просто воткнуть клинок в спящего человека.

«Это придет со временем Ян. Пока ты боец, а не убийца. Тебе надо отточить свой разум и свою волю, чтобы ты смог справиться с теми испытаниями которые тебе еще предстоят. Ты чужак в нашем мире и в тебе слишком много мягкости. Я видел твою память. Ты любишь и умеешь сражаться, но до того как ты попал в этот мир на тебе не было смертей. Пойми иногда смерть одного это путь к спасению тысяч. Благословение голодных духов для тебя спасение и проклятие одновременно. Они притупляют ужасы смерти, но они же постоянно тебя подталкивают на путь смерти. Никогда не упивайся смертью, она лишь инструмент, когда все остальные бесполезны. Цена твоего разума — целый мир. Может есть и другие потомки кланов крови, но мы можем быть точно уверены только в тебе.»

Это все не по настоящему, эти ребята завтра встанут и будут ругаться матом на малолеток шан, которые их обыграли. Эти мысли и слова Тинджола примеряли с тем, что мне приходилось делать.

Мы были настоящими палачами, двигаясь от одной палатки к другой и пока все шло отлично. Но везение никогда не бывает вечным. Из офицерского шатра вышел какой-то крепыш, громко зевающий и потирающий глаза. Он был одет в одни штаны, но стоило ему заметить нас как он тут же словно проснулся.

— Какого демона вы тут делаете? — удивленно спросил он, но судя по изменившемуся выражению лица он начал осознавать, что происходит. Чертова луна, могла бы и помочь. Хочешь что-то сделать хорошо сделай это сам, боец с копьем словно завис увидев противника.

Словно заправский спринтер я сорвался с места и, прежде чем он успел набрать в лёгкие воздух, один из моих шуаньгоу уже летел в него. Главное, меч-крюк сделал — сбил дыхание. Но метать подобное оружие явно надо учиться. А дальше дело оказалось за малым.

Я налетел на него пока он пытался схватить мой шуаньгоу. Пинок в лицо немного убавил его прыти, но он оказался куда крепче чем я думал и вместо того чтобы отключиться решил атаковать. Из положения лежа он попытался подсечь меня, но если чему и учат в школе Шуте-бокс, то это как правильно атаковать лежащего противника. Сальто с приземлением двумя ногами на его грудь и тут же добить его руками. Глядя на затихшее тело, до меня только сейчас дошло, что я просто мог перехватить меч-крюк прямым хватом и добить его не напрягаясь. Гребаная сила привычки.

Напряжение мало помалу начало меня отпускать и подхватив шуаньгоу, я указал на этот шатер, пора заканчивать. Нам не может везти вечность и пока это везение сохраняется надо успеть как можно больше.

Шатры офицеров были примерно раза в два с лишним больше палаток солдат и так просто разрезать полог, чтобы убить спящего не получится. Полусотники предпочитали спать в куда более удобных условиях.

Глубоко вздохнув, я отбросил все свои сомнения и аккуратно откинул полог шатра. Предательница луна скрылась под покровом набежавших туч и было практически ничего н видно. Жестом остановив бойцов которые готовились последовать за мной я сделал первый шаг. За ним второй.

Первого полусотника я скорее почувствовал, чем увидел и понимая, что каждая секунда на счету тут же присел на одно колено вбивая шип на рукояти шуангоу ему в горло одной рукой, а ладонью закрыв рот. Кто знает на, что способны профессиональные бойцы легиона прошедшие уже не одну битву.