Фантастика 2026-4 - Артемий Скабер

Насколько нужно себя возвысить, чтобы относиться к остальным так? И это при том, что по факту он — прислуга, цепной пёс на поводке у императора. Золотая клетка остаётся клеткой, какой бы роскошной она ни была. Подавил мрачную усмешку.

— Уж не знаю, как и когда ты надел ошейник. Уверен, что на то была причина, — продолжил спокойным тоном. Мой голос звучал почти задумчиво, словно я размышлял вслух. — Но, чтобы тебя освободить, нужна имперская кровь.

Произнёс последние слова чуть тише, словно делясь сокровенным секретом. Эффект превзошёл все ожидания.

— Что? — глаза Казимира округлились, в них мелькнуло что-то похожее на надежду, тут же скрытое за маской недоверия. Он подался вперёд, забыв о своей надменной осанке.

— Это самое логичное подчинение, — я пожал плечами с деланным безразличием, хотя внутри ликовал, заметив его реакцию. — Видишь ли, так вышло, что мой род Магинских тоже происходит от императорской линии.

Сделал паузу, наблюдая, как эта информация оседает в его сознании. Пальцы Казимира едва заметно дрогнули, а в глазах появился хищный блеск.

— Мои родственники когда-то были монархами. Но, как обычно бывает, семьи повздорили и всех убили, оставив только одну, — я развёл руками, изображая бессилие перед историческими обстоятельствами. — Поэтому уверен на девяносто процентов, что смогу тебе помочь.

Казимир застыл, как статуя. Кадык дёрнулся, когда он сглотнул, и я понял: маг клюнул. Крючок заглочен, леска натянута, осталось только подсечь и вытянуть рыбку на берег.

— Что ты хочешь взамен? — тут же спросил мужик, и в его голосе прорезалась сталь. Он смотрел испытующе, ища подвох. — Клятву крови? Предлагаешь мне просто поменять хозяина?

В его тоне было столько презрения, что им можно было отравить небольшое озеро. Я почти физически ощущал, как Казимир сопротивляется самой мысли о новом подчинении, о новом ошейнике, пусть даже невидимом.

— Нет, — помотал головой, чем вызвал неприкрытое удивление. Брови мага взлетели вверх, морщины на лбу стали глубже, а глаза расширились.

Судя по тому, что рассказал Клаус, Цепиш — человек очень гордый, больше всего мечтающий о свободе. Из-за ошейника он застыл в развитии, в отличие от других магов-уродов высокого уровня. Ему попросту запретили расти, становиться сильнее, совершенствоваться. Всё равно что связать птице крылья и запереть в клетке. Это должно было сильно ударить по самолюбию. Я почти мог представить, как он ненавидел каждый день своего существования, каждый миг подчинения. Сам был на его месте… Поэтому пытаться его переподчинить — бессмысленная затея. Он скорее умрёт, чем примет новые оковы. Нужно действовать тоньше.

— Что же я хочу? — задал вопрос сам себе, делая вид, будто размышляю. Солнечный луч упал на моё лицо, и я слегка прищурился, выдерживая драматическую паузу. — Ответы на вопросы о таких, как ты, — магах, которые прорвались через барьер.

Я видел, как напрягся Казимир при этих словах. Что-то промелькнуло в его взгляде — то ли страх, то ли удивление.

— Про Зло хочу узнать подробнее. Про этот серебряный ветер, — продолжил я, намеренно используя неправильный термин, чтобы проверить реакцию.

— Серый, — поправил меня маг автоматически и тут же поджал губы, словно пожалел о своей поспешности. Его пальцы сжались в кулаки, костяшки побелели от напряжения.

— Клятва, что ты никогда не нападёшь на меня и мой род, — продолжил свой список, внимательно следя за каждым изменением лица. — И… маленькая помощь с монстрами.

— Что? — поднял брови Казимир, в его голосе прозвучало искреннее удивление. Он явно ожидал чего-то другого, более значительного. Чего-то, что соответствовало бы цене свободы.

Лицо мага слегка побледнело, на лбу выступили капельки пота. Он незаметно переместил вес тела, опираясь больше на правую ногу, словно левая начала подводить. Яд медленно, но верно делал своё дело.

— Там сущий пустяк для тебя, — добавил я небрежно, словно речь шла о сборе букета цветов (что очень похоже на правду). — Просто немного поджимает время.

Я почти видел, как работают его мысли, как он взвешивает варианты, просчитывает выгоду и риски.

Казимир не дурак, несмотря на всю свою гордыню. Он понимает, что моё предложение — это единственный шанс на свободу за многие годы, а может, и десятилетия рабства.

— Ты клянёшься своим именем, родом и кровью? — маг смотрел очень серьёзно. — Что не потребуешь больше ничего? Что я освобожусь от ошейника?

Он произнёс это тихо, почти шёпотом, словно боялся, что стены услышат его слова и донесут до ушей императора. Заметил, как пальцы мужика машинально коснулись шеи, где под высоким воротником скрывался ошейник — ненавистный символ рабства и унижения.

— Да! — кивнул с уверенностью, встречая его взгляд без тени сомнения. — Я, Магинский Павел Александрович, клянусь кровью, родом, честью и силой, что не потребую с Казимира Цепиша больше того, что сказал.

Слова клятвы разнеслись в воздухе, почти физически ощутимые. Я чувствовал, как они связывают меня, создают невидимые узы обязательства.

— Имей в виду, мальчик, — маг выпрямился, собирая остатки достоинства. — Если не выйдет, то я заберу тебя с собой. У меня заказ.

Угроза прозвучала вполне реально, несмотря на ослабленное состояние. Я видел решимость в его глазах. Он точно не шутит.

— Имей в виду, ручной маг, ты ослаблен, — хмыкнул в ответ, демонстрируя, что его угрозы меня не впечатляют.

Теневой шаг. Мир на мгновение размылся перед глазами, превратившись в смесь серых и чёрных оттенков. Я почувствовал знакомый холод пустоты, а затем оказался за спиной Казимира. Резким движением достал меч из пространственного кольца, лезвие со свистом рассекло воздух, и я упёр его в шею мага.

Холодная сталь прижалась к пульсирующей вене. Я чувствовал, как она бьётся под лезвием, — быстро, чаще обычного. Казимир замер, не смея шевельнуться. Даже дыхание его стало поверхностным, осторожным.

— Если бы я хотел твоей смерти… — слегка надавил, достаточно, чтобы он почувствовал остроту клинка, но не настолько, чтобы порезать кожу. — Раз хочешь так, то яд пока останется в твоём организме.

Чувствовал напряжение, ощущал, как каждая мышца в его теле готова к действию. Но он не двигался. Мудрое решение. Одно неверное движение, и голова оказалась бы на земле.

Убрав меч, я отступил на шаг и поправил пиджак, одёрнув манжеты и проведя ладонью по лацканам, смахивая невидимые пылинки. Огляделся