Жизнь После - Василий Сергеев

Встав, Эн Сабах Нур только теперь посмотрел и на замерших под его взглядом низших, одной лишь мыслью подтащив ближайшего из них к своим ногам.

Взирая сверху вниз на перекошенное от страха неизвестности загорелое лицо еще секунду назад поклонявшегося ему смертного, Первый-под-Небом медленно положил свою руку ему на голову, перестраивая свою физиологию под использование нужного дара.

Пока, прикрыв налившиеся белизной глаза, древний мутант изучал чужую память, все остальные низшие, ощутившие приближение неминуемого и попытавшиеся спастись бегством, повинуясь его воле тут же буквально провалились под ставший подобием зыбучего песка а затем вновь затвердевший каменный пол.

— Прошло пять тысяч лет… — покачал головой спустя всего несколько минут Апокалипсис. — Меня не было так долго.

Он не нашел в чужих мыслях никаких упоминаний о себе или своем Царстве, но даже обрывочных школьных знаний о существовании на этой земле так называемого «Древнего Египта» было вполне достаточно, чтобы сопоставить примерные даты.

Куда больше, впрочем, его заинтересовала совсем не дальнейшая судьба оставшегося без правителя Царства, а то, во что спустя целые тысячелетия превратился ставший таким незнакомым ему мир.

Мир, где низшие, вопреки его заветам подняли головы, посчитав себя доминирующей силой. А его разобщенные и покинутые потомки послушно им это позволили.

Даже эти фанатики искали его не для того, чтобы он снова вернул свою власть. Они лишь слепо поверили чужим словам о том, что Великий подобен какому-то «джину», исполнявшему желания первых, кто его найдет.

Впрочем, даже этот низший оказался не совсем бесполезен, прежде чем обратился в прах, не пережив взаимодействия с его силой. Вместе со всеми своими знаниями он передал и образ темноволосой женщины в пыльных бесформенных одеяниях. Именно она нашла их лидера и направила их всех сюда, указав, где именно погребен запечатанный Бог. Пусть в глазах низшего она и казалась такой же как они, но Апокалипсис был уверен, что видел в чужих воспоминаниях обладавшее даром дитя.

Перед тем, как покинуть ставшие его гробницей покои, высокий, обладавший отливавшей синим цветом кожей мутант, наклонившись, поднял с земли одну из четырех практически полностью прозрачных и похожих на стеклянные пирамидок, лежавшую далеко в стороне от остальных, установленных по углам его ложа.

Проведя пальцем по крохотному иероглифу скипетра на не имевшей и следа грязи даже спустя столько тысячелетий поверхности, уже в следующую секунду Апокалипсис с силой сжал кулак, превращая свое же творение в горстку блестящей пыли. Следом ту же участь разделили и остальные, поскольку ему была ненавистна сама мысль о том, что в этом мире останется хотя бы одно физическое напоминание о постигшем его предательстве.

Сехереп. Его дар своим сильнейшим последователям. Оружие, которое они должны были направлять на сильнейших из его врагов: будь то приспешники Одноглазого завоевателя или поклонявшиеся механическому Разуму гости с Небес. Оковы, благодаря нарушившим клятвы погрузившие его в практически вечный сон.

Пройдя по длинному, уходившему вверх явно рукотворному туннелю, древний мутант наконец-то оказался под открытым небом, после чего с печалью огляделся по сторонам.

Аккаба. Столица великого Царства, названная в честь его родного племени, с подчинения которого и начался его путь к власти. Сплав полученных от неизвестной цивилизации технологий и установленного после объединения многочисленных разрозненных племен в единое государство порядка. Некогда величайший город на планете сейчас покоился под многокилометровой толщей песков, проигравший свое сражение с безжалостным временем.

В последний раз посмотрев на опустевший палаточный лагерь посреди пустыни, Эн Сабах Нур сосредоточился, вновь обращаясь к своим чувствам. Он ощущал их. Десятки, даже сотни обладателей дара, как сильных, так и слабых, едва раскрывших свой потенциал. И тысячи тех, в ком теплилась лишь спящая искра. И это только в пределах доступных ему сил…

В одном эта эпоха явно превосходила ту, что он оставил позади. Раньше ему приходилось разыскивать каждый новый талант месяцами, теперь же в пределах его чувствительности их уже было невероятно много. Поразительно.

Впрочем, сейчас его интересовало одно конкретное дитя, поучаствовавшее в его возвращении, но почему-то не посетившее эту церемонию лично. «Нашел.»

Подчиняясь его воле, пространство перед ним исказилось в энергетической воронке, объединившей две точки на полотне реальности в одну.

Переход…

Сидевшая спиной к нему женщина оказалась именно такой, какой ее и запомнил тот низший. А еще внутри нее пылала довольно сильная искра дара, как Великий и думал изначально.

— Долгих лет… Первому под Небом. — едва ощутив чужое присутствие, она тут же вскочила и опустилась перед ним на колени, склонив свою голову к земле и приветствуя его на весьма корявом, но понятном ему языке высших. Мертвом языке, который современные историки и лингвисты называли не иначе как древнеегипетский.

— Поднимись, дитя. — древний мутант, однако, перестроив свои связки для большего удобства, обратился к ней на недавно изученном благодаря чужой памяти одном из множества языков низших, наиболее распространенном в нынешнюю эпоху. — Я дарую тебе право не склонять голову передо мной, ибо за свое деяние ты достойна величайшей награды.

Но с каждым его следующим шагом, сокращавшим весьма небольшое пространство между ними, на лице Эн Сабах Нура все сильнее проступала искренняя печаль:

— Я чувствую твой страх, дитя. Ты хорошо его маскируешь, но вся твоя суть кричит от ужаса. Ты не желаешь, чтобы я был здесь. Почему? Что ты скрываешь от меня, отчего боишься?

Остановившись прямо напротив старавшейся выглядеть спокойно женщины, Апокалипсис вздохнул. Ему не нравилось то, что он собирался сделать, поскольку, несмотря ни на что, она была лишь одним из его заблудших потомков. Но боль от предательства все еще была достаточно сильна, поэтому, немного поколебавшись, облаченный в технологичный доспех мутант все же возложил руку на ее голову, погружаясь в глубины чужого разума. «Прости, дитя.»

Однако уже через пару секунд все сожаления пропали из его мыслей:

— Использовать меня? Не знаю, поражаться твоей смелости или сетовать на безграничную глупость, дитя. Пожалуй, я знаю, какое наказание ты получишь за подобный грех. — сосредоточившись, он одну за другой уничтожил несколько фальшивых личностей, а затем еще глубже «погрузился» прямо в ядро ее основы, внося туда многочисленные коррективы.

Закончив спустя несколько минут, Эн Сабах Нур медленно отступил, разглядывая получившийся результат. За все время своего правления он лишь пару раз прибегал к подобному, предпочитая обычно куда более мягкие методы. Однако случившееся с ним пять тысяч лет назад оставило свой след. Не могло не оставить.

Закрытые глаза Сэйдж вновь открылись, и она тут же послушно встала за спиной своего нового господина,