"Фантастика 2026-193". Компиляция. Книги 1-31 - Андрей Анатольевич Федин

— Парамон Ильич, позволите пригласить вашу дочь на следующий танец?

Хлудов сразу поклонился.

— Для нас это честь, ваше сиятельство.

Князь посмотрел на меня.

— Алексей Николаевич?

— Я сопровождал Анфису Парамоновну сюда и полностью поддерживаю переход к более опытному партнёру.

— Вы даёте разрешение?

— Да, ваше сиятельство.

Илларион Петрович дождался обоих ответов. Затем повернулся к Анфисе Парамоновне.

— Окажете мне честь?

Она посмотрела на отца. Парамон Ильич уже отступил на полшага. Потом её взгляд остановился на мне.

— Князь знает порядок танца лучше, — сказал я. — Для вашего платья это важное преимущество.

— Вы всё-таки признаёте опасность своих ног?

— Только после официального расследования поручика.

Анфиса Парамоновна закрыла веер и обратилась к Иллариону Петровичу:

— Окажу, ваше сиятельство.

Князь поклонился и подал ей руку. Она положила руку на его ладонь, и они направились к середине зала. Гости расступались перед ними охотно. Несколько мужчин, ещё минуту назад прошедших мимо Анфисы Парамоновны, теперь смотрели паре вслед. Князь одним приглашением сообщил обществу то, на что моему объяснению потребовался бы целый вечер.

Парамон Ильич занял место рядом со мной. Его дочь и Илларион Петрович остановились среди первых пар. Музыканты подняли смычки. Я снова достал перчатку. На этот раз она почти не сопротивлялась. Я хмыкнул и подумал о том, что к завтрашнему утру у меня уже имелись князь-секундант, противник-гусар и полное отсутствие навыков обращения с оружием. Зато брачный проект сейчас впервые двигался по залу без моего участия. Для одного танца результат получился вполне успешным.

Смычки опустились одновременно. После полонеза зал сразу стал другим. Длинная колонна распалась на пары; мужчины положили ладони дамам на талию, дамы коснулись их плеч, соединённые руки поднялись чуть в сторону. Первые пары двинулись вдоль стен и начали поворачиваться на каждом такте. За ними пошли остальные. Через минуту середина зала уже вращалась.

Илларион Петрович повёл Анфису Парамоновну с первых шагов. Её юбка развернулась, закрыла княжеские сапоги, затем собралась складками и снова расширилась на повороте. Они вошли в общий круг без остановки. Князь держал Анфису уверенно и проводил между соседними парами раньше, чем те успевали приблизиться.

Я отметил, что смотреть на вальс оказалось значительно удобнее, чем участвовать в танце. Музыка больше не требовала от меня считать шаги, беречь чужое платье и одновременно изображать дворянское воспитание. Теперь я видел весь зал.

Пары двигались вдоль стен, вращаясь каждая вокруг своей оси. Светлые юбки то раскрывались, то спадали; тёмные фраки и мундиры оставались внутри цветного движения. В зеркалах возник ещё один круг, теснее настоящего. Свечи отражались десятками огней. Золото на воротниках и эполетах вспыхивало возле колонн и пропадало у окон. Скрипки вели мелодию, духовые подталкивали её, бас исправно отсчитывал тройки. В таком сопровождении даже случайный поворот приобретал вид решения, принятого задолго до начала бала.

Князь с Анфисой прошли мимо нас первый раз. Она смотрела через его плечо, следила за движением впереди. На следующем круге Илларион Петрович что-то сказал. Анфиса повернула к нему голову. Ответила уже возле дальней колонны.

Слов я разобрать не мог. Проект впервые остался без моего руководства и при этом продолжал двигаться. В прежней жизни в такой момент у меня имелись микрофоны, служебный монитор и человек в наушниках.

Здесь имелся Парамон Ильич, который подошёл ко мне и спросил:

— Поручик зачем приходил?

— Потребовал публичных извинений.

— За что?

— Я на него посмотрел во время полонеза.

Хлудов перевёл взгляд на танцующих.

— Только посмотрели?

— Поручику хватило. Потом он потребовал признаться в недостаточном уважении к военным.

— Признались?

— Посоветовал ему меньше пить.

Парамон Ильич повернул ко мне голову.

— При Анфисе?

— При ней.

— Дальше что?

— Завтра пришлёт секундантов.

Пальцы Хлудова прошли по часовой цепочке и остановились возле кармана.

— Драться будете?

— Сначала попробуют договориться.

— Кто с вашей стороны?

Я показал глазами на князя.

Хлудов проследил за Илларионом Петровичем. Тот как раз вывел Анфису из тесного места возле колонны и вернул в общий круг.

— Сам вызвался?

— Сам.

Парамон Ильич несколько секунд смотрел на меня, затем снова повернулся к залу.

— С поручиком до завтра молчите.

— Илларион Петрович распорядился так же. Такое количество советов уже похоже на общественное согласие.

— Тогда исполните.

На этом вопрос о моём поведении был закрыт. Хлудов перешёл к следующему.

— Анфису он в разговор втянул? Поручик.

— Сразу извинился перед ней и сказал, что дело касается только меня.

— Имя её называл?

— Он его ещё не знал.

Парамон Ильич кивнул. Пальцы оставили цепочку.

Князь и Анфиса снова прошли перед нами. Илларион Петрович говорил. Анфиса слушала, затем ответила. На следующем повороте князь пропустил вперёд пару, изменил шаг и снова занял свободное место.

— О чём говорят? — спросил Хлудов.

— Отсюда слышны только скрипки.

— Она смотрит на него.

— Вижу.

— По сторонам почти не глядит.

Я проследил за дочерью купца. На очередном круге Анфиса снова что-то сказала князю. Илларион Петрович дождался конца фразы, наклонил голову и ответил уже после поворота.

Возле окон одна пара сбилась с круга. Молодой чиновник сделал лишний шаг и едва не задел плечом офицера. Обе дамы удержались, мужчины обменялись поклонами и сразу продолжили танец. В другом месте пожилой кавалер вывел партнёршу к креслам. Она села, он остался рядом, тяжело дыша.

Илларион Петрович держал прежний темп. Он заранее освобождал