"Фантастика 2026-193". Компиляция. Книги 1-31 - Андрей Анатольевич Федин

место для поворота, сокращал шаг возле колонн и пропускал торопливые пары. Анфиса уже смотрела только на него. Один раз улыбнулась и сразу что-то ответила.

— Танцует хорошо, — сказал Парамон Ильич.

— После моего полонеза сравнение особенно выгодное.

— Я про князя.

— Я тоже.

Хлудов посмотрел на меня.

— Князю про Анфису что говорили?

— Что она красива, образованна и умеет отвечать прямо.

— Всё?

— Этого хватило для приглашения.

— Про приданое говорили?

— Нет.

— Почему?

— Илларион Петрович способен содержать дом без денег вашей дочери.

— Я спросил другое.

— Про приданое не говорил.

Хлудов кивнул, снова замолчал.

Князь с Анфисой двигались вдоль дальней стены. В зеркале они появились раньше, чем добрались до нашего места. Лица в отражении терялись, зато весь рисунок пары был виден целиком. Илларион Петрович держался прямо. Светлое платье Анфисы расширялось на каждом повороте. Разница в возрасте замечалась; разница в сословии существовала только для тех, кто знал фамилии.

Я поймал себя на том, что уже оценивал их рост, осанку и общий вид рядом. Ещё немного — и потребовалась бы ведомость с графами. Ограничился тем, что видел: танец продолжался, разговор тоже.

— Это вы его для неё выбрали, — сказал Парамон Ильич.

— Вы назвали князя первым.

— Назвал единственным достойным. Это разные вещи.

— Я проверил доступность.

— И что?

— Князь пришёл на бал, пригласил Анфису и разговаривает с ней. Пока доступность подтверждается.

Парамон Ильич посмотрел на меня.

— Для вас это всё только дело?

— Я обещал вашей дочери достойное знакомство.

— Знакомство устроили.

— Остальное принадлежит им.

— А если ничего не выйдет?

— Тогда закончится вальс.

Хлудов медленно провёл пальцем по цепочке.

— Вы легко говорите, — сказал он.

— Тяжёлые формулировки танцу не помогут.

— Я про Анфису.

— Она сама скажет, что думает.

— Мне?

— Тому, кому сочтёт нужным.

Парамон Ильич перевёл взгляд на дочь. В этот раз цепочку трогать не стал.

— Мне скажет.

— Тогда вам останется услышать.

Он нахмурился, но продолжать спор не стал.

Музыка ускорилась. Или танцующие начали проходить перед нами чаще. Несколько дам уже покинули круг. Молодые пары держались ближе к середине, опытные выбирали широкий путь вдоль стен. Свечи нагрели зал; воск стекал в чашечки канделябров, воздух стал плотнее. Возле окон открыли одну створку. Оттуда потянуло вечерней прохладой, и ближайшее пламя задрожало.

На очередном круге князь сказал Анфисе длинную фразу. Она выслушала, потом ответила двумя короткими. Илларион Петрович задал вопрос. Это было видно по движению головы и паузе. Анфиса отвечала почти до следующей колонны.

— Теперь говорит она, — произнёс Хлудов.

— У князя появилась возможность узнать то, что вы уже знаете.

— Я многое знаю.

— Потому он и спрашивает у неё.

Парамон Ильич поджал губы. Его дочь и князь исчезли за двумя парами, затем появились ближе к оркестру. Музыканты повторили основную тему. Ведущие пары стали замедляться. Кавалеры выводили дам из общего движения и делали последние повороты возле стен. Илларион Петрович провёл Анфису через освободившуюся середину, остановился на заключительном такте и поклонился. Она ответила. После этого князь предложил ей руку.

Обратно они шли медленнее. Разговор продолжался. Анфиса сказала несколько слов. Илларион Петрович ответил уже возле нас.

Парамон Ильич выпрямился.

Князь подвёл Анфису к отцу и поклонился.

— Благодарю вас, Анфиса Парамоновна.

— И я вас, ваше сиятельство.

Илларион Петрович повернулся ко мне.

— Алексей Николаевич, завтра буду у вас до прихода секундантов.

— Буду ждать.

Он поклонился Парамону Ильичу, затем Анфисе и отошёл. Возле губернатора его остановил пожилой чиновник. Князь повернулся к нему и остался в той группе.

Анфиса раскрыла веер. Несколько прядей выбились возле виска.

Парамон Ильич оглядел её платье, перчатки и лицо.

— Устала?

— Нет, батюшка.

— Князь хорошо танцует?

— Хорошо.

— О чём говорили?

— О книгах.

— Только?

— Потом о другом.

— О чём?

Анфиса провела веером у лица.

— Я поддерживала беседу, батюшка.

Парамон Ильич открыл рот, замер… и закрыл его. Анфиса посмотрела на музыкантов, которые уже меняли ноты.

— Князь вам понравился? — спросил он всё-таки.

— Разговор с ним оказался интересным.

Хлудов принял ответ без дальнейших вопросов. Пальцы снова нашли цепочку, но часы он доставать не стал.

Анфиса повернулась ко мне.

— Илларион Петрович рассказал, что завтра сначала попробует договориться.

— Мне он сказал то же самое.

— Вы его послушаете?

— До утра я вообще намерен проявить редкое послушание.

Она раскрыла веер шире. Возле колонны один из молодых дворян посмотрел на неё, сказал что-то своему спутнику и поправил перчатки. Его товарищ тоже повернул голову.

До вальса мужчины ограничивались взглядами. После вальса один из них уже двинулся в нашу сторону. Парамон Ильич заметил его почти одновременно со мной и отступил на полшага, освобождая место перед дочерью.

Глава 8

Молодой дворянин остановился перед нами, поклонился Парамону Ильичу, затем Анфисе Парамоновне. Представился он достаточно отчётливо, однако фамилия утонула в первых звуках оркестра. Купец выслушал просьбу, посмотрел на дочь