Фантастика 2026-107 - Наиль Эдуардович Выборнов

заработать, — объяснил Оли. — Мы бы с пару капель могли разбогатеть. А для тех, кто в мире магии только начинает, это неплохое подспорье. Можно было бы открыть свою лавку магическую, например. Или что-нибудь в этом роде. У меня было много идей, у нее тоже.

— Но теперь же все изменилось. Теперь она не хочет укладывать ее под нож.

— Дело не в этом.

— Она сказала мне, что не поможет!

— Вилу просто…

— Вилу я не нужна. Это и понятно. Ты же понимаешь, ради чего все это.

— Рокки… — как-то сразу покраснел Оли, — она моя подруга. Я не могу ее так просто бросить. К тому же ты знаешь, она каким-то образом оказывается в этих петлях с ней.

— И что? Если ты сам ее видел и знаешь, кто она!

— Так в том-то и дело! Я знаю, кто она! Но я не видел ее в академии! Ее здесь нет!

— Это невозможно!

— Если мы должны встретить ее в петле, то вполне возможно. Послушай… — Оли шагнул к ней ближе и совсем заробел, Рокки же держалась как всегда уверенно и отстраненно, — я понимаю, что это для тебя значит. Но давай скажем обо всем Вилу…

— Нет! Если ты ей скажешь, я никогда не буду с тобой!

Что?

— Но Рокки… — замялся провидец.

— Если ты меня подведешь, я тебе этого не прощу.

— Но она может нам помочь!

— Может, но не станет.

— Ты этого не знаешь.

— Что, правда? Расскажи мне, что она делает сейчас? Думаешь, ей все еще нужна искупительница? Нет. Как только представился удобный случай, она сразу же переметнулась к другому. Теперь она спасает своего дружка.

— Но ее можно понять…

— А мне помочь не надо?! — Возмутилась Рокки.

— Она старается, но она не всесильна.

— Ой, да ладно! То, что она сотворила тогда с молниями, отлично показывает ее силу.

— Когда?

— Когда Блэкторн на своего отца напал, — пояснила Рокки. Она там была? — Ты бы видел, что она творила. Она просто притворяется, но на самом деле она не хочет мне помогать.

Вот змеюка!

— Рокки…

— …если ты попытаешься ее оправдать хоть еще раз, нашей сделке конец.

Оли сразу смолк и, ссутулившись, заметно расстроился. Какая еще сделка? О чем она говорит? Что еще за разговоры у меня за спиной? Меня поражает, с какой легкостью они об этом разговаривают. Значит, Оли снова плетет интриги у меня за спиной.

Умею я выбирать друзей.

— Я не оправдываю ее, Рокки. Я просто хочу использовать по максимуму все возможности.

— Осторожнее. В прошлый раз тебе это чуть не стоило жизни, — почему-то напомнила Рокки.

Я поняла, что она имел в виду. Это она про Элисон. Мы много раз упоминали об этом в разговорах, когда жили вместе в особняке. Значит, меня снова используют, какая прелесть!

Оли совсем расстроился, задумавшись настолько сильно, что на какой-то момент издалека могло показаться, будто он превратился в статую. Он, и правда, завис конкретно. Словно уловив его настроение, на улице начался дождь. В полнейшей тишине этот шум казался нагнетающим и неприятным.

— Я всегда выберу тебя, Рокки, — вдруг заключил провидец, и тут уж я больше не смогла найти ему оправдание.

М-да. Конечно, я всегда понимала, что между дружбой и любовью всегда выбирают любовь, но разве Оли действительно любит Рокки? Я не знала этого наверняка. Я видела их отношения, да, то есть отношение Оли к ней, но можно ли это назвать любовью? Если вспомнить, что Оли признался мне в чувствах к ней, то да. Но…

— Спасибо, — вдруг ответила Рокки.

Я, честно говоря, удивилась. Конечно, я не знала, чем они там занимались все то время, пока я приходила в себя, ездила с родителями на море, а потом и училась в академии. Но, чтобы Рокки сказала «спасибо»? Оли, видимо, на нее какой-нибудь магией воздействовал, потому что девчонка, которую я знаю, вообще ни при каких обстоятельствах «спасибо» бы не сказала.

Впрочем, как оказалось, я относительно многого пребывала в неведении.

Рокки ушла по-английски, оставив Оли стоять и смотреть ей вслед. Сказать, что он грустил, это то же самое, что охарактеризовать самый мощный и разрушительный шторм как легкую морось. Что между этими двумя было, сказать сложно.

Впрочем, поскольку я все еще стояла за углом, а Оли как-то слишком внезапно отмер и направился в мою сторону, заметив меня почти сразу по приближению, я решила воспользоваться представившейся возможностью.

— Вилу, — как случайно забредшая в логово голодных львов антилопа смотрел он на меня сейчас, — ты?..

— Да, я все слышала, — констатировала совершенно спокойно я. — Снова секреты, да?

В моем голосе даже не было возмущения. Только усталость.

— Я пытался ее образумить, — объяснил Оли. — Пытался объяснить ей, что нам нужно держаться вместе и мы ей не враги. Но она… с каждым разом отдаляется от меня все дальше, и я ничего не могу с этим поделать.

— Ты мог бы сказать мне.

— И чтобы ты сделала? Стала убеждать меня в том, что ее надо бросить? — Ревность и защита сверкнули в его глазах. — Ты знала все, Вилу, но ты все равно не верила в то, что в Рокки осталось что-нибудь хорошее!

Это прозвучало как обвинение, поэтому я стала защищаться.

— В смысле — не верила? Оли! Это же я была той, кто ее к этому всему подтолкнул! Я ей помогала изначально и пыталась изо всех сил ее спасти! Я нянчилась с ее пантерой, когда она ей стала! Я просила камень у того мерзкого колдуна, чтобы она хотя бы частично походила на человека! Что значит — я не верила?!

— Но сейчас ты ее бросила.

Мои глаза округлились.

— Оли, это она бросила нас! Она побежала за кровью, оставив нас на растерзание демонам!

— Ты бы могла!..

— Что я могла?! Мэридит была жива! Вороны ей подчинялись! Они были натасканы на магию и ее проявление! Если бы я хотя бы попыталась ее применить, они бы убили меня! Что? По-твоему, я должна была умереть???

Оли почему-то продолжал злиться, а я не понимала, почему. Честно говоря, в его глазах я, наверное, впервые видела такую ненависть. Но почему? Вот и помогай людям после этого. Как что — так они сразу же обвиняют тебя во всех грехах, вместо благодарности.

— Почему ты не могла просто терпеть? — Вдруг спросил меня Оли, и я не поверила своим ушам.

— Что?

— Она была со мной! Она была рядом! Зачем тебе обязательно нужно было все разрушить?

Я уже не знала, как больше выражать свое удивление, потому что, если честно, то, что сейчас говорил Оли, казалось