Фантастика 2025-156 - Оксана Олеговна Заугольная

заложенные природой инстинкты. Ослабели колени, залило краской щеки, сбилось дыхание. Выпал из рук ком грязной одежды, да и плевать на него. Я оглохла и ослепла, просто потерялась. Весь мир был в руках и губах Асура.

— Ты уверена? — он все же спросил. Мальчишка! Не нужно было спрашивать, но спасибо за это. Какой ты трогательный и милый!

— Абсолютно.

Он подхватил меня на руки — зачем, я же тяжелая! Что за романтические глупости? Людмила Евгеньевна внутри меня и злилась, и блаженствовала, и смеялась над собой. Дурочка, ты была тяжёлой тогда, а сейчас — ну сорок пять кило, не больше, а он сильный, он не рафинированный блогер, который не поднимал ничего тяжелее портфеля. И даже не качок из спортзала. Он местный молодой и здоровый парень, который точно умеет и верхом, и с мечом, или чем там они нынче машут? Словом, сил ему хватит.

Я растаяла окончательно.

Он сам меня раздевал, а я ему позволяла, радуясь тому, что от меня ничем не пахнет, что на мне хоть и ветхое, но чистое белье. Да и сам он тоже чистоплотен. В молодости о таком не больно-то думаешь, а потом без подобных нюансов сложно жить. Надеюсь, он ничем не болен. Ах, целитель же. Есть у них медосмотры или санитарные грамоты какие-то? Наверное, есть.

В тишине спальни раздаётся мой первый стон — парень явно знает, что нужно делать с женщиной. Безошибочно находит нужные точки. Я думала, он трепетный цветочек, а оказывается — мастер.

— Мила?

— А?

— Я что-то делаю не так?

— Все так.

— Ты не со мной. Ты где-то очень далеко.

Наблюдательный… гад.

— Просто… мне странно чувствовать себя инструментом. Это ты где-то далеко.

Он шумно выдохнул:

— Да, я… целитель. Пытаюсь почувствовать тебя.

— Почувствуй сначала себя, — вот самое время проводить психотерапию для неуверенных в себе юнцов. — Просто будь настоящим.

— Так?

Он прикусил тонкую кожу на моей шее, лизнул… и меня выгнуло от пронзительной стрелы удовольствия.

Как это странно: точно знать, как было хорошо тебе, но в другом теле. Быть опытной и невинной одновременно. И совершенно выпасть из реальности в один миг, потому что теперь все оказалось по-другому. То есть мой разум по-прежнему заводили прикосновения к волосам, к шее и спине, а это тело не слушалось совершенно. Наверное, я просто к нему ещё не привыкла.

Асур, кажется, плюнул на то, что я витаю в облаках. Ну и правильно: дают — бери. Молодой, жадный до удовольствий, да ещё и почти дикарь, не обременённый рамками морали. Так сейчас мне и нужно. Впился жадным, почти грубым поцелуем в мой рот, смело раздвинул колени, накрыл меня всем телом, гладким, упругим и полным сил. Я только пискнула, ощутив резкую быструю боль (сюрприз-сюрприз!). Он тут же остановился, прикоснулся по-особенному, и боль исчезла. Однако я рекомендую лишаться девственности с целителями, это очень позитивный опыт! А потом меня снесло к херам волной его удовольствия.

Как же это приятно, когда любовник молод, в меру эгоистичен и уверен в себе! Он не ищет поз, он не сомневается ни в чем, ему плевать на точки «g», клиторальные оргазмы и подсчёт фрикций. Он просто кайфует, горячо дыша в ухо, постанывая и целуя твои плечи.

В какой-то момент меня накрыло по-настоящему, с головой. Я перестала отделять себя прежнюю от тела Миланы. Я просто всхлипывала, стонала, почти кричала (точнее, мычала, когда Асур предусмотрительности зажал мне рот ладонью), извивалась, цеплялась за его плечи. А потом наслаждение выплеснулась волной, оставив меня обессиленную и обмякшую, словно медузу на песке. Никогда… никогда я так не позволяла себе открыться. Даже в сорок с хвостиком, особенно в сорок. Там секс был на высоте, но скорее, технически. А здесь, сейчас, было что-то особенное. Мой первый раз — и последний, наверное. В следующий раз я просто умру. Совершенно невозможно подобное переживать раз за разом, так не должно быть!

Я лежала, глядя широко раскрытыми глазами в темноту. По лицу струились слёзы. Тело мелко дрожало, опустошённое и уставшее. Краем сознания я понимала, что мальчик обо всем позаботился: он прекрасно знал, от чего бывают дети. А теперь осторожно и нежно вытирает следы страсти влажной тряпкой.

— Мила, — шепчет он, вытягиваясь, наконец, рядом (я так и не шевелилась). — Я тебя не обидел?

— Нет. Мне было очень хорошо.

— Я не знал, прости. Нужно было предупредить.

— Я не жалею.

— Я знаю, — в его голосе звучит совершенно очаровательное самодовольство, и я невольно улыбаюсь во весь рот. Ты ж мой хороший!

Поворачиваюсь, опуская голову ему на грудь.  Обвиваю руками, целую в шею. Меня захлестывает нежность, от которой я снова реву. Какая же я все-таки дура!

Асур притягивает меня к себе ещё ближе, и от этого простого и трогательного жеста я окончательно разнюниваюсь.

— Милана, зачем ты здесь? Поехали со мной.

— Куда это?

— На Север. Я в университете учусь, мы все учимся. Целителям хорошо платят, для них везде есть работа.

— Глупости говоришь, — всхлипываю я. — Я тебе не нужна совершенно. Просто случайное развлечение в пути.

— Ну что ты!

— Нет-нет, даже не думай, — я по-настоящему пугаюсь. Какой хороший мальчик, не хватало только жизнь ему испортить! — Уезжай и не тревожься, я справлюсь!

— Ты здесь прислуга без всяких прав. Да и глушь тут несусветная. Я хочу тебе помочь из этого выбраться.

— Я сама должна, понимаешь? Я сильная, я смогу. Не забирай у меня крылья.

— Нет, не понимаю. Мила…

— Спи. Тебе выезжать рано. Спи, а то приставать буду.

— Еще? — тут же оживляется он. — А можно?

Сумасшедший! Я уже забыла, какие они, молодые — жадные и быстрые.

— Можно.

Ах, Асур, если б ты понимал, что делаешь для меня! Это ведь не секс, это инициация. Я рождаюсь в этом новом мире как женщина. Ты дал мне уверенность и силу. Пусть это все неправильно, против всех норм морали, но мне это было нужно. Спасибо тебе, мой хороший.