Фантастика 2024-82 - Алексей Переяславцев

С живыми в том мире большая напряжёнка. Есть очень много вроде бы живых, но с ними в контакт лучше не вступать. Могут разорвать куклу просто потому, что шевелится — видела она, как эти чудовища раздолбали металлическую машину только потому, что им показалось, что она шевельнулась.

Фундамент позволил начертать правильный ритуальный круг, Эстрид положила амулеты в нужные места, после чего зажгла пару восковых свечей, произведённых неким «Боратовским свечным двором». Упаковку этих свечей она взяла у Алексея, когда-то давным-давно, из четырёхсот штук осталось триста сорок две — ритуалы и лишь изредка нужное ночное освещение требуют не так уж и много свечей, а свечи у землян горят гораздо дольше, чем самые лучшие из этого мира.

— На дозор, — подпалив свечи веткой от костра, приказала Эстрид мертвецам.

Закованные в земную сталь мертвецы рассредоточились по холму, дабы воспрепятствовать любым посягательствам на свою госпожу.

Брать город она будет позже и не совсем так, как можно было бы ожидать. Сегодня — разведка параллельного мира.

Произведя нужную комбинацию символов движениями пальцев, Эстрид краем глаза отметила яркий всполох всех свечей и погрузилась в симпатическую связь со своей куклой на Земле.

/Федеративная Республика Бразилия, штат Пара, агровилла «Прогресс»/

Эстрид сразу же отметила, что находится совсем не там, где оставляла свою куклу. Это было помещение, с красивыми стенами, украшенными деревом, а также большими панорамными окнами.

Осторожно оглядевшись, она обнаружила, что сидит на каком-то столе, под который был задвинут деревянный стул, обитый роскошной узорной тканью — у землян даже иные простолюдины живут, как конунги. Жили…

По полу этого помещения были разбросаны бутылки из-под спиртного, обёртки от различных закусок, сигаретные окурки, лужицы мочи и прочие следы пребывания людей. Запахов Эстрид, через куклу, не чувствовала, но представляла себе, чем тут воняет.

Двигаться слишком рано и опасно — она не может себе позволить потерять ещё одну куклу. Уж больно трудно «наводить» своё сознание на новую куклу, а ещё есть риск, что кукла опять будет надёжно заперта в очередном ящике для ненужных вещей.

Сейчас она должна быть где-то в Бразилии. Алексей, во время досужих бесед, рассказывал о многих странах своего мира, в том числе и об этой Бразилии. Тут достаточно много населения, те же проблемы, что и у жителей его страны, а также много полезных ресурсов, которые совсем не помешают будущей правительнице Таерана.

Она поднимет этот город. Сделает его величественнее, чем он был когда-либо. За счёт стремительно умирающей Земли, конечно, но она руководствовалась тем же соображением, что и раньше: если Земля всё равно умрёт, если любые попытки спасти её обречены на провал, то какая разница?

Когда Эстрид уже собиралась начать двигаться, из соседнего помещения донеслись шаги.

«Опять из этих…» — верно определила она характер походки обитателя этого здания.

Будто что-то почувствовав, «заражённый», как таких называют земляне, вошёл в комнату и замер в дверном косяке.

Выглядел он так, словно не пережил худший день в своей жизни: одежда покрыта кровью, судя по всему, не его, на черепе длинный след от не попавшей куда надо пули, пальцы оснащены длинными когтями, а рот изодран его же зубами.

Заражённые меняются со временем, но не просто так, а убивая и становясь сильнее. Этот уже убил и точно не одного человека, потому что на груди его, что видно в прорехах окровавленной полосатой рубашки, начали прорезаться шипы — Эстрид старается наблюдать за этими чудовищами, собирая ценные сведения.

Главное, чтобы такие твари не проникли в её мир. Это приведёт к непоправимой катастрофе. Но что поделать, если это есть в планах у Судьбы?

«А ничего не поделать, только стараться, чтобы причиной этому не стала ты сама», — пришла к заключению Эстрид.

Мертвец никуда уходить не собирался, только резко дёргал головой, стараясь уловить что-то. Будто знал, точно знал, что тут кто-то есть.

Звякнула бутылка под его ногой. Тварь опустилась в боевую стойку. Она слишком тупа, чтобы осознать свою вину в этом звуке, поэтому однозначно решила, что тут кто-то есть.

Но больше ничего не происходило и…

Тут раздался частый топот множества ног. В окно, со звоном разбитых стёкол, влетела новая, ранее не виденная Эстрид, тварь, которая без лишних раздумий налетела на виновника шума и начала его драть когтями и грызть зубами.

Очень быстро с заражённым было покончено и антрацитово-чёрная мускулистая тварь, вооружённая длинными когтями и шипами почти по всему телу, начала лакомиться плотью собрата.

Другие заражённые, увидев картину, начали бежать, вызвав у мощной твари желание броситься в погоню. Но уже наличное мясо заставило её остаться и доесть.

«Здесь, пока что, делать нечего…» — подумала Эстрид и покинула куклу.

Из-за того, что она движется, она вынуждена каждый раз разводить эту суету с ритуальным кругом. И особенно обидно бывает, когда очередной её визит на Землю заканчивается вот так…

«Ничего, скоро я возьму Таеран и сделаю себе постоянный ритуальный круг», — успокоила она себя.

/28 декабря 2026 года, сатрапия Сузиана, во глубине персидских руд/

«… да, сами мы, как дьяволы, в пыли, зато наш поезд не уйдет порожний», — мысленно напевал я песенку, махая киркой. — «Терзаем чрево матушки-Земли, но на земле теплее и надежней».

Так и не понял я, как добывать соль, но делаю, что могу. Просто откалываю здоровенные куски, как это делают мёртвые горняки, уж точно разбирающиеся в горном деле лучше, чем я.

С моей-то физической статой только в шахте и работать: пыль в дыхательные органы не попадает, ибо не дышу, на больничный уйти не могу, ибо мёртв давно, завалы не страшны, ибо всё равно вылезу, а ещё могу давать стране соли круглосуточно, семь дней в неделю.

Работаю лучше, чем мои немёртвые горняки, но я один, а их целых двадцать — выдаём куски соли, носильщики тащат её ко вновь заработавшим дробилкам на мускульном приводе, где соль измельчают и оттаскивают к упаковщикам, которые сыплют соль в мешки и завязывают горловины. Далее готовый к продаже товар идёт на хранение.

Я прямо отсутствующим носом чувствую, как со склада буквально воняет баблом…

В ходе работы в шахте я больше всего опасался, что буду постепенно рассыпаться, но, после употребления внутрь альбедо и нигредо, процесс саморазрушения был прекращён и уцелевшие ткани будто бы стали более упругими. Обрывки собственной плоти я собрал, наложил на них «Мёртвый стазис» и поместил в кожаный мешок — потом, если отрастания новой