Рассвет проклятой Королевы - Эмбер Николь

Он смотрел на меня, пока я шел к своему комоду.

– Кажется, ты расстроен. Становишься более терпимым к Небожителям, брат?

Я рыскал в ящике в поисках рубашки.

– Почему все думают, что я буду заниматься сексом с кем-то, кто этого не хочет?

Каден фыркнул.

– Я этого не утверждаю. Просто заметил, что ты, кажется, привязался этой малышке.

– Тех, кто пытался прикоснуться к ней без ее разрешения, я превратил в суп – куда хуже того, который готовит Фригг.

Каден усмехнулся и сел на мою кровать.

– Именно об этом я и говорю. Привязанность.

Я не стал оспаривать его утверждение. Не знаю почему, но с тех пор, как я обратил внимание на Имоджен, она занимала все мои мысли. Это стало проблемой. Даже ночью, когда я закрывал глаза, она – все, о чем я мечтал. Привязанность – это мало сказано.

Я искал способ исправить то, что сделал мой брат, и освободить ее. Должен быть способ. Я брал Имоджен с собой на каждое задание, которое давала мне Мера, и когда находил шамана или целителя, приводил ее к ним. Все они говорили, что лекарства нет. Обычно в ответ я выходил из себя, и они лишались голов. Но по крайней мере, я пытался.

– Ты для этого пришел? Чтобы поиздеваться надо мной? – спросил я, скрестив руки на груди.

Каден покачал головой.

– Нет, я здесь не для этого.

– Тогда в чем дело?

– Помнишь, когда мы были моложе? Мы договорились, что все, что мы знаем друг о друге и о наших силах, останется между нами.

Я кивнул.

– Это снова тот самый случай? Из-за ведьмы? Ты знаешь – я никогда не осуждаю. Если ты скажешь, что любишь Дианну, я поверю. Но мне также известно, как никому другому, что, особенно в этом мире, нужно выпустить пар.

Каден встал, выдавив улыбку, и заложил руки за спину. Я так давно не был с ним рядом, что забыл, какая сила в нем таится.

– Я не о ней. Я о тебе.

Я скрестил руки и нахмурился.

– Обо мне? Почему?

– Почему у Нисмеры твоя кровь?

– Моя кровь? – Потом до меня дошло. – А, да, она попросила, и я дал. Честно говоря, я не спрашивал.

Каден наклонил голову, когда я прошел в ванную.

– Вообще?

Я пожал плечами.

– Зачем? Это же Мера. Единственная, кому было не плевать на нас, когда Унир нас запер. Единственная, кто спас нас и кому было не все равно, в отличие от остального мира. Если бы она попросила мою печень, я бы отдал. Разве ты нет?

Что-то промелькнуло во взгляде Кадена, и он отвернулся. Я схватил его за плечо.

– Я бы поступил так и для тебя. Ты по-прежнему мой любимый брат.

Каден улыбнулся, хоть и не очень широко.

– А ты мой.

– К чему эти вопросы? И как ты вообще об этом узнал?

Каден чуть отступил.

– Тебе стоит прибраться. Нисмера рада, что ей достались несколько реликвий и существ из Потустороннего мира, даже несмотря на то, что она не получила муррака. Думаю, она захочет поужинать сегодня вечером.

– С тобой все в порядке?

Каден ничего не сказал, развернулся и направился к двери.

– Эй, – окрикнул я его, и он остановился, уже держась за ручку. – Ты для меня целый мир, Каден. Ты никогда не отказывался от меня, даже когда был заперт. Нисмера рассказывала мне, как часто она разговаривала с тобой, когда я не мог, и как отчаянно ты хотел вернуться ко мне. Ты всегда заботился обо мне и защищал меня, и я люблю тебя, но это Мера, Каден, а не очередной монстр.

Он посмотрел на меня через плечо и еще раз натянуто улыбнулся, прежде чем выйти из комнаты. Дверь за ним захлопнулась.

56

Дианна

Обувь скрипела, когда мы поднимались по маленьким ступеням в гостиную. Орим, Самкиэль и я были покрыты грязью с ног до головы. Мы остановились перед входом, Самкиэль стряхнул налипшую на меч грязь, прежде чем убрать его. Орим сложил свои кинжалы и убрал в ножны.

– Что ж, было весело. Никогда больше не подпишусь на такое, – сказала я, выжимая из волос грязную воду.

– Прости, – сказал Самкиэль, почесывая затылок и разбрызгивая грязь. – Мурраки известны тем, что живут под землей. Я думаю, если он еще где-то здесь, то это именно то место.

Орим пожал плечами.

– Но мы проверили тут все пещеры. Я думаю, можно с уверенностью сказать, что он ушел с Нисмерой.

– И это еще один серьезный повод для беспокойства, – отметила я.

Самкиэль кивнул, положив руки на бедра.

– Если муррак у нее, боюсь представить, как она будет его использовать.

– Нам стоит рассказать Роккаррему. Я знаю, он все еще общается с Сависом. Может, он что-то слышал.

– Хорошая идея.

– А я свяжусь с Верукой, – добавил Орим. – Узнаем, добрался ли он туда.

– Хорошо, – вздохнула я. – Тогда мы возвращаемся?

– Нет, – вмешался Самкиэль, и мы с Оримом посмотрели на него.

– Орим, ты возвращайся, расскажи Роккаррему, а я хочу кое-то показать Дианне.

Орим закатил глаза и с отвращением фыркнул, но кивнул.

– Я дам знать, если найду что-нибудь, и обязательно постучу. Очень громко.

Самкиэль бросил на эльфа раздраженный взгляд и махнул рукой. Открылся портал в библиотеку, где обычно обретался Реджи. Орим помахал, прежде чем покинуть нас.

Моя улыбка была мягкой и теплой – ни следа того, как я чувствовала себя прошлой ночью.

– Что ты хочешь мне показать?

Самкиэль слегка наклонил голову.

– Это сюрприз.

– Цветок для моей дамы, – Самкиэль держал в руке стебель, который венчал красивый белый бутон с ярко-желтой сердцевиной.

Я засмущалась, когда продавщица одарила нас лучезарной улыбкой. Пока мы не подошли, покупателей у нее не было. Самкиэль купил все ее цветы и принялся раздавать их людям. Вскоре собралась небольшая толпа, прохожие радовались, когда принимали красивые растения. Я ничего не сказала даже тогда, когда Король-бог вручил цветочнице столько монет, что она едва ли не расплакалась.

Я притворилась, что мне не хватает воздуха.

– Большое спасибо. – Я откинула прядь волос за плечо. – Как я могу вас отблагодарить?

Самкиэль расплылся в улыбке.

– Я уверен, ты что-нибудь придумаешь.

Он подошел ближе и воткнул еще один цветок в мои волосы.

– Нужно спешить. Не хочу пропустить.

Я кивнула, и он взял меня за руку. Улыбка Самкиэля была прямо-таки самодовольной, когда мы шли по узкой каменной дороге на