Николай Второй сын Александра Второго - Сергей Свой

Сцена 11. Бомбы с неба

Это было зрелище, которого мир еще не видел. Десять дирижаблей сбрасывали на японский флот пятипудовые бомбы. Они падали с высоты, набирали скорость и врезались в палубы, пробивая их насквозь и взрываясь внутри кораблей.

Первый же заход оказался смертоносным. «Фудзи», японский броненосец, получил две бомбы. Одна попала в носовую башню, вызвав детонацию снарядов. Страшный взрыв разнес башню в клочья, корабль окутался дымом и начал крениться. Вторая бомба ударила в корму, разрушив рулевое управление.

«Ясима», второй в колонне, тоже получил попадание. Бомба пробила палубу и взорвалась в машинном отделении. Броненосец потерял ход и начал дрейфовать.

Японцы открыли огонь из всех возможных орудий, но снаряды не долетали до дирижаблей. Максимальный угол возвышения их пушек не позволял стрелять вертикально вверх. Они были бессильны.

Дирижабли сделали второй заход. Бомбы полетели снова. «Асама», флагманский броненосный крейсер, загорелся. «Токива» получил попадание в корму и начал тонуть.

Паника охватила японский флот. Корабли ломали строй, пытаясь уклониться от бомб, но с неба было видно все. Дирижабли выбирали цели и бомбили методично, спокойно, как на учениях.

Сцена 12. Торпедный удар

В самый разгар боя, когда японцы были заняты отражением воздушной атаки, Макаров отдал новый приказ:

— Миноносцам — атака! Лодкам — выдвинуться на позиции!

Двадцать русских миноносцев рванули вперед, прикрываясь дымовыми завесами. Они шли на скорости 25 узлов, стреляя из пушек и готовя торпеды. Японские крейсера пытались их перехватить, но безуспешно — миноносцы проскакивали между ними, как угри.

А из-под воды, никем не замеченные, к японским кораблям подбирались подводные лодки. Восемь «Касаток» заняли позиции под самой поверхностью, выпустили перископы и наводили торпеды на самые крупные цели.

— Залп! — приказал Беклемишев.

Восемь торпед вышли из аппаратов. Через несколько минут еще восемь, и еще. Море вокруг японских броненосцев вскипело от взрывов.

«Чин-Иен», старый китайский броненосец, купленный японцами, получил три торпеды и перевернулся за пять минут. «Хацусэ», один из новейших кораблей, затонул после двух попаданий. «Сикисима» потерял ход и горел.

Адмирал Того, стоявший на мостике «Микасы», смотрел на гибель своего флота и не верил глазам. Его броненосцы тонули, горели, взрывались. С неба падали бомбы, из воды вылетали торпеды, русские миноносцы носились между кораблями, расстреливая их в упор.

— Приказываю отход, — сказал он наконец. — Всем кораблям — отходить.

Но отходить было некому. Из шести новейших броненосцев на плаву оставался только «Микаса» — и тот с повреждениями. Из четырех броненосных крейсеров уцелел один. Легкие силы понесли страшные потери.

Русские дирижабли провожали уходящие японские корабли бомбами до самого горизонта.

Сцена 13. Итог дня

К вечеру 9 февраля 1895 года японский флот перестал существовать как боевая сила. Потери:

— Потоплено: 5 броненосцев (включая 3 новейших), 3 броненосных крейсера, 8 легких крейсеров, 12 миноносцев.

— Тяжело повреждено: 2 броненосца, 2 броненосных крейсера, 5 легких крейсеров.

— Убито и ранено: около 15 тысяч японских моряков.

Русские потери были минимальными: один миноносец потоплен японской артиллерией, два повреждены. Броненосцы получили незначительные повреждения, которые можно было исправить за неделю. Людские потери — 200 человек убитыми и ранеными.

Адмирал Макаров писал в рапорте:

"Ваше величество, сего дня русский флот одержал величайшую победу в своей истории. Японский флот разгромлен полностью. Противник лишен возможности продолжать войну на море. Честь и слава русскому оружию!"

Я читал эту телеграмму в Петербурге и чувствовал, как на глаза наворачиваются слезы. Мы сделали это. Мы победили.