Трон Войны - Guiltythree

В конце концов, Орум очень заботился о Вороньем Сердце и её дочери.

«Ки Сонг».

Санни задался вопросом, заботилась ли Королева Червей о старике. Огорчит ли её его смерть, как опечалила его самого? Или та застенчивая девочка, которую Орум встретил однажды, давным-давно исчезла?

Была ли она заменена Верховным существом, чьё сердце и разум ближе к божеству, чем к человеку, а потому лишено человечности…

Санни не знал.

Его мысли устремились к самой Ки Сонг.

Кэсси не ошиблась — из памяти Мастера Орума они многое узнали о Суверенах, и, в частности, о Ки Сонг.

Её история, её шрамы… детали её Аспекта, опыт становления, который сделал её такой, какой она была сейчас. Конечно, Санни многого не знал о Королеве Сонг, ведь Орум не был посвящён в подробности её жизни. Но он знал достаточно, чтобы догадаться о многом.

На самом деле у него было почти слишком много пищи для размышлений.

Он даже не знал, с чего начать.

«Во-первых… её характер».

Королева Сонг, несомненно, была совсем другим существом, нежели малышка Ки. Время меняет людей, как и важные события… а она пережила их немало. Больше, чем большинство людей.

Если даже сам мир в корне изменился под влиянием того, что пережила и совершила Ки Сонг, то как она сама могла остаться прежней? И это ещё не считая неизбежных изменений, к которым приводит прохождение Пути Вознесения.

И Санни, и Кэсси были примерами того, как глубоко трансформируются люди в результате достижения высоких рангов. Их образ жизни, мышление и восприятие мира сильно отличались от обычных людей. Ки Сонг же прошла по Пути Вознесения гораздо дальше, чем они… чем кто-либо из людей мира бодрствования, за исключением двух других Суверенов.

…И всё же некоторые вещи в человеке никогда не менялись.

Если ты знаешь врага и знаешь себя, тебе не нужно бояться результатов сотни битв.

Не это ли сказала ему Нефис однажды, в глубинах Третьего Кошмара?

Санни не стал бы утверждать, что теперь понимает Ки Сонг, но он знал её довольно хорошо.

Она родилась в год нисхождения Заклятия Кошмара. Её мать была доброжелательной, но одинокой Пробуждённой воительницей. Воронье Сердце большую часть времени проводила в Царстве Снов, поэтому Ки Сонг, должно быть, чувствовала себя одиноко, когда росла рядом с тихо гудящей спальной капсулой.

И всё же она горячо любила свою мать. А ещё она гордилась ею, ведь её мать была одной из самых могущественных Пробуждённых в мире… но не самой могущественной.

От внимания Санни не ускользнуло, как неуютно юная Ки Сонг чувствовала себя в компании истинных аристократов, таких как Анвил и Улыбка Небес. Должно быть, это было неловкое положение для ребёнка — происходить из семьи, достаточно известной, чтобы участвовать в собраниях зарождающихся Кланов Наследия, но недостаточно известной, чтобы заслужить их уважение или внимание.

Особенно учитывая её талант, который ни в чём не уступал тем, кого считали её старшими.

А потом — трагическая смерть Вороньего Сердца и безжалостное возмездие, которое юная Ки Сонг устроила тем, кто стоял в стороне и ничего не делал, пока умирала её мать.

Это было забавно… Орум был в ужасе от её бессердечного пренебрежения к святости человеческой жизни и жестокой безжалостности, но Санни не видел в этом ничего плохого. Конечно, Ки Сонг убивала не только тех, кто непосредственно виновен в краже её наследства, но и всех посторонних, кто не смог помочь Вороньему Сердцу…

Однако Санни вовсе не был уверен, что стал бы более милосердным, если бы чья-то трусость послужила причиной смерти Рейн. Скорее всего, он был бы гораздо более безжалостным.

Это лишь доказывало, что новые поколения действительно отличаются от тех, что родились до Заклятия Кошмара… как в лучшую, так и в худшую сторону.

Как бы то ни было, хотя в памяти Орума не было видно, что произошло после резни в Нефритовом Дворце, Санни уже многое знал и мог догадаться об остальном.

За несколько лет Ки Сонг подняла статус своей Цитадели до одного из самых густонаселённых человеческих оплотов на востоке. Она постепенно расширяла сферу своего влияния, прокладывая маршруты через Царство Снов, чтобы соединить различные Цитадели друг с другом, и стала там краеугольным камнем человеческих сил, как Страж Доблести и Бастион на западе.

В какой-то момент она присоединилась к когорте Сломанного Меча и бросила вызов Второму Кошмару, став Мастером и получив широкую известность. После этого Ки Сонг одержала победу над Испорченным Ужасом, правящим в устье Реки Слёз, открыв путь в Штормовое Море и укрепив связи между востоком и западом.

Тем самым она помогла всем Пробуждённым углубить свои корни в негостеприимной почве Царства Снов.

Пока Анвил вёл войну с Тёмным Лесом и руководил завоеванием людьми новых территорий на севере, она занималась освоением бассейна Реки Слёз и укреплением позиций людей там. Это помогло клану Сонг взлететь на вершину славы.

…И в какой-то момент в течение этих лет она также нашла и получила божественную родословную Бога Зверей.

Глава 1944

Дороги войны

Санни не упустил тот факт, что в первые годы эпохи Заклятия Кошмара ни Воронье Сердце, ни её дочь, похоже, не обладали родословной. В Академии Орум заметил, что Улыбка Небес и Анвил демонстрируют необъяснимую физическую мощь и силу… но Ки Сонг — нет.

К тому времени Бессмертное Пламя уже обрёл Воспоминание Родословной Бога Солнца, а Страж Доблести — Воспоминание Родословной Бога Войны. Ночной Странник же, скорее всего, уже обрёл Воспоминание Родословной Бога Бури.

Санни не знал, как и где Ки Сонг получила Воспоминание Родословной, но она точно не унаследовала божественную родословную, как Улыбка Небес и Анвил. Она обрела её в какой-то момент после Пробуждения, как и их родители.

Затем она последовала за Сломанным Мечом в Третий Кошмар и стала Святой. К тому времени клан Сонг уже считался одним из Великих Кланов.

И вот, наконец… после того, как исчезли и Улыбка Небес, и Сломанный Меч… в горниле Четвёртого Кошмара родилась Воронья Королева и закрепила свою власть над миром.

Это было на самом деле достойно восхищения. Санни не мог не испытывать благоговения перед тем, чего добилась эта женщина. Он бы поаплодировал Ки Сонг… если бы не собирался убить её и не рисковал быть убитым ею первым.

Если уж на то пошло, Санни бы предпочёл, чтобы его противник был менее