Фантастика 2026-7 - Алекс Келин

Переглянувшись, мы дружно засмеялись. Яра, не дожидаясь разрешения, вбежала и, обняв нас, с воодушевлением сказала:

— Пусть так будет всегда! Как сейчас!

Ни я, ни Владетельная не ответили ничего, но каждому из нас хотелось того же…

Сидели и молчали долго, хотя молчанием это было назвать не правильно. Я чувствовал счастливое умиротворение маленькой Яры, боль утрат и радость от нашей встречи взрослой Хозяйки замка. Меня самого затопили эмоции и воспоминания, которые, я четко знал, чувствовали и они. Содержательная, искренняя беседа без слов, стоящая всех громких диалогов в мире.

— Что там в замке! — первый нарушил молчание я. — Насколько всё плохо?

— Всё плохо, Егг-Орр… — ответила Селла, не прекращая обнимать меня. — Чего ни коснись — полный развал, но главное, что мы живы, хотя и верится в подобное с трудом.

— Потери?

— Страшные… Многих больше не увидим. Из Ближнего круга остались только я, ты, Леммия с Ниррой, да Юллана с Маххой-Орр.

— Махха теперь тоже в нём?

— Тоже. Она сейчас в замок Фаль уехала — не удержала его Раппала, пусть Сёстры примут её душу достойно… Птица сегодня от бывшей наёмницы прилетела. Они с остатками своего отряда «Стальных Стеблей» вовремя подоспели. Ещё немного и одни трупы в убежище. Теперь Фаль под моим протекторатом, где Хозяйкой стала Махха-Орр, давшая мне личную клятву верности. Вот так…

— А что в Хорн?

— Там всё сложнее. Цетта жива… Ещё жива, но это долго не продлится — досталось ей слишком сильно, чтобы пережить хотя бы пару рассветов. Не понимаю как они удержали замок, но из всех Защитниц осталась она и ещё пара воительниц. Леммия сейчас там с ней прощается и наводит мало-мальский порядок. Написала, что только благодаря слугам выстоял Хорн. Его Левая Рука…

— Стам это! Я помню — встречался с ним!

— Кажется. Так вот ему все твои нововведения и тренировки Цетта передавала, чтобы смог подготовить мужчин к Вторжению. Он хорошо и прилежно исполнял написанное, не жалея ни себя ни других — вот свой отряд «Звезда Хорн» и превратил в боеспособную единицу… Тебе ничего это название не напоминает?

— Ещё бы! — ухмыльнулся я. — Видимо, придётся мне главным «звездуном» ещё побыть немного, пока снова нормальную жизнь не построим.

— Придётся. Но это, сам понимаешь, влечёт определённые проблемы…

— Как будто раньше их не было! По сравнению с «синей луной» — сущая безделица. Кстати о проблемах. Что слышно из столицы?

— Ничего… Вообще ничего! Я честно отправляла туда птиц, но ни одного ответа и помощи не получила, несмотря на предложение примирения.

— Значит Агорра не отступилась от своих замыслов… Придётся готовиться к войне.

— Да. Не хочу, но придётся. Замок Шлёсс тоже отразил все атаки Серых Тварей. Тётушка написала, что хуже чем у Кнара и у Нест нигде не было — спокойные земли отбились хоть и с большими потерями, но главный удар Пелены обрушился на наши головы.

— А мои там как? Как Ввейда? Должна уже вот-вот родить!

— Не знаю, Егг-Орр… — глухо произнесла Селла, отводя взгляд в сторону. — Мы только по делу общались!

Внутри вдруг стало пусто и неуютно. Боясь услышать страшные новости, я всё же с трудом выговорил:

— Не ври мне…

— Я…

— Не ври! Правду! Всё равно узнаю!

— Яра… Выйди!

Девочка неохотно оторвалась от нас, но перечить не стала, тихо затворив за собой дверь.

— Нет Ввейды… Рожала во время штурма. Как и обещала — две девочки. Одну тут же назвала Рита, а другую… Мира. Больше ничего и не успела — Серые Твари к родильне пробились на десятый день, уничтожив пост Хранительниц. Ввейда одела девочкам твои медальоны и сама вышла на последний бой. Так и стояла с остальными матерями у входа не пуская Тварей… И не пустила… Ценой собственной жизни не пустила. Твои дочери живы и здоровы, но их мать… Извини…

Слезы навернулись на глаза… Сквозь из мутную влагу мне мерещилась Ввейда… Такая красивая и озорная… Улыбающаяся и без страшных отметин на теле, которые ей оставили Серые… Спи, родная… Ты не умерла! В моём сердце можно жить теперь очень долго после «четырёх глотков», выпитых вместо тебя…

— Селла… — борясь с болью утраты и головокружением попросил я. — Верни моих детей в Кнара. Им нечего больше делать в Шлёсс.

— Уже… Я написала Невве, что удочеряю их обеих. Прости, что не спросила тебя и сама приняла такое решение. Рядом с отцом должна быть и мать… Пусть и приёмная.

— Значит у меня теперь три дочери. Яра будет старшей!

— Но…

— Если мы вместе с тобой, то вместе во всём. Ты — моя женщина, я — твой мужчина, а дети наши! Все! И мы дадим им самое лучшее, что есть в нас!

Селла отодвинулась от меня, встала и подойдя к окну долго молчала, глядя в него.

— Егг-Орр… Ты мне как-то рассказывал про любовь в твоём мире. Наш, к сожалению, до твоего здесь появления её не имел. Точнее имел, но немного другую — материнскую. Кажется, теперь я поняла, что ты пытался мне объяснить и… Я люблю тебя!

Потом Владетельная резко повернулась и посмотрела на меня. В её глазах плескалась надежда и страх.

— А ты? Что ты молчишь?!

— А я…Не люблю!

Селла вздрогнула словно от удара плетью.

— Себя не люблю! Гадкий, бабник, неуступчивый! За что любить то? — с улыбкой пояснил я. — Ты об этом меня спрашивала? А вот одну женщину, сейчас стоящую передо мной, люблю больше жизни! И буду с ней рядом даже, если она решит меня прогнать! Без тебя мне, Селлочка, и яркое солнце хуже Ока Смерти! Иди ко мне!

— Ты придурок! — в сердцах воскликнула она. — Разве так можно?!

— Извини! Плохая шутка! Но ты ведь меня, непутевого простишь? И мы будем жить долго и счастливо и… А давай ещё парочку девочек и мальчиков вместе сделаем? Говорят, что в любви рождаются самые красивые дети!

Селла бросилась ко мне на кровать, обнимая и жарко целуя.

— Ты глупый семенник! И другого мне не надо!

— Маааммм? — вопросительный голос из-за двери. — Я честное слово входить не буду, а вы мне за это братиков с сестрёнками сейчас начните делать!

Нет! Ну, что за «жучка»! Её в дверь, а она в окно! Ох и намучаемся мы с ней ещё!

— Яра! — почти строго сказала Селла. — Угомонись! Ты же будущая Владетельная, чтобы вести себя таким неподобающим образом, подслушивая чужие разговоры! И не до Брачного Ложа Егг-Орру сейчас! Сама видела насколько он слаб после