И пеплом стали звезды - Рина Сивая

— Я знаю, куда нам стоит сходить, — когда я в очередной раз поежилась от слишком внимательного чужого взгляда, проговорил Таймарин и повел меня к остановке монорельса.

Я не спрашивала — я просто шла за ним. Не потому, что теперь он официально был моим командиром. Потому что он был им всегда: тот, кому я без колебаний доверяла всю себя.

Через полчаса мы стояли перед дверью апартаментов. Тай вопросительно приподнимал бровь, мол, чего ты ждешь, а я отчаянно трусила, когда подносила руку к сканеру. На какой-то миг поверила, что в допуске мне будет отказано, но нет.

Перегородка отъехала, пропуская меня в квартиру, где я не была больше девяти лет.

Здесь все было точно таким же, как я помнила, и словно чужим. Идеальная чистота, порядок, заполненный едой холодильник — спасибо программам поддержания.

— Если хочешь, можем пожить здесь, — предложил Тай из-за моей спины.

После возвращения мы обосновались на служебной квартире неподалеку от Дома Правосудия — слишком часто приходилось таскаться на допросы. Там же занимались восстановлением моих данных в АСУН, благодаря чему теперь я была официально живой Линнеей Корте.

А это — дом моего отца, доставшийся мне после его смерти.

— Я не понимаю, — вместо ответа произнесла я, поворачиваясь. — После моей смерти эта квартира должна была уйти с молотка как собственность Космофлота. Ты ее выкупил?

Корте улыбнулся одним краешком губ и шагнул вперед, заключая меня в объятия.

— Я женился, — ответил он так, словно это все объясняло. — АСУН зафиксировала наш брак на шестнадцать минут раньше, чем твою якобы смерть. Поэтому я автоматически вступил в наследство, когда прошел положенный срок.

Да, вот теперь стало понятно.

— Это всегда был твой дом, Лин, — продолжал Тай, прижимаясь своим лбом к моему. — Если хочешь, я передам тебе право собственности обратно.

Хотела ли я? Отчасти, ведь это — живая память об отце, как и жетоны, все еще висевшие над нашей кроватью, где бы мы не находились. Но жить здесь? Нет. Я не чувствовала себя тут… уместной.

— Я хочу продать апартаменты, — заявила и почувствовала: да, действительно хочу. — Они мне не нужны. И если уж и жить где после завершение службы, то в каком-нибудь уютным домике на краю Вселенной.

Мы хотели этого вместе, и сейчас, глядя в сияющие глаза Таймарина, я понимала, что он думал о том же. О том моменте, когда он предлагал мне стать его женой.

— Тогда продадим, — кивнул он и подхватил меня под бедра, вынуждая обхватить его талию ногами, а плечи — руками. — Но для начала я хочу, чтобы ты показала мне свою комнату.

— Можно подумать, ты ее не видел, — смеялась я, когда Корте безошибочно определял верное направление.

— С тобой — точно не видел.

Эту неделю, которую «Нея» заканчивала свой ремонт, мы провели именно так, как собирались восемь с лишним лет назад: не вылезая из постели на служебной квартире. Нежились в объятиях, дарили друг другу поцелуи и обсуждали все подряд.

Как раньше. Словно и не было ничего: ни расставания, ни Элиаса, ни громкого разбирательства.

Были мы. Двое. Влюбленные, счастливые и совпадающие на сто из ста.

— Ты знаешь, что это не обязательно, — тихо говорил Тай, когда я добралась до шрама на его плече. Самый длинный, самый заметный. Тот, что остался после осколка, который чуть не перерезал ему ключицу.

Это мой личный вечерний обряд: пройтись губами по каждому из паутинки белесых следов. Не было еще ни дня, чтобы я его не совершила.

— Знаю, — ответила я, не останавливаясь. — Но хочу.

Рука мужа легла мне на затылок, пальцы запутались в волосах. Нежно, ласково. Как будто я была чем-то хрупким, что могло разбиться от одного неосторожного движения.

— Я люблю тебя, — прошептал Таймарин, и его голос прозвучал так, будто он говорил это впервые. С той же искренностью, с тем же трепетом.

— Взаимно, полковник, — улыбнулась я, поднимая голову, чтобы встретиться с ним взглядом.

Его изумрудные глаза смотрели на меня с таким трепетом, что сердце забилось чаще. Восемь с половиной лет мы были врозь. Восемь с половиной лет мы думали, что потерял друг друга навсегда. А теперь он был здесь, со мной. Живой. Настоящий.

Мой.

— Завтра «Нея» выходит из дока, — сообщил Тай, не отрывая взгляда. — Мы возвращаемся домой.

Домой. На фрегат, который стал для меня больше, чем просто кораблем. Место, где я снова обрела себя.

Где мы снова обрели друг друга.

— Я готова, — уверенно произнесла я, целуя в губы своего командира.

С завтрашнего дня я официально новый штурман Таймарина Корте. Место в эскадрилье мне выбить для себя не удалось: тут мой муж был категоричен.

— Если хочешь летать — летай на фрегате, — заявил он во время очередного спора. — Так ты всегда будешь у меня на виду.

Я надулась, но, подумав хорошенько, решила, что это — идеальный вариант. Вместе и навсегда — именно то, чего я хотела от своего брака.

К тому же кресло штурмана на капитанском мостике было намного удобнее кресла пилота штурмовика или истребителя.

Тай ответил на поцелуй с той страстью, которую не смогли затушить ни один из дней разлуки. Как будто мы все еще были теми молодыми курсантами, которые только что выпустились из Академии и готовились покорять галактику. Только теперь мы знали цену всему, что потеряли и обрели.

— Знаешь, что я думаю? — спросил Корте, когда мы наконец оторвались друг от друга, чтобы перевести дыхание.

— Что?

— Что до отправки мы еще успеем переспать в хозблоке «Неи», — ухмыльнулся Тай, и я не смогла сдержать смех.

— Озабоченный, — покачала головой я, но не стала спорить.

Потому что знала: мы успеем все. И хозблок, и капитанский мостик, и нашу каюту. У нас впереди была целая вечность, проведенная вместе. На «Нее». В космосе. Там, где мы и должны были быть всегда.

Таймарин обнял меня крепче, прижимая к себе так, будто боялся, что я снова исчезну. Но я никуда не собиралась. Я была там, где всегда хотела быть: рядом с ним.

— Спи, птичка, — прошептал он мне в ухо, и его наросты излучали такую волну спокойствия и умиротворения, что я не смогла сопротивляться.

Закрыла глаза, чувствуя, как дыхание моего мужа выравнивалось, как его сердце билось в унисон с моим. Мы были единым целым. И больше ничего не имело значения.

Завтра мы вернемся на «Нею». Завтра начнется наша новая