Псевдоним «Испанец» 1-9 - Евгений Юллем

раса, чего их жалеть! В общем, вели себя как в свое время эсэсовцы на оккупированных территориях, о чем некоторые уроды у нас забыли. Но здесь все помнили. Кое-кто, конечно, остался, наивно надеясь на милосердие победителя, кто-то ушел, справедливо полагая, что их обчистят позже до нитки, и есть возможность хоть что-то спасти. Но те, кто верой и правдой исстари служил многим поколениям Осгенвеев и пользовался их покровительством, остались.

Замок превратился в одну большую деревню. Как я и говорил, набеги вражеских армий были не таким уж и редким явлением, и все было давно приспособлено к проживанию здесь большего количества людей, чем обычно. Амбары в стенах и подвалах забиты зерном и припасами, три источника пресной воды из подземных пластов, способных напоить всю эту разномастную братию от пуза. И да — отхожие места, тоже предусмотрены, все честь по чести. А то замок быстро бы превратился в зловонный колодец. Ну тут кроме крепостных сортиров на первой линии обороны, дерьмо из которых валилось в ров — чтобы нападающим преодолевать его было приятнее — были предусмотрены и внутренние. Куда уж там оно стекало, не знаю, может в какую подземную речку уходило, но, когда сняли крышки колодцев во дворе и навесили на них будки типа «сортир», все стало более или менее приемлемо. Минимальное количество удобств было обеспечено. Ну а с проживанием — возможны варианты. Либо в огромном замковом дворе, способном вместить небольшой город, либо счастливчикам, а также беременным и семьям с маленькими детьми — помещения в наружной замковой стене. Все одно лучше, чем во дворе. Палаток было не предусмотрено, лишь старая парусина, натянутая как тенты. На мой взгляд не лучшее решение, первый же зажигательный снаряд устроит небольшой пожар. Но тут не мне судить, раз это работало и не раз, значит имеет право на существование.

И вся эта вавилонская толпа издавала такой шум и рев, что у меня аж голова разболелась.

Последними перед закрытием ворот и поднятием моста через ров прибыли те самые королевские инженеры, числом две сотни, разбавив разношерстную толпу крестьян. Либо я не понимал значение слова «военный инженер» в его начальном значении, либо тут собрались их части охраны, но что-то шанцевого инструмента я не увидел, а вот оружием они были увешаны до зубов. Так что вместо батальона мы получили всего две роты. Оставшиеся, видимо, решили выполнить приказ командования. Да и хрен с ними. Опять же — никакого убеждения или давления, только добрая воля. Или вы получите вместо подразделения банду, которая только и ждет, чтобы ударить вам в спину при малейших трудностях. Колеблющихся и неопределившихся быть не должно. Тем более в таком деле, как бунт. Все должны понимать, на что идут. Ну а кого возможные дыба и веревка не пугает — вэлкам.

И вот в разгар этого великолепия в замок прибыл герольд. Когда он все это увидел, глаза его стали как у какающей мышки, а отвисшей челюстью можно было рыть каналы вместо экскаватора.

Отец встретил его во дворе — нечего посторонних в замок пускать. Герольд лишь вручил ему письмо, покачал головой, глядя на творившееся вокруг безобразие, и отбыл восвояси.

— Все, у нас не осталось времени, — сказал я, обращаясь к отцу. — Он сейчас же доложит во дворце, и тут начнется.

— Ну, времени у нас достаточно, — сказал он, вскрывая осыпавшуюся сургучной крошкой и вспыхнувшую голубым светом магическую печать. — Временной лаг есть. Пока он доберется во дворец, пока то да се — пройдет три часа точно. Это минимум. И обратно еще три, но это конным и немногочисленным армейцам, если пешим — то все шесть. За это время мы сможем эвакуировать еще больше селян и их — теперь общего — скарба. А жрать нам надо, учитывая то, сколько лишних ртов к нам прибыло.

Он развернул королевское послание.

— Так я и думал, — сказал отец, бегло скользнув взглядом по строчкам. — То, о чем мы и говорили. Приказано оставаться на месте и ждать прибытия команды, которая осуществит передачу власти над доменом временному коменданту.

— Когда они прибудут?

— Написано, что завтра. Но учитывая то, что здесь увидел королевский передаст, боюсь, что может произойти быстрее. Хотя до утра они все равно не успеют. А за это время мы как раз и завершим все задуманное. Даже скот успеем забить и освежевать туши — нечего эльфам оставлять. Так что за работу. Помоги вновь прибывшим, рук не хватает.

— Хорошо, — сказал я. — Помогу.

Я сбился с ног, провожая, показывая места, размещая… Хорошо, что дружина тоже этим занималась, без их помощи ничего бы не получилось. Закончили мы тогда, когда на востоке занялась заря, но успели все. Ну или почти все. Мобилизованные на трудовые работы крестьяне успели даже разобрать подъездной мост через ров — никто в здравом уме и трезвой памяти не сделает подвесной мост таким огромным, поэтому большая часть моста была постоянной, построенной на сваях. Теперь сваи сиротливо торчали из воды, а доски настила заняли свое место во дворе, превратившись в элемент укреплений.

— Теперь вроде все, — сказал отец только тогда, когда заскрипели вороты и подвесная часть моста дрогнув, стала подниматься вверх, превращаясь в дополнительную защиту ворот.

— Надеюсь, успели эвакуироваться все, — сказал я, глядя с привратной башни.

— Ну кто успел, тот и успел, — философски заметил отец. — Кто хотел, в смысле. Вон, даже Иссоновские крестьяне сюда перебрались, и кое-кто от Финнов тоже.

— Если учесть, что за сторожка у Финнов вместо замка, то немудрено.

— Иди поспи, целый день на ногах, — сказал отец, покосившись на дрыхнущего собакина.

Тому тоже пришлось побегать со мной. Вот аппетита он не утратил, а мне от избытка адреналина есть не хотелось, хотя и надо будет в себя затолкать хоть пару булок. Сила — Силой, а жрать тоже надо, организм все-таки первичный органический носитель моего непутевого разума. И он может взбунтоваться весьма некстати.

— Ну если только прямо здесь, — я высунулся из бойницы.

Не хочу пропустить шоу, которое, скорее всего, будет утром, хотя может начаться и пораньше.

— Пошли в дом, — повелительно сказал отец.

— И пропустить все самое интересное?

— Ничего ты не пропустишь, — махнул рукой он. — Главное действующее лицо тут — я. И пока я не прибуду на место, ничего не начнется. А поскольку господин герцог изволит почивать и не велел его будить, я собираюсь заставить их немного подождать, часика два или три, пока моя светлость не соизволит принять какую-то там делегацию, тем более от узурпатора.