Иной путь хищника - Анатолий

чувствовалась её заминка. Каждый раз, когда она пыталась нанести удар, она словно взвешивала: не много ли она берёт, не прихлопнёт ли она экзаменатора? Это её тормозило, давало этакую задержку в бою, которую Кай чувствовал. Если бы он хотел, уже давно нанёс бы ей фатальный удар. По этому решил пока закончить тренировку и обратился к Скотту:

— Она сдерживается, верно?

Тот, чуть повесив голову, сказал:

— Да. Профессор предупредил её о том, что она обладает огромным потенциалом. Да и, насколько я знаю, у неё были проблемы с семьёй из-за её дара. Вот она и боится им пользоваться на всю катушку.

— Я понимаю, — ответил Кай. — Но ей нужно чётко определить границы. Мы либо будем тренировать то, что она сможет дать, либо ограничимся ближним боем и физическими тренировками. Но это совершенно не её конёк, понимаешь?

— Да, но тут нужно говорить с профессором, — ответил Скотт.

— Я тебя услышал, малой.

На том они и закончили разговор. Чуть позже он завёл беседу уже с Ксавьером. Тот, наблюдая за тренировкой, не был удивлён темой, что поднял Кай.

— Понимаешь, она слишком сильна. Её дар превосходит её контроль, и, к сожалению, он завязан на эмоциях. Стоит ей немножко потерять этот контроль — и остановиться сама она уже не сможет.

— Я понимаю логику, но не согласен. — Возразил Кай.

Чарльз удивлённо поднял бровь на его слова:

— Почему?

— Потому что, ограничивая её, вы не даёте ей учиться. То, что она постоянно держит часть своей силы под замком, когда-нибудь приведёт к тому, что в моменте — а такой момент наверняка наступит — использования своего полного потенциала она просто потеряется в себе, растворится в своей же силе. Вы понимаете, что она может быть опасна не только для себя, но и для тех, кто будет с ней рядом? Это же как баллон со взрывоопасным газом, который постоянно накачивают. Вы пытаетесь бороться, наращивая толщину стенок баллона, вместо того чтобы обучить девушку стравливать лишнее.

Ксавьер глубоко задумался, и Кай надеялся, что, взглянув на проблему с другой стороны, он найдёт вместе с Джин верный путь. С этого разговора у них так и повелось беседовать. Они периодически встречались и начинали обсуждать разное. У них не было какой-то определённой темы, просто совершенно внезапно Кай понял для себя, что человек, которого он опасался, на самом деле не какой-то там скрытый злой гений, а такой же человек, как и он. Да, со своими особенностями, да, с какими-то своими убеждениями, но, учитывая то, какова природа его силы, эти убеждения были отчасти оправданными. А он пытался несколько раз представить себе, что было бы, если бы он обладал такими же способностями, как Чарльз. Такая власть над умами людей — буквально стоит щёлкнуть пальцами, и любой человек сделает всё, что ты захочешь: захочешь — любовь, будет тебе любовь; захочешь — денег, он тебе их принесёт; захочешь, чтобы он кого-то убил, — он убьёт. Абсолютная власть. Трудно даже себе самому ответить сумел бы он сам не превратится в морального урода? Это пугало. И тут бы стоило, возможно, задуматься, а не промыл ли Ксавьер мозги и ему самому. Но он периодически проверял. Ци плотно блокировала его разум — не пуская туда никого чужого. Так что его отношение к Ксавьеру было настоящим: обычная человеческая харизма, интеллект, человеческие качества — всё это сочеталось в Чарльзе так, что невольно заставило его уважать. И постепенно, в этих беседах, Кай стал замечать, что, кажется, у него на одного друга становится больше.

Чарльз, к слову, занимался не только просиживанием штанов и наблюдением за тренировками. Он гулял по городу, общался с Уолтером, проверял его выкладки вместе с Хэнком и обменивался опытом, а также учил Эмму. И как-то ночью девушка похвасталась Каю о том, что после разжёвывания некоторых моментов она шагнула в понимании собственного дара не на шаг, а на все десять. Так что обмен опытом приносил пока только плюсы.

А вот Курт Вагнер стал для Кая настоящим сюрпризом. Его скорость, ловкость, манёвренность, а также навыки мечника, которые он когда-то ради шутки развивал в цирке, оказались в той комбинации, против которой его мастерства просто не хватало. Всё, на чём он выезжал, — это восприятие ци. Именно оно давало ему ощутить смещение пространства за доли секунд до того, как там появлялся со своим «бэмф» Курт, и Кай успевал реагировать. Если бы не это, то Ночной Змей разделал бы его под орех, невзирая на все его физические возможности и мастерство в боевых искусствах. Они плясали с ним с полчаса, когда Кай всё-таки прошляпил движение Курта, и тот смог достать его мечом в плечо. Нет, само плечо, конечно же, не пострадало, потому что Кай закрылся щитами из ци по самую маковку. Но сам факт, сам факт: мутант, который бился, так сказать, в ближнем бою, сумел его достать. Отскочив после попадания, Курт оказался на ветке одиноко стоящего на полигоне дерева и, запыхавшись, выдал:

— Ты просто невероятен! Ещё никто из тех, с кем я дрался, не мог меня так успешно блокировать. Я очень впечатлён, Кай.

— Спасибо, — ответил ему тот. — На самом деле, с учётом того, сколько лет меня учили и готовили к боям, ты вообще не должен был меня достать. Так что гордись, сегодня ты герой дня.

После серии спаррингов они подвели итоги, и Кай сказал, что пора начинать групповое сглаживание. Они должны начать тренироваться как между собой, так и в своих командах друг против друга, для того чтобы могли без долгого планирования включаться в бой в практически любой ситуации. Групповые тренировки Кай уже решил отдать на откуп Логану — всё-таки у того опыта больше именно в таких вещах. К тому же Логан их самих тоже тренировал, и ему будет легче вплеть в это дело новичков. Профессор, услышав все эти выкладки, лишь согласно кивнул.

Так у них и пошло: они общались и тренировались. Со временем у всех завязались между собой довольно тёплые, дружеские отношения. Ребята перестали относиться друг к другу с настороженностью. Все поняли, что угрозы друг от друга никакой нет и они здесь делают всё это лишь для того, чтобы стать сильнее.

Спустя примерно