"Пожиратель солнца". Компиляция. Книги 1-7 - Кристофер Руоккио

так же откладывалась и моя встреча с Императором. Его Сиятельство был поглощен государственными делами, так говорили люди в кабинете Аврелиана, когда я звонил и спрашивал, что происходило почти ежедневно.

Император выслушает меня, говорили в канцелярии Аврелиана, когда император будет готов. Почему император не был готов раньше, я не могу сказать. Он, должно быть, знал, насколько серьезным было мое поручение, должно быть, получил телеграмму, которую я отправил заранее.

Я получил и прошу вашего прощения. Моя миссия была не завершена. Я немедленно отправляюсь на Форум.

Он знал, что Ушара еще жива, что операция "Гномон" - миссия по поиску и уничтожению Наблюдателя на Сабрате - провалилась. Я был пленником имперского протокола, и Кассандра вместе со мной. Четыре года меня заставляли ждать. Четыре года под пристальным наблюдением в цитадели Марсианской гвардии. Много бессонных ночей я провел, глядя сквозь поляризованные окна на бесконечный день или сквозь прозрачное стекло на такие же бесконечные ночи.

Кассандре жилось - если уж на то пошло - хуже, чем мне. Она, которая выросла на свободе острова и в сверкающих водах Джада, которая отважилась пересечь со мной бескрайние пески Сабраты, сильнее ощущала стены наших апартаментов. Только Нима был спокоен. Джаддианский слуга занимался тем, что приводил в порядок наш маленький мирок, вел хозяйство и прислуживал за столом. Не раз он вступал в споры с марсианами, следившими за нашей дверью, требуя продукты для кладовой или желая узнать, почему наше белье не было возвращено или с ним не обращались должным образом.

Селена не выполнила своего обещания взять нас с Кассандрой покататься верхом в Королевском лесу. Должно быть, Аврелиан отказал ей.

Тем не менее я не оставался без гостей. На следующий день после приезда Лориана - в тот день, когда Лориан раскрыл существование латарранского телеграфного датчика, - ко мне пришел человек из Капеллы. Он повторил многие из обвинений Самек. Что мы с Лорианом работали сообща, что мы действовали по приказу какого-то параллельного имперского агентства - Специальной службы безопасности, или АПСИДЫ, или собственно Имперской канцелярии - что мы участвовали в заговоре против Империи. Откровение Лориана о новом методе прослушивания телеграфных передач Монарха не помогло моему делу. Знал ли я о нем? Был ли я знаком с его функциями? Я сказал ему, что это не так, что я удивлен новостями не меньше, чем он.

Он ушел расстроенный, пообещав вернуться.

Эдуард появился впервые за несколько месяцев. Он занимался официальными делами в офисе АПСИДЫ. После смерти Оберлина и отъезда императора за пределы планеты весь департамент погрузился в хаос, и Аврелиан был вынужден вмешаться, чтобы назначить временного директора, пока не будет найден подходящий преемник для покойного лорда Фридриха. Слухи о подмене Ласкариса привели отдел - да и весь разведывательный аппарат - в смятение. Была вызвана Инквизиция, которая провела тщательное расследование среди всех сотрудников, пытаясь обнаружить других лазутчиков.

Сам Эдуард выглядел осунувшимся и бледным, таким усталым, каким я его никогда не видел.

"Меня переводят в другое место", - сказал он, присаживаясь на краешек кресла в роскошной гостиной. На стене за его спиной висела рельефная скульптура планеты Марс, ее изгиб заполнял нижнюю треть, бледная макушка была украшена перламутром, луны-близнецы возвышались над ее дугой. В небе над ним возвышалась Земля, а на вершине сияло солнце - его поверхность была покрыта эмалью из сусального золота, так что взгляд зрителя неотвратимо тянулся к нему, от Марса, мимо Земли. Почти золотые лучи солнца образовывали ореол вокруг головы молодого агента. "Я не знаю точно, куда. Думаю, Аврелиан хочет, чтобы я убрался с планеты".

Я воспринял эту новость молча.

Кроме Кассандры, Нимы и меня, только Эдуард на Форуме знал, что произошло на Сабрате. Мало кто, даже в офисах АПСИДЫ, знал о "Гномоне", о проекте "Персей" и о том, что произошло на Наири. Если учесть, что здесь шныряли Капелла и ее Хор, а также общий хаос, вызванный присутствием стольких чужаков - и не в последнюю очередь самих экстрасоларианцев, - Аврелиан несомненно, хотел сохранить "Гномона" и все знания о Наблюдателях в тайне. Я был под контролем, и мои люди были со мной. Эдуард представлял собой единственный незавершенный проект.

"Когда ты уезжаешь?" спросил я.

"В конце недели", - сказал он напряженным голосом. "Вот почему я сейчас здесь. Я хотел попрощаться".

С минуту мы молчали. За годы совместной работы у меня появилась отдаленная симпатия к этому молодому человеку, и новость о том, что он скоро покинет Форум, а также моя история застали меня врасплох.

"Ты действительно не знаешь, куда направляешься?" спросил я.

Эдуард удерживал мой взгляд в течение нескольких ударов сердца, достаточно долго, чтобы дать понять: что бы он ни сказал, он знал. "Поскольку дело Сабраты завершено, есть другие проекты, на которые я должен обратить свое внимание".

"Дело Сабраты не завершено", - возразил я.

"Вы знаете, что мы не должны обсуждать такие вещи", - заметил Альбе и, сменив тактику, наклонился ко мне: "У вас есть доказательства этого?"

Я почувствовал, как тень Ушары пробежала по моему лицу, и отвернулся, чтобы молодой человек не увидел этого и не смог понять. "Всего лишь ощущение".

Эдуард сказал: "Разведка Легиона захватила корабль сьельсинов, воевавший на Линге. Возможно, меня отправят туда. Там, несомненно, найдутся артефакты Вайарту, требующие изучения и надзора".

То, что он предложил такой вариант действий для себя, было достаточным доказательством того, что он делал что угодно, только не это. Я кивнул, принимая выдумку, но показывая своей улыбкой, что все понял. Какова будет судьба юного Альбе, я не мог предположить, но уж точно не надзор за раскопками в Скоплении Линга.

"В таком случае желаю тебе всего хорошего", - сказал я.

"У вас уже была возможность поговорить с Его Сиятельством?" Спросил Эдуард с напряженным выражением лица.

Нима вышел из заднего холла и обошел комнату, направляясь к кухне апартаментов, за которой находились помещения для прислуги, бывшие его личной обителью. Я наблюдал, как он проходил мимо. Я уже привык к тому, что за мной наблюдают, хотя мне казалось, что за мной никогда не наблюдали так пристально за всю мою долгую жизнь. Только Аврелиан знал все, что знал я, и Аврелиан был не единственным зрителем, чье оборудование для наблюдения, несомненно, прослушивало каждое наше слово. Нужно было учитывать еще и Капеллу, и Львов. Агенты принца Александра, разведки Легиона, Мать-Земля только знает, кто еще.

"Не раньше послезавтра", - поведал я. "У меня были