Фантастика 2026-107 - Наиль Эдуардович Выборнов

Грэй смотрел на меня и умолял пощадить его, но мой взгляд по-прежнему был безразличным, а внутри себя я все никак не могла определиться между обидой и облегчением. Последнее явно от того, что хотя бы объясняет мой нездоровый интерес к искупительнице и ее спасению.

— Это случалось много раз с тех самых пор, как священная кровь воплотилась в первой искупительнице, — стал рассказывать Грэй. — Обе стороны пытались применять знаки, магические предопределенности, использовали Свет и Тьму, чтобы добиться желаемого. В этот раз Свет действительно выбрал тебя. Именно поэтому ты познакомилась с Оли, тебя вообще потянуло к магии и захотелось приехать в академию. Ты знала это где-то в глубине души. Всегда. Просто это были не явные воспоминания, забытые, но очень хорошо укоренившиеся.

— Почему ты не сказал мне об этом раньше?

— Я… — Грэй напрягся, — чтобы определенная череда событий случилась, было важно, чтобы ты до всего дошла сама. Это твой выбор, Вилу. Как заклинательницы, которая во всем пытается найти баланс сил, так и доброй и отзывчивой светлой души, кто так стремится помочь своим близким. Да даже не очень близким.

На самом деле после разговора с Хлои я уже поняла это для себя, но мне просто нужно, чтобы кто-нибудь вроде Ангела подтвердил мои догадки. Что он и сделал.

Но было еще кое-что, что хотелось бы прояснить.

— И в этот раз, ты думаешь, все получится? — Спросила я Грэя.

— Я не знаю, — покачал головой он. — Это сложный вопрос. Очень много раз Свет и Тьма были близки к этому, но до конца не дошла ни одна сторона. В этот раз… это новая попытка.

— Так или иначе, обнаружение искупительницы Светом или Тьмой ранее часто было сопряжено с появление Воронов, — заметил Грэй, — но освободились они только теперь. Возможно, это хороший знак.

Я вяло улыбнулась. Рэйвин не рассказывал мне ранее о том, что он пересекался с искупительницами до этого. Впрочем, если бы даже он взялся мне рассказывать обо всех своих приключениях за свою такую долгую жизнь, пожалуй, мне бы понадобилось несколько бессмертий, чтобы дослушать его историю до конца.

— Хорошо, — еще один глубокий вздох, — а если у нас все-таки получится, если мы преуспеем, что будет потом?

— Этого я не знаю, Вилу, — покачал головой Грэй.

Судя по всему, он не лгал, но вопроса моего он не понял.

— Нет, я имею в виду — если все получится, и я свое предназначение выполню, после этого я умру?

Грэй в удивлении вскинул брови.

— Конечно же, нет, — Заверил меня он.

— Но мне больше нечего будет здесь делать.

— Как это нечего? — Грэй улыбнулся, и я снова вспомнила наше с ним общение в моих снах. — Вилу, ты же не рабыня, тебя выбрали не для того, чтобы ты выполнила то, что нужно и потом все. Тебя выбрали, потому что именно ты в данном случае и при стечении определенных обстоятельств и так была способна сделать то, что было необходимо. Твоя жизнь принадлежит только тебе.

— Но тебя же они забрали, — вспомнила я.

— Потому что моим предназначением было стать кем-то большим, чем просто человеком, — напомнил Грэй. — И я стал. Ангелом. Твоим ангелом.

— Тоже стечение обстоятельств? — Улыбнулась я, а Грэй сжал мою ладонь.

— Это судьба, — как-то уж чересчур проникновенно произнес Грэй, и мурашки побежали по моему телу, душа встрепенулась, и пришлось сделать несколько глубоких вздохов, чтобы вернуть себя с небес на землю.

Все мои чувства к Грэю внезапно расцвели новым смыслом, как будто бы эти его слова стали чем-то вроде ориентира в конце долгого и длинного пути. Я позволила себе то, что позволять не должна была.

— Но они ведь забрали тебя, — оправдывая собственную надежду, напомнила я.

— Но я снова здесь, — более твердо со светящимися надеждой глазами, заверил Грэй.

— Но какова вероятность, что когда ты исполнишь свое предназначение, они не заберут тебя снова? — Я попыталась высвободить руку, Грэй только еще более решительно приблизился ко мне и положил руку мне на лицо. — Я не смогу, понимаешь? Не смогу пережить еще одну потерю…

— Но тебе и не потребуется этого делать, — заверил меня Грэй, — я никуда не уйду. Я обещаю. Даже если мне придется расстаться с крыльями.

На мгновение его обещание стоило мне успокоения, но потом я вдруг вспомнила, зачем он вообще был здесь, зачем сошелся с Басом, и надежда медленно пошла ко дну.

— Но это было целью твоей жизни, — напомнила я.

— Я был слеп. Но теперь я прозрел.

— Ты не можешь жертвовать своим благословением ради того, что никогда не могло бы произойти.

— Я ничем не жертвую. И ты знаешь, что те видения не были простым совпадением. Зачем их было нам посылать?

— А кто их посылал?

— Высшие силы.

— Но ведь ты — ангел.

— Мой отец тоже был ангелом. А мама демоном. Это была запретная связь, но она все же случилась.

— И смотри, что получилось.

— Я стал ангелом.

— Но какой путь перед этим прошел, — напомнила я.

— Иначе мне было не достичь рая.

— Грэй… — я снова отступила, высвободившись из его ладоней.

— Пожалуйста, Вилу, не отстраняйся от меня, — просил он. — Все, что тебе нужно сделать, это дать нам шанс.

— Но ведь, если это судьба, то чтобы мы ни делали, ничто не сможет этому помешать, — заметила я. — Верно?

— Верно, — коротко кивнул Грэй. — Но выбор все еще стоит перед тобой.

И так было очевидно, о каком выборе говорит Грэй. Стало стыдно, потому я опустила глаза. Да, знаю, я и к Киану испытывала чувства, и до сих пор от Рэйвина у меня мурашки по телу бегут, но и к Грэю я не охладела. Просто с Кианом мне запретили быть, Грэй оказался предателем и вообще умер, а Рэйвин… У Рэйвина больше не было души. Но это совершенно не означало, что моей душе от этого стало легче.

Словно подоспев на помощь, заурчал мой живот. Я покраснела и вцепилась в желудок, а Грэй, по-доброму, улыбнулся. Как делал это в моих снах каждый раз, когда приходил ко мне. На душе стало так спокойно, что на какую-то секунду я даже позволила себе допустить мысль о нас…

— Пойдем, я провожу тебя в столовую, — предложил мой ангел, робко шагнул ближе, словно боясь меня спугнуть.

Что-то столь уверенное и надежное было в этом жесте, я вдруг поняла, что заботиться он будет обо мне всегда. Это правда, я доверяла своим таким чувствам, но… если бы я только позволила себе допустить