"Фантастика 2026-185". Компиляция. Книги 1-19 - Вел Павлов

И прямо сейчас данная фраза полностью оправдывала то, что происходило в зале судий.

Жизнь и Смерть стояли рядом. Стояли плечом к плечу. Внимание двух древнейших правителей оказалось приковано к одному-единственному существу. Да, именно существу. Ведь человеком Влад Верейский и Ранкар Безродный никогда не являлся.

Но какой бы ни была его родословная. Какой бы тяжёлой ни была его судьба. Сколько бы ошибок он не совершил. Сколько бы грехов не посеял. И сколько бы раз не раскаялся. Всё это теперь было абсолютно неважно. Потому как свои последние мгновения юноша проживал так, как когда-то мечтал — как… человек.

Силуэты судий, сотканные от сотен тысяч энергий, то мерцали, то гасли. Могло почудиться, что Вселенная вокруг них словно затихла. Долгое время они молчали. Они молчали и с упоением наблюдали за тем, как на пороге смерти Опустошитель миров, который стремился всегда быть человеком, пытался спасти то, что считал самым дорогим и ценным для себя.

Обе судьи молча смотрели, как мало кому известное существо кулаками забивало того, кого во многих мирах знали как Белоснежного Регента Археи. Первого среди сильнейших — Урмейра Сокрушителя Престолов. Одно это имя внушало ужас и трепет тем, кто слышал о нём. Имя того, кто убивал хранителей, богов и кандидатов. Имя того, кто завоёвывал целые миры для своей госпожи. Имя того, кто сеял разруху и кровавую порчу.

Однако сейчас Сокрушитель Престолов растерял всю свою несокрушимость. Он утратил былую уверенность и сам познал страх. Тот самый липкий и удушающий страх, которым долгое время одаривал окружающих. Урмейр натолкнулся на непреодолимую стену. Стену, которая отказывалась рушиться.

Правда, правители сейчас видели то, что было скрыто от взгляда очень многих.

— Мальчишка почти на пределе, — пугающе-спокойно обронила Смерть. — У него несколько часов. Не больше. Его стремительно убивает его собственная сила и наследие Древних. Думаю, ты и сама всё видишь.

— Вижу, моя дорогая. Конечно, вижу, — тихо произнесла Жизнь, неотрывно глядя на проекцию, но затем в её голосе промелькнуло самое настоящее сожаление. — Мощь Древних и сила Опустошителей. До сих пор корю себя за то, что они не смогли поладить. Удивляет, как он ещё держится. Путь агонии… мучителен. Такое редко увидишь. Поверишь ли ты мне, если я скажу, что мальчику не повезло?

— К сожалению, ему… чудовищно не повезло, — нехотя признала собеседница. — Родиться в такое время и в таком месте. Странно, что он вообще дожил до таких лет. Вынуждена сказать, что его родители сотворили практически невозможное. Смертные именуют такое развитие событий не иначе, как чудом.

— Многие называют нас всесильными, — удручённо молвила Жизнь. — Но имеется просто беспрецедентное количество вещей, над которыми даже мы не властны.

— Баланс, милая, — Смерть пожала неким подобием плеч. — Баланс.

— Да, всё так… — кивнула невозмутимо та, продолжая смотреть только на проекцию. — Баланс.

На протяжении нескольких мгновений обе судьи продолжали наблюдать за происходящим. Однако когда участь Урмейра была практически предрешена, Жизнь внезапно сделала шаг вперёд и очутилась прямо на столе. Силуэт её начал стремительно изменяться и, пару мгновений спустя, перед Смертью стояла не могущественная правительница, а юная девушка лет восемнадцати.

А затем раздались аплодисменты.

Вновь.

И вновь.

И вновь…

И вновь!

Звукам рукоплескания не могли помешать даже разлитые по залу необузданные потоки стихий.

— Смотри же, Архея! СМОТРИ ВНИМАТЕЛЬНО, КРОВАВАЯ ПОРЧА! СМОТРИ И СЛУШАЙ МОИ АПЛОДИСМЕНТЫ! — Жизнь говорила громко и без какого-либо стеснения, продолжая звонко хлопать в ладони, а её голос пронзительным эхом разносился далеко. Далеко за пределы зала судий. Далеко за пределы миров Рассвета. — ВЗГЛЯНИ НА ЭТОГО ЮНОШУ! И ВЗГЛЯНИ НА СВОЕГО РЕГЕНТА! ВОТ ОНА РАЗНИЦА!!! ВОТ ОНА… НАДЕЖДА!!! ВОТ ОНА СИЛА ВОЛИ, ОТ КОТОРОЙ ВЫ ДАЛЕКИ! ВОТ ЧЕМ МЫ ОТЛИЧАЕМСЯ ОТ ВАС!!!

Некоторое время она вслушивалась в гул, что её окружал. Она будто хотела удостовериться, что Матерь Кровавых Миров услышит её. И она… услышала. Резко развернувшись на месте, Жизнь плавно спустилась со стола, продолжая находиться в одном из своих человеческих обличий.

— Действуй, мальчик, — бросила она с широкой улыбкой через плечо, глядя на черноволосого юношу. — Ты великолепен! Сверши то, что задумал…

Смерть поняла свою подругу без лишних слов.

И если бы она умела искренне улыбаться, то обязательно бы улыбнулась.

Да, именно такой она её знала. Именно такой всегда и являлась Жизнь — несгибаемая, пылкая и неукротимая. Полная противоположность ей — Смерти.

Однако не успел гул полностью улечься, как две последовательные вспышки заставили Жизнь и Смерть искоса взглянуть в сторону, потому как в зал пожаловали сразу двое судий.

— Вы задержались, — с явным укором отметила Смерть.

— Прости, сумеречная, — тихо повинился Время, изображая некий образ раскаяния. — В отличие от вас, мы не бодрствуем полноценно.

— К чему такая спешка? — сухо декларировала Пространство, пытаясь скрыть зевок. — Огонь толком ничего не объяснил. Лишь дал координаты, чтобы мы направили по ним наших вестников. Мы же…

Судья внезапно замерла, а вместе с тем исчез и её зевок. Сотня её глаз коснулась стола и множественных проекций, что были разбросаны по округе. Правителю хватило нескольких мгновений, чтобы от начала и до конца разобраться в ситуации.

— Она действует согласно канонам? — голос Пространства стал на сотню порядков ниже и холоднее. — Или…

— Или, душа моя, — с явной издёвкой отметила Жизнь. — Или.

Среди всех судий, не считая Огня, именно Жизнь и Пространство являлись самыми эмоциональными и в какой-то степени несдержанными.

— Неугомонная дрянь! — ругнулась та. — Архея решила взять пример со своей подруги Скверны?

— Теперь хотя бы понятно, почему нити Астрала содрогаются как безумные, а наша Жизнь в таком виде, — хмыкнул сухо Время, взглянув на облик соратницы. — Как понимаю, послание отправлено, но получено ли оно?

— Хватит! — повысила голос Пространство. — Послания вторичны! Кровавая порча нарушила порядок. Время, через сколько твой вестник окажется на месте? Шая явится по координатам Огня в лучшем случае через четыре часа.

Всего на миг Время задумался.

— Огонь сказал, что Иссария уже там и…

Беседа двух судий внезапно была прервана неуловимым жестом. Смерть взмахнула ладонью, и все застывшие проекции разом исчезли, но лишь одна из них вернулась к истинной реальности. Именно к той, на которой регента Матери Кровавых Миров медленно и верно превращали в кусок изувеченной плоти.

—