Смотритель Маяка 2 - Артём Град

— Я побуду здесь, — сказала она, устраиваясь поудобнее у стены. — Тут тепло, а в воде сейчас неуютно.

До этого момента я видел Мирель только по пояс в воде или мельком, когда она ныряла, но только сейчас рассмотрел её хвост целиком. Длинный, мощный, цвета вороненой стали, он изгибался плавной дугой, сужаясь к элегантному плавнику, и в нём без труда уместились бы стройные модельные ноги. Интересно, а в этом магическом мире есть какой-нибудь артефакт, что превращает хвост русалки в ноги? В мультфильмах такое часто случалось.

Кажется, у Инесс промелькнули те же мысли.

Бросив последний взгляд на диковинный хвост, я пошёл наверх спасать Маяк.

— Боцман, идёшь обедать? — меховой смотритель тут же шмыгнул за мной, оставив одну рыбу ради другой. Вот же продажная шкура!

Инесс молчала ровно до того момента, пока мы не выбрались в колодец и не отошли от люка на пару шагов. Она дёрнула меня за рукав и, убедившись, что нас никто не подслушивает, тихо спросила: — Владимир, а она правда может заколдовать? Ну, Мирель?

Я остановился и посмотрел на неё. Глаза у Инесс были серьёзные, даже встревоженные, и она явно ждала честного ответа.

— Ещё как может, — сказал, стараясь сохранить невозмутимое лицо. — Обижать не советую, как минимум замучает подколками.

— Уже дружу, — Инесс улыбнулась и поправила сползший с плеча воротник полушубка. — Она мне понравилась.

Я кивнул и двинулся дальше. Впереди, с первого этажа, доносился стук топора, Марко рубил только что занесённые бревна. Нашёл, чем занять руки.

При виде нас он остановился, вытер пот со лба рукавом и, кивнув наверх, откуда всё ещё доносился приглушённый вой сирены, спросил: — Чего это она так надрывается? Я уж думал, пожар или пираты на горизонте.

— Маяк проголодался, требует дров, — коротко ответил я, подбирая с пола несколько полешек.

— Ух, ты! Механизм! — Марко одобрительно хмыкнул и снова взялся за топор. — У вас тут, я смотрю, всё по науке.

Мы поднялись на кухню. Здесь было теплее, печь ещё не остыла, но огонь в топке почти погас, оставив лишь горку тлеющих углей. Я откинул чугунную дверцу, выгреб немного золы кочергой и аккуратно уложил принесённые поленья. Сверху кинул пару щепок посуше, а одну подлиннее зажёг от свечи на столе. Проблема отсутствия спичек решалась методом «Прометея», то есть передачей огня от одного источника к другому.

Сирена взвыла в последний раз и затихла. Тишина навалилась так резко, что в ушах зазвенело.

— Вот и славно, — пробормотал я, закрывая дверцу и грея ладони.

Сверху, с лестницы, послышались тяжёлые шаги и недовольное бормотание. Через минуту на кухню спустился Каспар, заспанный, взъерошенный, в мятом камзоле, накинутом прямо на исподнее.

— Только прикорнул, — проворчал старик, потирая лицо ладонями. — А тут эта горлопань. Что стряслось? Испанцы?

— Маяк проголодался, — ответил я, ставя на пол миску с небольшой рыбиной для Боцмана. — Извини, что разбудил, но ты как раз вовремя. Присядь, разговор есть.

Каспар покосился на меня, потом на Инесс, которая уже устроилась у печи, и тяжело опустился на стул напротив. Я дождался, пока он протрёт глаза, и заговорил.

— План такой. Чтобы Маяк работал нормально, светил, грел и не орал, нужны чёрные кристаллы, много кристаллов.

Дальше я изложил ему всю затею по добыче камней и переводу Маяка на работу исключительно ими. Каспар слушал молча, поглаживая седую бороду.

— И где ж ты столько возьмёшь, сынок? — спросил он наконец.

— На дне, — сказал я прямо. — Радар показывает скопления прямо под Маяком, на глубине, надо просто спуститься и собрать.

Старик нахмурился, его пальцы замерли на бороде.

— На дно⁈ — переспросил он, будто не веря ушам. — Ты в своём уме, Владимир? — он уже освоился с моим именем и произносил его без запинки. — У нас самые отчаянные мальчишки ныряли за губками и жемчугом всего-то на метров десять-пятнадцать. Те, кто пытался проникнуть под воду глубже, либо не возвращались вовсе, либо выныривали глухие, как пробки. Это верная смерть.

— Баротравма, — кивнул я. — Знаю, страшная штука, если не уравновесить давление внутри тела и снаружи, но у меня есть кое-что.

Я сделал паузу. Каспар смотрел выжидающе.

— Специальный шлем, нашёл его внизу, в подводной части. И он, кажется, использует зелёный кристалл для работы. Идея такая: шлем создаёт воздушный карман, а кристалл постоянно восстанавливает повреждения от давления. Теоретически я смогу дышать, и вода меня не раздавит.

— Теоретически? — Каспар поджал губы. — То есть ты ещё не пробовал?

— Пока нет, но другого выхода… — я развёл руками. — Дрова кончатся через неделю, если топить, как сейчас, и кристаллы — наш единственный шанс. Надвигается шторм, но принесёт ли он хлам для топки, неизвестно, мы рискуем.

Старик долго молчал, глядя в огонь, потом поднял на меня тяжёлый, но не осуждающий взгляд.

— Рискуешь, сынок, снова рискуешь ради нас.

— Ради всех, — поправил я. — Включая себя.

Каспар крякнул, покачал головой и потянулся к кружке с остывшим кофе, которую Инесс заботливо ему придвинула.

— Ну, раз так, — сказал он, сделав глоток, — рассказывай дальше. Чем я могу помочь?

— Есть ещё кое-что, — сказал я, отодвигая пустую кружку. — Прежде чем мы начнём готовиться к погружению, я хочу вас кое с кем познакомить.

Каспар, уже успев допить кофе и немного взбодриться, вопросительно поднял бровь. Инесс, сидевшая у печи и перебиравшая в пальцах край шерстяного платка, загадочно улыбнулась, опустив глаза, старик тут же это заметил.

— Ух лиса! — он погрозил дочери пальцем, — Знает что-то, а молчит. Ну, выкладывай, Владимир.

— Это мой добрый друг, без неё ничего не получится.

Каспар на мгновение задумался, потом решительно кивнул: — Твой друг — мой друг. Веди, сынок, знакомь.

Мы поднялись из-за стола и двинулись вниз. На первом этаже всё также бодро стучал топор, Марко вошёл во вкус и, кажется, планировал превратить в дрова все деревянные предметы на Маяке. Увидев нашу процессию, он остановился, вытер пот со лба и вопросительно глянул на меня.

— Марко, бросай пока работу, — сказал я. — Пойдём с нами, хочу познакомить вас с одним… другом. Да и вы ещё на нижних этажах не бывали.

Старший матрос ухмыльнулся, сунул топор за ремень так, что лезвие