Смотритель Маяка 2 - Артём Град

— Это здесь, — мы остановились возле крупного камня, облако пара, поднявшееся от наших тел, тут же скрыло от меня Инесс.

Я присел на корточки. Сугроб полностью скрывал камень, оставив обнажёнными лишь его острые углы. С виду никакого свечения, обычный снег. Я быстро раскидал его в стороны, освобождая поверхность.

— Хм, ничего, — вид тёмной промёрзшей породы меня обескуражил.

Я для верности осмотрел камень с боков.

— Неужели эта штука внутри камня? Это кристалл?

Мне вспомнилось, что перед тем, как подорвать «чёрную слезу» своими кривыми ударами, я ошибся с расчётами. Может, и сейчас?

— Инесс, мне надо спуститься к радару, кажется, ошибся с координатами.

Я рванул обратно, подгоняемый не только азартом, но и морозом, и едва не поскользнулся перед входом, но удержался, схватившись за дверной косяк. Влетел в комнату управления, приник к радару и…

— Что за…

Трёх точек, тех самых, которые я только что видел своими глазами, на экране не оказалось, пустое место. Все остальные остались, а эти исчезли. Как бы сказала бабушка: «Их как корова языком слизала!»

— Они исчезли, когда я убрал снег? Они что, и есть снег⁈ Да не-е, тогда бы остров светился одним огромным синим пятном. Так, посмотрим вот эти.

Догадка казалась настолько дикой, что я даже не сразу её принял, но выбора нет, надо проверить любую идею, даже самую бредовую. Инесс стояла на том же месте, кутаясь в мой полушубок и глядя на меня с немым вопросом.

— Исчезли? — спросила она.

— Ага, испарились, — ответил я, обходя камень и выбирая новую цель. — Попробуем по-другому.

Я приметил нетронутую снежную шапку, нависшую над выступом скалы, радар показывал там одну чёткую, хоть и бледную точку. Теперь я действовал иначе: не стал разбрасывать снег, как прежде, а начал снимать его аккуратно, горсть за горстью, слой за слоем, словно кисточкой на археологических раскопках. К моему удивлению, снег уже успел спрессоваться. Выбрав небольшую воронку, прямо в толще снега я обнаружил маленький синий хрусталик, размером едва ли с гречневое зерно, почти прозрачный, но испускающий ровный неоновый свет. Весь снег вокруг него, который я успел потревожить, был усыпан той самой синей пылью, которую я видел раньше.

— Боже мой! Владимир, что это за чудо? — Инесс подошла ближе, её глаза расширились.

— Не знаю, Инесс, но, кажется, это какой-то кристалл.

Поддавшись любопытству, я протянул руку, поднял хрусталик и в ту же секунду отбросил его, одёргивая руку и прижимая её к груди.

— А с-с-с, чёрт! Холодный!

Пальцы, которыми я держал эту кроху, мгновенно посинели. Боль не обжигала, а казалась парализующей, острой, кристалл вызвал мгновенный термический ожог, заставивший меня сунуть пальцы в рот, чтобы согреть. Кажется, мне стало понятно, почему он не отображался названием на радаре.

— Знаешь, Инесс, похоже, они рождаются прямо здесь, в снегу, под давлением этих сугробов, под действием магии острова. Снег прессуется и кристаллизуется в такие вот зёрна. Это как алмазы, которые формируются под чудовищным давлением горной породы, только здесь вместо камня лёд и холод.

— Но он такой маленький, — заметила Инесс, с опаской глядя на синюю искорку. — Таким разве можно согреться?

— Сейчас нет, полагаю, это просто зародыш. А точки исчезают с радара, если разрушить их снежную оболочку, процесс сразу прерывается.

Я выпрямился. Выходит, что остров буквально вынашивал новый ресурс? Тогда ещё не время собирать камни.

— Нам нужно вернуться на Маяк, — заключил я. — И дождаться, пока они вырастут. Если моя теория верна, через какое-то время хрусталики наберут массу и станут полноценными кристаллами.

Мы пошли в сторону Маяка, перед дверью я обернулся в сторону берега. Океан вёл себя неспокойно. Ровный шум прибоя сменился каким-то прерывистым рокотом, волн в темноте было почти не видно, чтобы разглядеть волнение, но ощущение тревоги не покидало.

— Инесс, послушай океан. Похоже на подготовку к шторму?

Она долго всматривалась в чёрную даль, где лунный свет дробился на тысячи осколков.

— Да, — тихо ответила она. — Вода копит силы, надвигается большой шторм, Владимир.

Та-а-ак, вечер перестаёт быть томным.

Развернулся, спеша возвратиться в тепло, за этими размышлениями я совсем озяб. Где-то наверху копошился Марко, Каспар притих, видимо, уснул за столом в картах или смотрел в трубу за горизонт. Синие точки на экране не множились и не исчезали, но оставались всё такими же бледными. Прошло полчаса.

— Ждём у моря погоды, — констатировал я, отходя от радара. Пальцы всё ещё не чувствовали прикосновений, но горели изнутри. Любопытная сила. Если в такой крохе её столько, то что сможет полноценный кристалл?

— Ладно, Инесс, оставим их в покое, всему своё время, — я потёр замёрзшее лицо. — Пока кристаллы в снегу набирают вес, у нас есть проблемы поважнее. Из тёплых вещей у нас только один мой полушубок, а работа по одиночке практически не даст результата. Нужно прогревать Маяк так, чтобы внутри можно было ходить в одних рубашках, это позволит нам компенсировать внешний холод. Даже если на несколько минут выскочишь на улицу в камзоле, согреешься внутри. К тому же каменные стены — штука инертная, если промёрзнут, мы их потом никаким костром не отогреем.

Я развернул в системе схему отопления.

— Но есть нюанс. Если начнём жечь дрова в режиме «поднажмём», то к концу недели придётся топить печь мебелью и книгами. Короче, дефицит дров — это верная смерть, поэтому план простой: нам нужны чёрные кристаллы, желательно побольше, чтобы перевести отопление на чистую энергию. Возможно, это поможет пережить зиму.

— Надо привлечь к этому делу Марко, идём.

Инесс кивнула, хотя добывать кристаллы ей бы всё равно не пришлось. Я посвятил её в план скорее для того, чтобы закрепить решение для себя, ну и поделиться. Мы уже собрались подниматься наверх к остальным, когда Инесс, проходя мимо витража, вскрикнула так, что у меня заложило уши. Она нырнула мне за спину, вцепившись в куртку мёртвой хваткой, я и сам, честно говоря, ощутимо вздрогнул. За стеклом в человеческий рост, отделяющим комнату от толщи воды, на нас смотрело… лицо. Сердце ухнуло в пятки.

Но мои губы тут же растянулись в широкой улыбке, когда узнал знакомые черты, разглядел непослушные чёрные локоны и чешую цвета воронёной стали.

— Мирель! — указав ей