Неудачница из литдорамы - Юлия Владимировна Буланова

— Дядя Чан, не надо, — хныкала прехорошенькая девочка в голубом платьице.

Точно! Это же Чан Иджан — бывший поклонник Ли Акеми, который так её любил — так любил, что, когда она выбрала Пак Мин Хо, благословил их брак, пожелал счастья и стал другом их семьи. Но в душе, разумеется, продолжал обожать главную героиню.

А мальчик, наверное, Пак Джи Мин. Ну, конечно, конфликт и противостояние нужно начинать ещё в детстве. Ведь это так ново, свежо и совсем не избито. Штамп на штампе. Бесит! Хотя, чему я удивляюсь, прочитав первую часть этого фарса в дорамной обёртке? Где ищу логику и здравый смысл?

И объект раздора тут как тут. Стоит. Глазками хлопает.

Чхве Арин.

Сразу видно: вырастет — красавицей будет. А если ещё и научится мужиками крутить, как это делала Ли Акеми, выйдет из неё настоящий монстр.

Джи Мин схватил моего сына за ворот майки и потянул на себя, пользуясь тем, что у соперника руки заняты книжкой.

— И что здесь происходит? — вопрошаю строго. Прямо, как Ашот Гамлетович, когда не находил на кухне идеального порядка.

— Это книжка Арин! — нагло ответил мне мальчик, впрочем, отпуская моего сына. — Пусть он отдаст! Всё равно такой тупица не сможет её прочитать.

Я вежливо улыбнулась и спросила этого невоспитанного ребенка:

— Он силой отобрал её у Арин, когда она её уже в руках держала?

— Да! — без колебаний соврал сын моего бывшего жениха.

— Нет, — одновременно с ним заговорила девочка. — Этот мальчик первый взял энциклопедию.

— Но почему-то вы почему-то решили, что можете применить силу, чтобы книгу отобрать?

— О, а кто это вылез из своей норы? — с притворной радостью пропел Чан Иджан. — Неужели это Кан Юри? И не стыдно тебе появляться среди приличных людей? После того что с тобой... произошло. Не при детях будут упомянуты твои приключения.

То есть групповое изнасилование бессознательной девушки он считает развлечением? Как это мило. Аж рука зачесалась взять что-нибудь тяжёлое и ударить по этой наглой физиономии. Но переведя взгляд на мужчину, я решила ему тоже улыбнуться. И с улыбкой же произнесла:

— Чан, ты же про себя говорил. Это ты отдал своё и теперь вынужден довольствоваться объедками. На всё готов, лишь бы иметь повод увидеть свою первую и единственную любовь. Даже, заниматься с этим мальчиком, которого всей душой ненавидишь.

— Дядя Чан нас любит! — хныкала девочка, но я одарила её безразличным взглядом.

— Когда любят учат дружить и договариваться, а не провоцируют бессмысленную ссору. Когда любят, учат принимать поражение достойно и идти вперёд, не считая при этом себя неудачником. Не манипулируют. Не запугивают. Не стыдят без надобности.

Со Хён слушал и кивал, словно бы соглашаясь с каждым моим словом. А потом подошёл к Джи Мину, вручил ему книгу со словами:

— Возьми. Тебе нужнее. Меня и так любят. Мне не надо никому ничего доказывать. Если бы ты попросил вежливо, я бы тебе её отдал.

Потом развернулся к стеллажу, вытащил другую книгу в мягком переплёте и пошел с ней в мою сторону.

— Ну, что, нравится, когда тебя жалеет какой-то оборванец? — прошипел Чан Иджан с нескрываемой ненавистью глядя на Джи Мина. А ребенок весь сжался под его взглядом. По щекам мальчика потекли слёзы. Но это лишь сильнее разозлило мужчину. — Ничтожество! Слабак! У тебя совсем нет гордости? Какой позор, что в семье Пак родился такой никчёмный наследник.

— Когда любят, — я произнесла это громко, не обращаясь ни к кому конкретно. — Учат не путать жалость и сострадание. А ещё не вымещают собственное разочарование жизнью на том, кто не может тебе ответить. Чан, этот мальчик не виноват в том, что ты, упустив свою возлюбленную, не нашел в себе сил её отпустить. Хорошего дня.

Выбором моего сына стал гид по лучшим медицинским университетам страны. Недорогой. Из не самой качественной бумаги. Но если он хочет эту книжку, значит так тому и быть. В конце концов, он достаточно взрослый, чтобы сделать правильный выбор. И я в этом только что убедилась.

— Ты знаешь того мужчину? — спросил сын, когда мы расплатились за его брошюру и мой любовный роман, который я наугад достала с полки.

— Не слишком близко, — отвечаю осторожно.

— Ты круто ему ответила. У него было такое лицо, будто он сейчас лопнет от злости. Но я не совсем понял. Почему он ненавидит того мальчика? А если ненавидит, то зачем водит его в магазин? Взрослые такие странные.

И я вдруг осознала, что это — мой шанс. Закладывать фундамент здоровых отношений нужно с детства.

— Понимаешь, Со Хён, тот мужчина влюбился. Не слишком удачно. Так бывает. От этого никто не застрахован. Мы не выбираем в кого влюбляться. Но можем отпустить того, кто не желает быть с нами. Или вцепиться намертво, причиняя этим боль себе и окружающим. Этот мужчина выбрал второй вариант.

— Он, что, совсем тупой? — ребенок смешно округлил глаза.

— Да. Сам же видел. Разве умный человек будет так вести себя? Но дело не только в нём. Женщина, в которую он влюбился, тоже, не желает его отпускать. Да, тот мужчина поступает глупо. Но его возлюбленная совершает подлость. Никогда нельзя держать того, кому нет места в твоём сердце. Даже, если он слишком слаб, чтобы отказаться от тебя самостоятельно. И, знаешь, если бы они играли в эту взрослую игру только вдвоём, всё было бы не так страшно. Но помимо своей воли в нее втянут сын той женщины — Джи Мин. Он ещё не понимает, какие отношения связывают его мать и человека, которого он привык считать почти членом своей семьи, поэтому не видит, как тот ему вредит. Ведь под видом любви и заботы Чан Иджан учит его очень плохим вещам. Быть агрессивным. Мучиться от чувства собственной неполноценности. Ненавидеть тех, кто проявляет к нему доброту. Люди — странные существа. Они часто обвиняют других в собственных ошибках. И мстят совсем не тем, кто причиняет им боль.

— Это же глупо, — говорит Со Хён, хмурясь.

— Спорить не буду, но не все такие умные, как ты. И это надо учитывать.

— Хорошо, — важно согласился ребёнок, задумчиво кусая нижнюю губу и делая очень