Системный Рыбак 12 - Сергей Шиленко

Флакон спрятал в перстень, поднос подхватил и вышел в общий зал.

Зал гудел. Половина столиков занята, у дверей толклась очередь, реклама на арене своё дело сделала. За дальним столиком у окна обнаружились Клэйн с Рейнаром. Сидели с такими лицами, будто их заставили вслух читать налоговый кодекс на мёртвом языке: Клэйн хмуро листал меню, Рейнар подпёр щёку кулаком и буравил взглядом стену. Клятва есть клятва, семь лет ежедневных обедов, и ни днём меньше.

Поодаль, за угловым столиком, пристроился тот самый щуплый практик в сером. Он не ел. Тоже изучал меню так, словно сверял каждую строчку с каким-то списком в голове, и нет-нет да косился на дверь кухни.

Я опустил поднос на свой хозяйский стол у окна и поискал глазами Селесту.

Её здесь не было. Значит до сих пор сидела в соседнем зале у барной стойки и цедила чай, скоротав за ним весь час, пока я возился у котла. Не ради же одной настойки она здесь засела, да и звал я её отведать рыбу, а не любоваться стенами.

С этой мыслью я и направился в барную зону.

* * *

Мори Прони всей душой ненавидел эту чёртову рыбу.

Не то чтобы он пробовал её здесь. Он вообще ничего не заказал, если не считать стакана воды, который цедил уже битый час под видом человека, увлечённого изучением меню. Но вокруг ели рыбу, нахваливали её и закатывали глаза, и каждый такой возглас отдавался у него под рёбрами глухой завистью.

Завистью к тем, у кого в кармане звенело на всё это великолепие.

Гильдия Алхимиков расщедрилась ровно на десять духовных кристаллов. Десять. За эти гроши полагалось выяснить, чем кормят в ресторане Винтерская, правда ли блюда соперничают с алхимическими пилюлями и какой именно ингредиент творит это колдовство.

Мори покосился на своё отражение в тёмном стекле. Серый балахон, капюшон, остренькое лицо, бегающие глазки. Вылитый шпион, честное слово. С такой физиономией заговоры в подворотнях плести, а не сидеть в дорогом зале с видом ценителя высокой кухни.

Он снова уткнулся в меню. Кожаный переплёт, тиснёные буквы, и каждая строчка била по самолюбию ценой. Рыба под перламутровым отваром — двенадцать кристаллов. Заливное из Звёздного усача — пятнадцать. Рагу из Туманного Горного Василиска — тридцать.

Тридцать кристаллов за порцию. Втрое больше всего, что Гильдия выдала ему на дело.

Ну и как, скажите на милость, выяснить секретный ингредиент, если он не может позволить себе даже понюхать эту стряпню?

За соседним столиком двое практиков в дорогих халатах склонились над тарелками, и здоровяк с бычьей шеей отправил в рот первый кусок рыбы.

— О-о-о, — простонал он с набитым ртом. — Ты попробуй, попробуй! Я после вчерашнего рагу до сих пор чувствую, как каналы расширяются. А у этой рыбки эффект такой, что резерв скакнул за один присест. На целых три процента, ты вообще понимаешь⁈

Мори замер. Три процента резерва за обед. Это не еда, это ходячая пилюля в тарелке.

Он подкараулил пробегавшего мимо официанта и дёрнул его за рукав.

— Прошу прощения, — Мори изобразил самую безобидную улыбку из своего арсенала. — А что вон тот господин кушает?

Он ткнул пальцем в сторону здоровяка.

— Заливное из Звёздного усача и рагу из Туманного Горного Василиска, — официант проследил за пальцем. — Желаете такие же?

Мори нашел блюда в меню. Они стоили в общем сорок пять кристаллов. Мори представил, как возвращается в Гильдию с отчётом, что спустил на один обед четыре дневных довольствия, и внутри у него всё съёжилось.

— Нет, благодарю, — выговорил он, удерживая голос от позорного дрожания. — Мне бульон с лапшой и варёным яйцом за два кристалла пожалуйста. И чай за один.

Официант моргнул. Самая дешёвая позиция, для тех, кто заглянул погреться, а не для практиков, и Мори ощутил, как загорелись уши.

— Сию минуту.

Он остался наедине с пустым стаканом и стыдом. Здоровяк за соседним столом доскрёб своё заливное и блаженно откинулся на спинку стула, а у Мори в голове заворочалась мыслишка. Подлая, липкая и оттого вдвойне соблазнительная.

Раз денег на лучшие блюда нет, почему бы их попросту не стащить?

А у владельца на столе наверняка стоит самое лучшее.

Мори как раз приметил, как Ив Винтерскай — тот самый парень, в которого он влетел в коридоре, — оставил на хозяйском столе у окна поднос с двумя тарелками и стаканом, а сам ушёл в барную зону. Тарелки исходили паром, и Мори сглотнул.

План сложился сам собой. Он поднялся, одёрнул балахон и двинулся через зал с лицом человека, который ищет уборную. У хозяйского стола он задержался на пару секунд, прикрыл ладонью край тарелки и сжал в пальцах крошечный пространственный артефакт временного хранения.

Время хранения было недолгим, всего лишь минута, но этого было достаточно.

Артефакт хлюпнул, вобрав по куску из каждой тарелки и глоток из стакана. Мори зажал его в кулаке и тем же прогулочным шагом вернулся к себе.

Сел. Выдохнул. Никто не тыкал в него пальцем, никто не вопил про вора, а официант уже выныривал из кухни с его бульоном.

— Ваш заказ.

— Благодарю.

Теперь спокойно, без суеты. Мори придвинул миску, взял ложку, изобразил аппетит и под столом высыпал себе в рот первую краденую порцию.

Мясо василиска под перламутровым соусом обволокло язык и хлынуло в горло крепким змеиным вкусом, что перехватило дыхание. Мори зажмурился от неожиданного вкусового удара и тут же отправил следом вторую добычу, рыбу под густым отваром, а сверху запил глотком из стакана.

Сначала ничего. Мори даже подумал, что всё сошло гладко, и подцепил ложкой лапшу для виду.

А потом язык онемел.

Жар рванул вверх, от горла к вискам, тело вспыхнуло изнутри, точно его сунули в кузнечный горн и взялись ковать. Мори раскрыл рот для крика и не выдавил ни звука.

В голове, во внутреннем взоре перед ним предстал легион.

Тысячи рогатых тварей с багровым огнём в глазницах стояли под кровавым небом, а исполин с короной из четырёх рогов уже заносил огненный хлыст. Хлыст хлестнул, и Мори накрыло пламенем, живым, всепожирающим, вгрызающимся в каждую жилу.

Ни закричать, ни сбежать. Тело окаменело, разум корчился, а демоны всё прибывали, заполняя собой мир до краёв.

В следующий миг Мори Прони издал вскрик и молча клюнул носом, осев лицом в тарелку с бульоном.

Лапша выплеснулась через край, яйцо скатилось со стола, шлёпнулось на пол, а сам