Воздушная кавалерия. Том 9 - Джек из тени

заморыша, а встретил взгляд, которым можно танк прожечь. Но старая школа взяла свое. Демидов мгновенно вернул на лицо маску благодушного хозяина и продолжил свой марш к нашему столику.

— Граф, графиня, — глубоким, раскатистым басом произнес Демидов, останавливаясь у нашего столика. Он вежливо, но без лишнего подобострастия кивнул мне, затем Елене. Илью он демонстративно проигнорировал, словно парня вообще не было за столом.

— Прошу прощения за то, что отрываю вас от, кхм, семейного ужина, — продолжил он, изображая на лице легкое сожаление. — Но есть дела, что не терпят отлагательств. Могли бы поговорить наедине?

Я отложил меню.

— У меня нет секретов от тех, кто за этим столом, — спокойно ответил ему, глядя Демидову в глаза. — Присаживайтесь, Петр Игнатьевич. Раз уж пришли.

Надо отдать должное, граф выводы сделал правильные. С учетом того, что нарыли ему аналитики про мои методы ведения переговоров в столице, он решил не лезть в бутылку и не качать права на публике. Он аккуратно отодвинул стул и грузно сел.

Подскочил официант, Демидов бросил взгляд на наш стол, отметил про себя, что алкоголя нет — только вода и морс, — и сделал заказ.

— Гранатовый сок, свежевыжатый, — коротко бросил он. Видимо, решил поддержать трезвую атмосферу. А может, цвет граната ему нравился больше.

Играть с порога в крестного папу Урала Демидов не стал. Одно очко уральцам. Он все же с плохо скрытым неудовольствием покосился на Илью. Парень сидел абсолютно неподвижно. Он не пытался встрять в разговор, не ерзал на стуле, но сверлил Демидова таким тяжелым взглядом, что казалось, готов вцепиться ему в глотку в любой момент, стоит мне только кивнуть.

Демидов откашлялся и начал издалека. Классическая светская прелюдия.

Он разливался соловьем о том, какой я пипец-молодец. Как стремительно поднялся с низов, как мудро инвестирую в технологии.

— Вы, Кирилл Андреевич, настоящий феномен нашего времени, — вещал Демидов, принимая принесенный сок. — Завоевали такую шикарную женщину, — он галантно кивнул Елене. — Ваша промышленная империя растет быстрее, чем кто-либо мог предсказать. Это вызывает уважение.

Он вскользь упомянул и мою военную службу, пытаясь прощупать почву. Но, судя по всему, тот барьер секретности, который ИСБ и лично Император выстроили вокруг операции во Владивостоке и штурма подземелий Петербурга, ему пробить не удалось. Он отделался обтекаемыми фразами про остров Удачи, где мы якобы гоняли «японских пиратов», и тяжелый выпуск из Академии.

Я лениво поддерживал эту игру, отвечая вежливыми банальностями. Мы даже дошли до обсуждения «китайского контракта» и перспектив дирижаблестроения.

Именно в этот момент Елена, изящно прикрыв рот ладошкой, демонстративно, с чувством зевнула.

Демидов осекся. Его кустистые брови сошлись на переносице. Граф намек понял мгновенно. Светские расшаркивания окончены, время переходить к бизнесу. Сворачивая дифирамбы, в которые он незаметно вплетал себя любимого и то, как хорошо он знает весь местный политический бомонд, Демидов подался вперед.

— Кирилл Андреевич, буду прям, — его бас стал тише. — Урал — регион сложный. Специфический. И если дорогой конгломерат «Строганов-Воронцов-Ростов» захочет здесь развернуться, пустить корни, вам понадобятся надежные проводники. Я готов замолвить даже не одно словечко перед нужными людьми. Логистика, поставки руды, зеленая улица в местных судах. Все будет работать как швейцарские часы.

— И всего-то надо сдать Илью, передать вам наследие Гончарова и свалить на полгода с Урала, пока вы тут делите активы, верно? — скучным, ровным голосом спросил я, перебивая его речь.

Демидов замер со стаканом гранатового сока в руке.

— Мне говорили, что вы человек дела, — сухо улыбнулся он, ставя стакан на стол. — А еще — человек слова, который понимает, где выгода, а где пустые амбиции. Мальчишка — отработанный материал. Заводы стоят. Отдайте управление местным гильдиям, и вы получите свой процент чистой прибыли без всякой головной боли.

— Все так, — кивнул я в ответ. — Я человек слова. И я дал слово Империи, что отсюда я уеду, только полностью решив все проблемы семьи Гончаровых. И с каждым часом, проведенным в этом славном городе, я понимаю все лучше… что дело вообще не в деньгах.

Граф Демидов хорошо держал лицо. Ни один мускул не дрогнул на его массивной физиономии. Но у меня была Алиса.

— Хозяин, у клиента конкретный скачок давления, — доложила хвостатая, считывая его физиологиюграфа. — Пульс подскочил до ста пятидесяти. Выброс адреналина. Его знатно тряхнуло изнутри.

Я ткнул палкой в его тушку вслепую и попал точно в болевую точку. Дело действительно было не в бабках за станки. В патентах скрывалось нечто такое, что заставило их вырезать целый род. И они до дрожи боялись, что столичный Аудитор это найдет.

Но граф был тертым калачом, старым интриганом, пережившим не одного губернатора. Он медленно откинулся на спинку стула, широко, по-барски улыбнулся, демонстрируя идеальные зубы.

— Кирилл Андреевич, вы молоды и идеалистичны, — снисходительно произнес он. — Но всегда дело в деньгах и власти. Остальное уже вторично. Уж вы-то, с вашим стремительным взлетом, должны знать это лучше меня. Империя далеко, а Урал — вот он. Надеюсь, все наши временные «разногласия» утрясутся в ближайшее время, когда вы изучите финансовые отчетности.

Демидов поднялся, застегнул пиджак.

— Приятного аппетита. Графиня, — он учтиво попрощался и, развернувшись, пошел к выходу.

Внешне он уходил как победитель. Но хвостатая сдала его с потрохами.

— Графа трясет от злости за проявленную слабость, — констатировала Алиса. — Пусть он и проявил ее только перед собой. Он сейчас готов порвать своих аналитиков на ремни за то, что они не смогли предсказать твою реакцию.

Как только спина Демидова скрылась за дверями ресторана, Илья шумно, с присвистом выдохнул, словно все это время задерживал дыхание. Его пальцы, сжимавшие край стола, побелели.

Елена тепло, с пониманием улыбнулась. Она взяла графин и налила Илье полный стакан холодной воды.

— Пей, — коротко скомандовала она.

Паренек схватил стакан и залпом, судорожно глотая, выпил все без остатка.

Я же сидел молча, глядя вслед ушедшему графу сквозь стеклянные перегородки.

— Что-то не так? — тихо уточнила Елена, заметив мой взгляд.

— Все не так, — ответил я, прикусив язык.

У меня почти вырвалась фраза: «Будто домой вернулся, в гребаный 21 век». Эти корпоративные войны, отжим активов через суды, подставные уголовные дела, банкротство, убитая логистика и промышленный шпионаж… Вся эта грязь была мне знакома до боли. Они действовали не как дворяне с пылевыми