Вирус Aeon. Заражённый рассвет - Татьяна Кравченко

Когда она вошла в гостиную, то увидела, как Ливия и Эд сидят на диване и смеются. Что-то лёгкое, почти забытое, витало в воздухе — простое человеческое тепло.

— Чистая постель, душ, смех… — сказала Джулия с мягкой усмешкой, — а мы почти забыли, что это такое.

Она подошла и села рядом, прислушиваясь к их разговору. Эд, взъерошив волосы, повернулся к ним:

— Ты права Джулия, создавали веками — стёрли в миг.

— Теперь у нас есть опыт и злость — идеальные стройматериалы. — закончила Ливия.

— Какие планы на сегодня, Ливия? — спросила Джулия.

— Пойдём наверх, занесём оставшееся оружие, — сказала Ливия. — Загоним джипы в ангар, чтобы не ржавели под дождём.

Эд кивнул и уже поднялся с дивана:

— Отлично. Идём, пока светло.

Они вышли наружу. День был ясным, с лёгким ветром. Ночью был дождь, и листья деревьев еще блестели от влаги.

Сначала занесли ящики с оружием. Потом Эд подошёл к армейским HUMVEE, провёл рукой по броне и постучал по двери.

— Просто огонь, — сказал он с восхищением. — Вот бы нам такой в дорогу. Бронированный, надёжен… и оружие встроенное, удобно оживших убирать.

— Думаешь, они на ходу? — спросила Ливия, подходя ближе.

— Возможно. Сейчас проверим.

Он обернулся к густому лесу, обступившему комплекс:

— А вообще… может, стоит со временем расчистить путь и проложить дорогу. Пешком сюда добираться — рискованно.

— Добавим в список, — кивнула Ливия. — Бункер — теперь наш дом. Надо думать на перспективу.

Эд уселся за руль броневика, вытер ладонью пыль с приборной панели и повернул ключ зажигания. Мотор сперва несколько раз тяжело урчал и тут же глох.

— Ну давай, родная… — пробормотал Эд, снова поворачивая ключ.

Снова урчание, пауза… и вдруг двигатель с громким ревом ожил, наполнив округу мощным, густым звуком работающего мотора. Машина слегка вздрогнула, словно сама по себе ожила из забвения.

— Вот это машина! — воскликнул Эд, ударив ладонью по рулю. — Просто зверь!

Он выглянул из окна, ухмыляясь до ушей.

— С таким танком никакие ожившие нам не страшны. — усмехнулся Эд. — Я уже влюбился.

После этого Эд медленно направил его в сторону защищённого ангара. Массивные ворота со скрипом открыли Ливия и Джулия, впуская машину в прохладную тень помещения. Затем он припарковал второй джип.

После того как ангар был надёжно заперт, холодный воздух снаружи остался за герметичными дверями. Внутри комплекса царило приятное тепло. Они сбросили тёплую одежду, переоделись в домашнее — и направились в гостиную, где свет уже был приглушён и уютно рассеивался по углам комнаты.

Эд заварил крепкий кофе, и вскоре помещение наполнилось бодрящим ароматом крепкого, слегка горького напитка. Джулия устроилась в кресле с книгой, прижав её к коленям и погружаясь в строки, словно в привычный ритуал. Ливия разложила перед собой карту местности и, сев рядом с Эдом на диван, начала обсуждать возможные маршруты.

— Прихвачу пару баночек икры осетра и фуа-гра, — неожиданно сказала Джулия, не поднимая глаз от книги. — И бутылку самого лучшего виски, что мы нашли в винном отсеке. Устроим праздник, как встретимся с остальными.

— Ага, пусть думают, что мы здесь жировали всё это время, — рассмеялся Эд.

— Знаете, — вдруг сказала Ливия, поднимая глаза, — когда мы исследовали бункер... мне пришла одна мысль. А что, если мы не просто поселимся здесь на время? Не будем ждать, пока закончится еда или появится угроза. А превратим это место в нечто большее.

Эд и Джулия удивлённо переглянулись. Ливия продолжила с воодушевлением:

— А что если… мы сделаем из этого места столицу? Настоящий центр нового мира. Посмотрите, у нас есть всё: книги, архивы, техника, современная лаборатория, медблок. Мы можем обучать здесь детей, а взрослым — давать новую профессию. Здесь можно проводить операции, спасать жизни. Мы можем возродить не просто выживание — цивилизацию.

Эд слегка приподнял брови, улыбаясь, впечатлённый масштабом её замысла.

И тут из потолочных динамиков прозвучал голос Арес — спокойный, почти тёплый:

— Это хорошая идея. Мне нравится. Обучение детей могу взять на себя. У меня есть программы всех уровней — от начального до специализированного. Хотите, я начну разработку учебного плана?

Ливия улыбнулась.

— Начинай, Арес. Добро пожаловать в новую эру.

Джулия медленно опустила книгу, в её глазах вспыхнул интерес. Она выдохнула, будто в первый раз позволила себе поверить в будущее.

— Образование, медицина, безопасность... Звучит почти как мечта.

Ливия засмеялась, указывая на карту:

— А в апартаменты будут приезжать в отпуск из других поселений. Курорт под землёй! С бассейном, библиотекой и фуагра на ужин.

— Только ещё сауну добавь, — хохотнул Эд. — И массажиста.

— И шампанское по четвергам, — подмигнула Джулия, смеясь.

Смех заполнил комнату. На миг каждому показалось, что мир снова может быть добрым. Тихим. Надёжным. И у них действительно может быть будущее.

Ливия улыбнулась. Тепло этого вечера проникало куда-то глубже, чем просто в кожу — оно касалось чего-то почти забытого. Надежды.

— Когда-нибудь мы снова построим города, — прошептала Ливия.

5 часть «Дороги ведут в никуда. Но мы всё равно идём по ним.»

— Алло? Алло, слышишь меня?

Голос мужа в трубке был прерывистым, словно сигнал продирался сквозь какую-то невидимую стену. Санни прижала телефон к уху, нервно глянула на окно. За стеклом уже сгущались сумерки, но город ещё жил — где-то мигали рекламные вывески, светились окна в соседних домах.

— Магазины пустые, — доносилось из трубки. — Аптеки разграблены. Я… я что-нибудь найду. Не волнуйся.

Она сжала телефон так, что пальцы побелели.

— Просто вернись, хорошо? Нам ничего не надо. Просто…

За её спиной копошилась Эмма, трёхлетняя дочка, неуклюже переставляя игрушечных зайцев по полу. Всё ещё играла. Ещё не понимала.

Санни подошла к окну, прижала лоб к холодному стеклу.

— Ты где сейчас?

— На выезде из центра. Здесь… здесь что-то происходит.

— Что?

Пауза. Потом шум, будто муж резко дёрнул телефон.

— Люди… какие-то люди. Они…

Связь прервалась.

Санни тут же перезвонила.

«Абонент временно недоступен.»

— Чёрт!

Она стиснула зубы, снова набрала.

«Абонент временно недоступен.»

Третий раз. Четвёртый.

Эмма подняла голову, уловив нотки паники в голосе матери.

— Мама?

— Всё хорошо, зайка. Папа