Я не злая, я просто тут случайно. Или некромантка по ошибке - Анастасия Понамарёва

— Ищу, — сказал я. — Он не мог уйти без следа.

Я прошёл вдоль стены, постукивая по ней костяшками пальцев. Шаг. Ещё шаг. Ещё. Там, где висела карта Империи, звук изменился. Стал глубже. Пустее.

Я снял карту со стены. За ней была ровная поверхность. На первый взгляд — ничего. Но я знал, что что-то здесь есть. Семьдесят лет опыта говорили мне: если что-то выглядит слишком чисто, значит, там что-то прячут.

Я провёл пальцем по краю стены. Нашёл едва заметную щель. Тонкую, почти невидимую. Я приложил ладонь к стене и надавил.

Стена не поддалась.

— Помоги мне, — сказал я Войладу.

Мы надавили вместе. Сначала ничего не происходило. Потом — тихий щелчок. Часть стены сдвинулась внутрь, открывая небольшую нишу.

Сейф.

Маленький, встроенный в стену. Тёмный металл, руны по краям. Зачарованный.

— Я не могу его открыть, — сказал Войлад. — Сильная защита.

— Я могу, — сказал я. — Отойди.

Я приложил ладонь к сейфу. Я чувствовал магию, которая защищала его. Тёмную, тягучую, старую. Она была похожа на ту, что я чувствовал в библиотеке в ту ночь, когда Елена пряталась под столом. Когда она рассказала мне правду. Когда я не поверил ей.

Я сжал кулаки, чувствуя, как внутри меня поднимается холодная ярость. Я должен был поверить ей тогда. Я должен был остановить Теона, когда у меня был шанс. Но я не поверил. Я позволил своей вере в него ослепить меня. Я позволил себе думать, что она ошибается. И теперь она платила за мою ошибку. Четыре студента платили за мою ошибку.

Я выстроил пентаграмму в сознании. Не для атаки — для проникновения. Я не ломал защиту. Я обходил её, как вода обходит камень. Медленно, терпеливо. Я чувствовал, как магия отступает, как она поддаётся мне.

Сейф открылся.

Внутри лежали книги. Старые, в кожаных переплётах, с выцветшими золотыми буквами. Я взял одну из них и открыл. На страницах были схемы ритуалов. Тех самых, которые убивали студентов. Вытягивание жизни. Подпитка. Возвращение молодости за счёт других.

Я закрыл книгу. Я чувствовал, как внутри меня поднимается холодная тяжесть. Он не просто говорил о ритуале. Он готовился к нему. И теперь у него были жертвы. Четыре студента. Четыре жизни. И Елена — главная из них.

— Что там? — спросил Войлад.

— Доказательства, — сказал я, и мой голос дрогнул. — То, что нам нужно. Книги по запрещённой ритуальной некромантии. О вытягивании жизни. О подпитке. О возвращении молодости за счёт других. Он собирался провести ритуал. Он убивал студентов, чтобы подготовиться. И теперь у него есть всё, что ему нужно. И у него есть Елена, Артур, Зара и Алиса.

— Четыре жертвы, — тихо сказал Войлад.

— Да, — сказал я. — Четыре. И одна из них — та, которую он выбрал главной. Елена. Он хочет её душу. Остальные — для подпитки. Чтобы ритуал сработал.

Я убрал книги в сумку. Мои руки дрожали. Я сжал их в кулаки, чувствуя, как ногти впиваются в ладони. Я не мог позволить себе слабость. Не сейчас.

— Что дальше? — спросил Войлад.

— Его дом, — сказал я. — Мы едем в его дом. Если он оставил что-то, это будет там.

— А если и там пусто?

— Тогда мы будем искать дальше, — сказал я. — Пока не найдём.

--

Дом Теона в столице был пуст.

Я стоял в его гостиной и смотрел на пустые полки, на стол, на котором не было даже пыли. Кто-то был здесь до нас. Кто-то забрал всё — бумаги, книги, личные вещи. Даже мебель была аккуратно расставлена, но в ней чувствовалась пустота, как будто здесь никогда не жили.

— Он знал, что мы придём, — сказал Войлад. — Он подготовился.

— Или он всегда живёт так, — сказал я. — Пусто. Без следов.

Я прошёлся по комнате, проводя пальцем по корешкам книг, которые стояли на полках. Учебники по боевой магии. История некромантии. Ничего запрещённого. Ничего подозрительного.

— Слишком чисто, — сказал я.

— Что?

— Слишком чисто, — повторил я. — Он оставил слишком мало следов. Это значит, что он хотел, чтобы мы пришли сюда. Чтобы мы подумали, что он ушёл. Чтобы мы не искали дальше. Он знает, что мы будем искать его. И он будет менять места, путать следы, пока не закончит ритуал. Он — бывший агент. Он знает, как заметать следы.

— Но мы будем искать, — сказал Войлад.

— Да, — сказал я. — Мы будем.

Я вышел из дома. Ночь была холодной, и ветер дул с востока, принося запах дождя и сырой земли. Я посмотрел на Академию. Там, в кабинете Теона, мы нашли только то, что он хотел нам показать. Ложный след. Он ушёл давно. У него было время, чтобы подготовиться. У него было время, чтобы спрятаться.

Я закрыл глаза и почувствовал, как внутри меня поднимается холодная пустота.

Я не знал, где она. Я не знал, где они. И каждый час, который проходил, приближал её к смерти. Их всех к смерти. Я сжал кулаки и почувствовал, как ногти впиваются в ладони. Я не мог позволить себе сдаться. Я должен был найти их. Я должен был успеть.

— Войлад, — сказал я, не открывая глаз. — Отправь людей в город. Проверь все старые особняки, все заброшенные здания, все места, где можно провести ритуал без свидетелей. Теон не будет прятаться в своём доме. Он знает, что мы проверим его первым. Он будет там, где мы не подумаем искать. Ищите всё. Каждый переулок, каждый подвал, каждый заброшенный храм.

— А что будем делать мы? — спросил Войлад.

— Мы поедем в его имение, — сказал я. — Там могут быть следы. Не сам ритуал — он не станет проводить его у себя дома. Но там могут быть записи, карты, что-то, что укажет нам, где он прячется. Даже если он всё сжёг, он мог оставить что-то по привычке. Старые агенты всегда оставляют запасные планы.

— Ты думаешь, он оставил запасной план?

— Я надеюсь, — сказал я. — Потому что если нет — у нас ничего нет.

--

Имение стояло в низине, окружённое старыми деревьями. Оно выглядело заброшенным — окна заколочены, двери заперты, сад зарос. Но я знал, что это лишь видимость. Теон не был дураком. Он не стал бы оставлять следы у себя дома. Но он мог оставить что-то, что укажет нам путь.

Мы вошли внутрь. В доме было пусто. Мебель накрыта простынями, на полу слой пыли. Никто не жил здесь годами. Или делал вид, что никто не живёт.

— Здесь ничего нет, — сказал Давид.

— Есть, — сказал я. — Мы просто не там