За последним порогом 1-13 - Андрей Стоев

логичное обоснование, но с другой стороны, всё вместе создавало впечатление какого-то спектакля. Я чувствовал некую фальшь, но совершенно не мог указать причину. Так что вместо ответов на вопросы мне приходилось загадочно улыбаться и делать вид, что всё под контролем.

— Но всё же, — продолжал настаивать я, — ты ведь в принципе можешь получить от Силы какие-то ответы?

— Ответы просто всплывают в голове как знание. Может, я получаю их от Силы, а может, подключаюсь к мировому информационному полю или ещё к чему-то.

— Например, ты можешь спросить, разумна ли Сила.

— Вот как только ты мне дашь ясное и однозначное определение разума, так я сразу же и спрошу, — засмеялась Стефа.

Я смутился. Действительно, глупость сморозил.

— Кеннер, это замечательно, что ты задаёшь такие вопросы. Главное, не считай ответы, которые ты найдёшь, окончательными. Не уподобляйся Магде.

* * *

— Выпейте, парни, за брательника моего, земля ему пухом. — Радим Расков умело притворялся пьяным и щедро наливал собутыльникам. — Так он и остался на девятом горизонте, когда там рвануло.

— А что там рвануло? — компания внимательно слушала.

— Газ, что же ещё. Карман вскрыли, а где вы у нас на «Старожилке» работающие датчики газа видели? Начальство на нас сэкономило, им плевать на тех, кто сейчас на девятом лежит. Могли бы и мы там остаться. Может в следующий раз и останемся.

— Начальству точно на нас плевать, — горячо поддержал Радима крепкий паренёк со шрамом на щеке. — Как вторая лава закрылась, всех за ворота выкинули. Говорят, приходите как новую жилу вскроем, а до тех пор на что жить?

— Вот-вот, — кивнул Радим, — верно говоришь.

— Вроде начальство сказало, что все там живы, — в компании ещё остался сомневающийся. — Что вроде их скоро поднимут наверх.

— Врут, чтобы народ успокоить, — отмёл все возражения Радим.

Собутыльники закивали.

— Сволочи они, нет им веры, — выразил общее мнение паренёк со шрамом.

— Надо идти к управе и требовать, чтобы они сказали всю правду, — решительно заявил Радим. — Если сидеть и ждать, ничего от них не дождёшься.

Он встал, слегка пошатываясь.

— Сейчас вернусь, вы пока выпейте без меня, — сказал Расков и двинулся к трактирщику. Пошептавшись с ним, он обернулся к залу и громко объявил. — Парни, сегодня всем здесь наливают бесплатно, в память о моём брате, который сейчас лежит на девятом горизонте вместе с другими ребятами.

Народ в трактире оживился, а Расков, убедившись, что на него уже не обращают внимания, незаметно выскользнул из трактира. На крыльце он со страдальческой гримасой помассировал себе затылок, глубоко вдохнул свежий воздух и завертел головой, высматривая вывеску следующего питейного заведения.

Пока мужчины отдела работали по трактирам, Марина разговаривала с женщинами. В дешёвой шляпке и поношенном, но чистом платье она чем-то напоминала неизвестную в этом мире Клару Цеткин. И уж точно никто не узнал бы в ней высокооплачиваемую Владеющую шестого ранга.

— Нельзя мириться с подобным произволом, — взволнованно говорила она активисткам, собравшимся в трактире, целиком снятым Мариной, — когда Лесины обрекают на голод половину посёлка просто для того, чтобы сэкономить немного денег. Они даже не отправляют рабочих в неоплачиваемый отпуск, они их увольняют! И когда принимают их обратно, рабочие считаются только что устроившимися и не имеют никаких прав на льготы.

Активистки кивали и демонстрировали полное согласие — впрочем, трудно было ожидать от них чего-то другого, поскольку все они были жёнами этих самых временно уволенных рабочих.

— Но у вас есть возможность бороться! — внушала собеседницам уверенность Марина. — Совершенно точно известно, что князь очень отрицательно относится к подобным хитростям работодателей. Наши друзья организовали приезд сюда группы корреспондентов ведущих газет. Нужно рассказать им всё, это самый верный способ донести до князя информацию о том, что здесь происходит. Такое послание у Лесиных не получится перехватить. Для нас сейчас главное — не молчать!

Беседа с женщинами шла по накатанному пути, и слегка охрипшая Марина привычно обрабатывала очередную группу.

* * *

— Я жду ясного и полного доклада о ситуации на «Старожилке». — Лесин мрачно оглядел участников совещания. — Что там вообще произошло?

Огромная шахта «Старожилка» обеспечивала весомую долю дохода семейства, и её остановка сразу отразилась на балансе, который, с учётом проблем на заводе, и так был далеко не блестящим.

— Там произошла авария на подстанции, — выдавил из себя начальник горного подразделения семейства, — мы работаем над её устранением.

— Я знаю про аварию. — Лесин уставился на начальника в упор, отчего тот совсем стушевался. — Я хочу услышать о причинах. А также я хочу услышать что там за волнения, и почему я узнаю об этом из газет.

— Дядя, если позволишь, я могу рассказать, — вмешался Розмир. — Они все там врут наперегонки, но у меня есть независимый доклад по этим событиям.

— Говори. — кивнул Добран.

— На шахтной подстанции произошла диверсия… — начал Розмир.

— Насчёт диверсии — это точно? — перебил его дядя.

— Совершенно точно, — заверил его Розмир. — Мои люди слетали туда и осмотрели место. Из кожухов трансформаторов слили масло. Два трансформатора сгорели сразу. Пока дежурные хлопали ушами и размышляли что произошло, рванули два оставшихся.

— А куда смотрела охрана подстанции?

— Это вопрос к почтенному Иоганну, — он кивнул на начальника горного подразделения. — Ты же помнишь, как горняки требовали свою собственную службу безопасности? Там много говорилось о том, что только они сами смогут своевременно реагировать на все угрозы.

Лесин-старший поморщился.

— Давай дальше. С этим мы будем разбираться позже.

— Дальше они долго не могли эвакуировать людей с нижних горизонтов, всё выясняли между собой кто должен этим заниматься. А тем временем какие-то люди распространяли в посёлке слухи, что в шахте был взрыв метана и все погибли, а мы скрываем правду.

— Откуда там метан? — удивился Лесин-старший. — У нас же не угольная шахта.

— Кого интересуют такие незначительные детали? — усмехнулся Розмир. — А ещё незадолго до того эти умники уволили кучу народа. Другой работы в округе нет и половина посёлка осталась без средств к существованию, так что недовольных было очень много. При этом во всех забегаловках посёлка выпивка вдруг оказалась бесплатной для любого желающего. Вот и вспыхнуло. Разгромили здание администрации, ну и вообще погромили по мелочи.

— А почему уволили? — с недоумением посмотрел Лесин на горняка.

— Дело в том, господин, — заюлил тот, — что из-за истощения жилы нам пришлось закрыть забой два-буки. Пока происходит вскрытие новой жилы и подготовка забоя, для людей работы нет, и мы решили оптимизировать расходы. Потом мы собирались взять их обратно.

— Ловко придумано, — хмыкнул Лесин. — А я-то всё понять не мог с чего писаки нас так поливают. Ладно, давай дальше, Розмир.