Фантастика 2026-79 - Валерия Рашитовна Шаталова

врач, — симптомы: повышается температура, озноб, часто появляется ощущение давления в груди, одышка, затруднение дыхания, часто кашель. Но под эти симптомы подходят много болезней, вот только результат… одна-две недели и человек умирает.

— Это лёгочная чума, доктор. Как понял, она не описана в медицинских источниках?

— Чума? Откуда вы это взяли⁈

— По роду службы я долгое время провёл на южной границе Империи и насмотрелся этих симптомов, — пришлось изворачиваться, но не говорить же ему, что эта болезнь мне известна из жизни на другой планете, когда в древние времена она косила целые страны, уменьшая численность населения больше чем на половину. — Так что прекращайте приём всех якобы здоровых. И мне нужен энц Бо́нисван Марани́ти, как его можно найти, чтобы не говорить одно и то же несколько раз.

— Он болен и находится у нас в стационаре.

— Ясно. Значит так. Пригласите своего заместителя и ещё, кого пожелаете. Но не больше троих. Вот. Возьмите. Это маски и перчатки и настоятельно советую всем медикам ходить только в них и каждые два-три часа менять. Сможете наладить их производство? У меня запас исчерпан, а когда привезут ещё не знаю, — я достал из сумки пачку масок и перчаток. Врач взял маску и осмотрел.

— Думаете, что поможет?

— Если кашель, то инфекция распространяется воздушно-капельным путём. А перчатки, чтобы потом, когда касаетесь больного не занести инфекцию себе с пищей или другим способом через слизистую, например, — я был удивлён такой низкой квалификации местных медиков, а это ещё главный врач больницы. Даже у меня в усадьбе в местной лечебнице используют для дезинфекции спирт, не говоря про маски и перчатки, а здесь, в столице. Я скорбным делом пожалел, что отправил в столицу своих дворовых учиться, так как на мой взгляд учиться им здесь было нечему.

Когда в кабинет вошло трое врачей я сначала раздал им маски и только потом стал говорить. Начал с азов, что знал, но и это оказалось сильно больше, чем было известно медикам на этой планете. Я не знаком с медицинскими терминами и пытался упрощать свои слова, но замену слову «антибиотик» я не нашёл и произнёс его на русском, заметив оживление среди присутствующих врачей.

— … антибиотик, — хотел провести параллель с греческим языком, но греческого здесь не знают, пришлось упрощать сильнее, — это такое вещество, которое убивает все вирусы и бактерии. Думаю, знаете, что такое бактерия и вирус? — то, что эти мельчайшие организмы открыты местной медициной я знал и в поэтому было проще.

— Да, они описаны в трудах нескольких заграничных медиков, также известно, что эти организмы хорошо убивает спирт и повышенная температура, — вступил в разговор один из врачей. Имён я их не запоминал, если покажут себя, тогда и запомню, а сейчас главное, чтобы меня поняли и стали применять то, что я им говорю, а инструкции, что делать я давал подробные это и: всех больных отправить по домам на карантин, организовать выездные бригады, использовать всем маски и много чего, что можно применить в этих условиях.

— Вы медик? — во время непродолжительной паузы, когда я переводил дух, задал вопрос главный врач.

— Нет. Но я полевой командир и навидался за время службы всякого, в том числе ранений и болезней. И эту я видел и знаю, как с ней бороться.

— Но если это именно так, то как вы сказали «чума» не описана ни в одной медицинской книге.

— Она и не будет описана. Все, кто мог бы её описать — умерли, а мне проводить научные медицинские изыскания времени не было. Война, знаете ли, — я настаивал на том, что эта болезнь мне известна и встречал её на юге нашей Империи. Другого варианта, чтобы убедить медиков я не видел. А потом, пусть проверяют, ищут и что хотят делают. Сейчас главное спасти столицу. — Завтра в город, — продолжал говорить, — войдут войска. Им будут нужны сопровождающие, чтобы навести порядок в городе. Похоронить — сжечь трупы и всю одежду, что на них. Надо определиться с местом погребения…

После разговора с медиками я больше никуда не ездил, а вернулся обратно. Готовил указы, распоряжения, которые объявлю, как только в город войдут войска. Я на каждый таможенный пост отправил гонца предупредить чтобы не препятствовали солдатам, хотя, что таможенники смогут сделать против полка. А я в город заводил почти две дивизии и это без малого десять тысяч солдат и офицеров с обозом, сопровождением и прочими хозяйственными службами. Но я боялся, что и этого числа не хватит. Ведь солдаты тоже люди и им необходим отдых. Один полк я планировал разместить в городе — они займутся патрулированием и возьмут под охрану склады, что пока не разграбили. Фельдъегерям, что ездят по городу я наказал смотреть по сторонам, а потом мне устно или письменно докладывать, что творится в разных концах столицы. И по скупым донесениям мне стало известно, что более-менее спокойно только возле дворца Императора, куда стянуты все силы городовых и прочих служб, а чем дальше от дворца, а тем более на окраинах творился сущий бедлам.

Я отложил письменные принадлежности и прикрыл глаза. Давно за полночь, а я продолжал работать. Даже поесть толком времени не было. Хорошо, что ставший первым помощником энц Жоста́н Ванито́н организовал «чай» с бутербродами, которыми я и подкрепился, но это не дело. Если и я, обессилив, слягу, то мало никому не покажется. Мне, конечно, найдут замену, но побеседовав с местными медиками убедился, что они далеки от тех знаний, какими обладаю я.

За дверью послышался шум. Встал, достал свой пистоль и вложил в перевязь рапиру. Первая ночь в этом здании и мало ли что происходит. Может вновь разбойники пытаются здесь чем-то поживиться.

Дверь тихо открылась.

— Уважаемый энц, вы спите? — послышался шёпот первого помощника.

— Не сплю, что случилось?

— Прибыл штабс-полковник Босва́н Туни́к с сопровождающими, приказал доложить, а я знаю, что вы всё работаете, поэтому не отказал узнать, примите его или нет.

— Проси.

Я приготовился наехать на штабс-полковника, если он и его сопровождающие будут без масок, своих-то, кто в здании я научил ими пользоваться и не снимать, по крайней мере при мне, а неожиданно выходить и пройтись по кабинетам у меня стало в привычку. Так за вечер всех и научил, ругаясь, угрожая, наказывая — отсылая