Фантастика 2026-100 - Вадим Фарг

Внезапно лицо князя стало серьёзным. Улыбка исчезла.

— Если она скажет тебе «да», я буду только рад. Хочу для неё счастья, а не золотой клетки.

И в этот самый момент в массивную дубовую дверь робко постучали.

— Войдите, — громко сказал князь.

Дверное полотно приоткрылось, и на пороге появилась Амалия. На ней было домашнее платье кремового цвета, а волосы уложены в простую, элегантную косу.

— А вот и дочь, — снова заулыбался князь, откидываясь на спинку кресла. — Слуги уже рассказали тебе о нашем госте?

Амалия деликатно прочистила горло. Её щёки мгновенно залил легкий румянец, но она упрямо вздёрнула носик.

— Госте? — спросила Амалия с наигранно удивлённым видом, хлопая ресницами. — О каком госте речь, папенька?

Князь Лерей не выдержал и расхохотался в голос.

— Ну точно — два сапога пара! — выдал он, качая головой. — Проходи.

Амалия, стараясь сохранить достоинство, прошла в комнату, поздоровалась с Авелем и присела на краешек дивана неподалёку от мужчин. Она упорно делала вид, что полностью поглощена узором на своём платье, но то и дело смущённо и украдкой поглядывала на гостя.

Разговор потёк легко и непринуждённо. Авель, расслабившись под одобрительным взглядом князя, начал рассказывать о том, как жил в Этерии этот год. Он описывал мастерскую деда Роя, говорил о том, чему научился, работая руками, и как эта простая жизнь помогла ему многое понять.

Амалия слушала затаив дыхание. В её глазах читалось искреннее восхищение человеком, который не побоялся отказаться от всего ради свободы.

В комнате царил уют. Казалось, ничто не может разрушить эту тёплую идиллию.

Как вдруг в окно что-то резко стукнуло.

Все трое повернули головы. За окном, стуча клювом о стекло, трепыхалась птица.

Весёлость мгновенно улетучилась с лица князя Лерея, словно её сдуло ледяным ветром. Он резко поднялся с места, его движения вновь стали быстрыми и хищными. Подойдя к окну, он распахнул створку и впустил нахохлившуюся птицу внутрь.

Умелыми, привычными движениями князь отвязал от лапки небольшой кожаный тубус, вытащил свёрнутый клочок пергамента и развернул его.

Амалия и Авель замерли, чувствуя, как воздух в комнате стремительно тяжелеет.

Глаза князя быстро пробежали по коротким строчкам. Его лицо превратилось в каменную маску, а челюсти сжались так, что побелели костяшки. Он смял пергамент в кулаке и посмотрел на дочь и гостя взглядом, не предвещающим ничего хорошего.

— Собирайтесь! — произнёс князь Лерей ледяным, не терпящим возражений тоном. — Едем к Валторнам!

— Отец? — Амалия вскочила с дивана, прижимая руки к груди. Краска схлынула с её лица. — Что случилось?!

Князь посмотрел на неё потемневшими глазами.

— Дочь мастера Эли похитили.

82. Время сплочения

Эля

Каждая секунда тянулась как патока. Время превратилось в моего личного палача, медленно, с садистским наслаждением вытягивающего из меня жилы.

Я мерила шагами огромную, роскошную гостиную поместья Валторнов, но не видела ни старинных гобеленов, ни позолоты. Перед глазами стояло только одно: перепуганное, бледное лицо моей Лилы. Моей умной, доброй девочки, которая сейчас находилась в руках безжалостных чудовищ.

Мая удалось уложить спать. Одна из пожилых горничных лорда Ариона, добрая женщина с мягким голосом, напоила его тёплым молоком с успокаивающими травами. Мальчик, измотанный слезами и страхом за сестру, провалился в глубокий сон, едва его голова коснулась подушки. Слава небесам, хотя бы он сейчас был в безопасности и не видел моего отчаяния.

— Выпей, дочка, — лорд Арион протянул мне бокал с чем-то крепким, пахнущим терпкими ягодами. — Тебе нужны силы.

Я машинально взяла бокал, но сделать глоток не смогла. Горло перехватило спазмом.

Лестр стоял у окна, вглядываясь в темноту. Он переоделся. Вместо элегантного камзола на нём была тёмная, плотная кожаная броня, не стесняющая движений, а на поясе и бёдрах крепились ножны с кинжалами. От него исходила такая аура смертоносного, ледяного холода, что воздух вокруг казался морозным. Лестр готовился к войне.

— Лучше бы они меня похитили, — прошептала я, чувствуя, как по щекам снова катятся слёзы.

Лестр резко обернулся. В два шага пересёк комнату, забрал из моих трясущихся рук бокал и крепко сжал мои плечи.

— Клянусь тебе своей жизнью: я верну Лилу, — его голос был хриплым, полным боли. — Вырву её из их грязных лап, даже если мне придётся сжечь весь Южный причал дотла.

Я хотела что-то ответить, но в этот момент в коридоре раздался шум торопливых шагов, голоса стражи и хлопок дверей.

В гостиную буквально ворвалась Амалия.

Её волосы растрепались, подол платья был чем-то запачкан, но она не обращала на это внимания. Увидев меня, дочь князя кинулась ко мне через всю комнату и заключила в такие крепкие объятия, что перехватило дух.

— Эля! О, небеса! — она прижимала меня к себе, гладя по спине, и я услышала, как Амалия сама всхлипывает. — Мы только что получили весть от лорда Ариона!

Следом за ней в гостиную быстрым шагом вошёл князь Лерей. А за ним… Авель.

Я даже сквозь пелену слёз и паники заметила, как изменился плотник. Он держался совершенно иначе. Прямая спина, жёсткий, властный взгляд. Авель больше не играл в подмастерье. Перед нами стоял племянник императора, осознающий свою силу.

Лестр и лорд Арион обменялись с прибывшими короткими, мрачными рукопожатиями. Никакого этикета, никаких расшаркиваний.

— Докладывай, Лестр, — коротко приказал князь Лерей, подходя к столу. — Что у нас есть?

Лестр молча положил на столешницу скомканную записку.

— Южный причал. Старые склады, — произнёс он. — Требуют мои чертежи в обмен на Лилу. Хотят, чтобы я пришёл один.

— Ловушка, — мгновенно констатировал князь, пробежавшись глазами по тексту. — Тебя там убьют, а чертежи заберут. И девчонку не отпустят. Оставлять свидетелей им не с руки.

От этих безжалостных слов у меня подогнулись колени. Сердце пропустило удар, сжавшись в болезненный комок. Я не могла произнести ни звука от сковавшего меня ужаса. Шок парализовал тело.

— Я знаю, — Лестр сжал челюсти так, что скрипнули зубы. — Но всё равно пойду. Чертежи уже подготовил.

— Один ты туда не сунешься, — вмешался Авель, выступая вперёд. — Это настоящее самоубийство!

Лестр поднял на него тяжёлый взгляд. В нём мелькнуло удивление, которое быстро сменилось пониманием и искренней благодарностью.

Лорд Арион вопросительно вскинул брови, разглядывая молодого человека, который смел так уверенно разговаривать с его сыном.

— Арион, времени на долгие объяснения нет, — коротко пояснил князь Лерей старому другу. — Это Авель Летвир.

Отец Лестра ошарашенно моргнул, быстро переваривая информацию.

— Авель, — выдохнул Лестр. — Это не твоя война. Я сам навлек эту беду, мне и разбираться.

Племянник императора лишь скептически хмыкнул, шагнув к столу и