Обратники - Наташа Эвс

не равен ему, но могу приблизиться к такому состоянию и попытаться нарушить адский замысел. Для этого нужна коронация. Больше вариантов нет. По той же причине образовался наш союз инверсов, и я в этом союзе лидер, а значит, на мне лежит ответственность за исход.

* * *

— Считаешь, он согласится? — с сомнением прищурился Томас.

— Уверен, — твердо произнес Валентин, опустившись в кресло. — Серая масса загнана в угол.

— Ты никогда не относил Марка к серой массе, — возразил белоснежный Тор. — Что-то изменилось?

Глава тринадцати оглядел своих собратьев и раздраженно качнул головой:

— Изменилось. Ваш разум в этих смрадных сосудах.

— Виноват. — Тор покорно склонил голову.

— Мой брат это глубокий источник сострадания, — пояснил Валентин. — Если страдает народ — он действует. Достаточно нажать на его окружение, и вот он у меня в руках.

В этот момент в комнату вошла Хлоя, беззвучно обошла длинный стол и остановилась в стороне от главного.

— Ты не все знаешь, — осторожно добавила она. — Твой брат скрывает тайну.

Валентин выпрямился и внимательно оглядел доносчицу.

— Продолжай.

Хлоя поплыла по комнате, касаясь пальцем предметов и загадочно улыбаясь.

— Марк стал лидером. И его силы умножились.

Валентин холодно прищурился.

— Это все?

— Этого мало? — удивилась Хлоя.

— Ты опоздала со своей новостью, — равнодушно бросил глава тринадцати и расслабленно откинулся на спинку кресла.

— Ты знал? — нахмурился Джозеф.

— Я знал. Единственная новость для меня это ваша деградация. Могу вас поздравить: вы приблизились к серой массе.

— Ты так спокоен? — заметил Томас. — Союз обратников всегда был опасностью для нас. И мы успешно избегали этого объединения. Теперь же рядом с нами лидер, а мы бездействуем.

— Бездействие — ваша прерогатива, — холодно бросил Валентин. — Вы упали в моих глазах. Еще немного — и любой из серых будет превосходить вас.

— Просим снисхождения, — склонился Роберт. — Как ты намерен поступить в отношении лидера?

— Как и поступал до этого — использовать для своей пользы. Его способности снова послужат мне, а коронация подчинит совершенно. В моих руках будет игрушка с разрывным действием. И я порабощу этот мир.

* * *

Войдя в левый корпус, я направился по коридору, зная, где сейчас мой брат. Я его видел и чувствовал, так же как видел и чувствовал защиту, которая покрывала Валентина всегда. Эта преграда для меня неприступна, но важнее другое — брат не должен взломать мой щит.

Волновался ли я? Конечно. Я шел прямиком в адскую бездну и практически добровольно собирался стать одного духа с темными силами. Это слияние тревожило Мию, меня тоже, но ведь выхода не было.

Завернув за угол, я остановился рядом с приоткрытой дверью в кабинет. Медленный вдох и выдох, нужно стать более спокойным внутренне.

Наконец я шагнул в комнату и увидел всех братьев во главе с моим родственником.

— Дорогой Марк, — Валентин поприветствовал меня протянутой рукой, — ты всегда желанный гость. Проходи, устраивайся.

— Нужно поговорить, — как можно свободнее произнес я, оставаясь у входа.

Валентин окинул взглядом своих братьев, и они тут же покинули комнату. Пришлось продолжить игру свободного поведения, поэтому я прошел к ближайшему креслу и устроился там.

— Надеюсь, у тебя хорошие новости, — самодовольно улыбнулся Валентин, по-царски опустив руки на резные подлокотники.

— Ты ведь должен знать, — заметил я.

— Хочу услышать это от тебя.

Конечно, мой страшный родственник не мог не видеть намерения, с которым я пришел, но ему всегда требовалась воля потенциальной жертвы, доказательство личного выбора.

Настал мой выход.

— Я много размышлял над твоими словами и пришел к выводу, что ты прав. Я слишком далеко шагнул, но не имею и малой части того, что ты умещаешь в кулаке. А мне нужны эти силы. Мне необходимо расти, чтобы вытащить себя из болота. А для этого мне нужен ты.

— Это обоюдная нужда, дорогой брат. Мне тоже нужен ты. При всей моей силе и возможностях я нуждаюсь в тебе и уже неоднократно об этом говорил.

— Прекрасно, — согласился я. — Тогда тебя не затруднит моя просьба.

Валентин настороженно обвел меня взглядом.

— О чем речь?

— Перед следующим шагом познакомь меня со своей деятельностью, с работой института, со своими подопечными. Или ты способен только на договорные обязательства?

Брат расслабленно выдохнул:

— Это просьба думающего. Конечно, Марк, я познакомлю тебя с полем будущего служения.

Мы отправились в лабораторию, где я узнал, что на остров периодически прибывают добровольцы для медицинских манипуляций. Все законно, очень высоко оплачено, обговорены варианты, все обо всем знают. Однако сомневаюсь, что эти люди подписали бы контракты, если бы знали, что их ждет.

Прямые медицинские опыты делали из людей непредсказуемых созданий, которые не способны думать, решать и действовать по своей воле. Слишком активных и бунтарей ломали сразу, а неподдающихся опытам, что исключение из правил, исследовали в лаборатории. К этому числу примкнул и Френк, за что поплатился жизнью. Я ужаснулся, увидев способы воздействия на мозг, и вопросительно обернулся на Валентина.

— Да, дорогой Марк, выглядит не очень. У него ковыряются в черепе, а он смотрит на нас. Но наш институт работает в сфере управления сознанием, тебе это известно. Помимо того мы ищем инновационные методы, фармакологическую совместимость, разрабатываем новые препараты, донорские слияния, проводим сложные тесты. У нас благие намерения.

Я оглядел Валентина и внутренне содрогнулся.

— Такие намерения ведут в ад.

Скрыв улыбку, брат покачал головой:

— Люди, которые пользуются нашими услугами, так не думают. Но пойдем далее, впереди еще много сюрпризов.

Мы отправились на маяк, где мне пришлось однажды побывать, и по дороге Валентин добавил:

— Не делай из меня чудовище, Марк. Я работаю исключительно на запрос заказчиков, и если они требуют результаты такого рода, то чудовище совсем не я. Не умаляй моих возможностей, когда мне понадобится массовое подчинение, я легко этого добьюсь. Ты ведь знаешь.

— Знаю. Щелчком пальца ты прогнешь целый город. Но тебе нужен другой результат: тебе нужно добровольное согласие. Воля души.

— Скоро ты поймешь меня, дорогой брат. Совсем недавно нам было хорошо вдвоем, или ты забываешь хорошее?

Я скрипнул зубами, пытаясь сдержаться, и ответил:

— Понятие хорошего может очень разниться.

Валентин молча усмехнулся.

— Тем не менее прошу тебя воздержаться от легкомыслия. Не делай опрометчивых шагов. Помни о случае на Северной Точке, когда я сказал правду, которую ты не захотел принимать. В итоге чуть не поплатился жизнью.

В это время мы прибыли на маяк и спустились в подземные помещения. Я смотрел на клетки с синими и не понимал, как можно такое сотворить с людьми.

— Здесь особые экспериментальные модели, — пояснил Валентин. — После некоторых лабораторных манипуляций это