Топить в огне бушующем печали. Том 2 - Priest P大

Сюань Цзи открыл вторую бутылку минералки – битва за внимание его величества была им безнадежно проиграна. Во-первых, на работу в Бюро он пришел недавно и разбирался во всех тонкостях далеко не так хорошо, как старый хитрец Ван Цзэ, а во-вторых, хотя язык у него и был хорошо подвешен, но, если он говорил слишком долго, во рту у него пересыхало – чего нельзя было сказать о представителе линии воды, обладавшем врожденным преимуществом в виде нескончаемых запасов слюны. Шэн Линъюань же слушал рассказы Ван Цзэ в полном замешательстве. Пока тот, брызжа слюной, расписывал ему «технологии пилотируемой космонавтики», «космические станции» и «лунные модули», он, хотя и восторгался вслух из вежливости, про себя не верил ни единому слову. Простые смертные взлетают к небесам, боги спускаются на землю, время течет вспять, жизнь и смерть меняются местами… Разве подобное не повергнет мир в хаос и смятение? Какое бессовестное вранье.

Самолет опустился на взлетно-посадочную полосу. И Ван Цзэ, и Сюань Цзи уже разъяснили Шэн Линъюаню назначение практически всех ста с лишним этажей в здании Бюро. Снаружи завывал ветер, сплошной белой стеной валил снег, но стоило им войти в холл на тридцать шестом этаже, как тут же заработала внутренняя система отопления.

Своим божественным сознанием Шэн Линъюань бегло «просканировал» обстановку и обнаружил, что тепло исходит от труб с горячей водой, проложенных в стенах и полу. Он не удержался от тяжкого вздоха: это приспособление было куда лучше вмурованных в стены печей во дворце Дулин. По сравнению с этой башней, где было светло как днем и вверх-вниз ездили подъемники (по-другому их называли лифтами и эскалаторами), даже роскошный дворец Байюй показался бы убогой хижиной, не стоящей упоминания. Его величество вдруг понял, отчего нынешние «особенные» были такими невежественными и не знали даже простейших трюков, призванных облегчить жизнь, – они просто в них не нуждались.

Но тут оба его гида разом онемели: в холле их поджидал не кто иной, как директор Сяо.

– Мамочки… – Ван Цзэ сглотнул, из горла его вырвалось какое-то невнятное хмыканье. – Тебе не кажется, – обратился он к Сюань Цзи, – что старина Сяо обсыпался свинцовой пудрой? Только переносица как будто темновата.

– Сын мой, – сухо откликнулся Сюань Цзи, – не только переносица. Как я погляжу, он весь чернее тучи.

Завидев их, директор Сяо еще издали криво усмехнулся:

– Командир Ван и директор Сюань так скоро вернулись с триумфальной победой, что мы даже не успели перевязать вам букеты из алых цветов гибискуса.

Сюань Цзи и Ван Цзэ переглянулись: им обоим подумалось, что эти алые цветы гибискуса могли быть прямиком из магазина ритуальных услуг.

Два набедокуривших товарища съежились и спрятались за спиной Шэн Линъюаня, как робкие перепелки. Шэн Линъюань же, не так давно совершивший ночной налет на директора Сяо в роли «духа меча», широко улыбаясь, невозмутимо осматривал интерьер Главного управления, не обращая на разозленного громового зверька ровным счетом никакого внимания.

Меж тем Сяо Чжэн кипел от гнева, легкие его раздувались, как кузнечные мехи, из ноздрей чуть ли не вырывалось пламя. Наконец он не выдержал – вулкан взорвался:

– Подкуп администратора хранилища, в результате – обусловленная целиком и полностью человеческим фактором брешь в системе защиты, приведшая к утрате особо опасного опечатанного предмета – а потом еще весь этот перформанс «Темное жертвоприношение в бушующем море»! Остров Юйчжоу чуть не смыло с лица земли, мать вашу! Ван Цзэ! Ты же понимаешь, что это не просто халатность?! Это намеренное манкирование служебными обязанностями! Должностное преступление! Коррупция! Преступление против человечности! Такое карается тюремным заключением от пятнадцати лет и до бесконечности!

Тут подоспел и начальник Хуан: услышав новости, он тоже поспешил встретить оперативников. Заслышав целый ряд обвинений, он испугался, как бы директор Сяо не вытащил ветерана «Фэншэнь» на улицу и не прибил прямо на месте, и потому поспешил вмешаться.

– Не может быть, чтобы все оказалось настолько плохо, – принялся увещевать он Сяо Чжэна. – Наверняка все объяснимо, на все есть свои причины.

– А что касается тебя… – теперь Сяо Чжэн направил огонь на Сюань Цзи. – Почему не доложил о проблеме сразу по обнаружении?! Никого не уведомил, а принялся действовать частным образом?! Неужто работа с нами, простыми смертными, так тяготит ваше превосходительство? Еще и попустительствуешь своему «духу меча»: грозное оружие бродит где попало, творит что вздумается, причем проверку безопасности он не проходил, соглашение о полной ответственности ты не подписывал…

– Я подписал, – слабо пискнул Сюань Цзи.

Сяо Чжэн даже не задумался над ответом:

– Твою мать, да ты удосужился это сделать, поди, только потому, что опять превысил лимит по кредитке и обнаружил, что на одну зарплату ты не вывезешь!

Сюань Цзи вполне мог бы с полным сознанием собственной правоты возразить Сяо Чжэну, но тут он вспомнил, как в одно нажатие опустошил половину маркетплейса, – и чуть не сгорел со стыда, встретив удивленный взгляд Шэн Линъюаня.

Что такое «соглашение о полной ответственности», его величеству рассказала пухленькая девушка из Отдела ликвидации последствий, так что, услышав о подписанном соглашении, он в первую минуту подумал, что маленький демон рехнулся, но, поразмыслив, осознал, что в поступке Сюань Цзи есть резон. Демоненку соглашение позволяло доказать свою искренность, а Шэн Линъюаню – развязывало руки. Оставалось только не создать неприятностей ненароком, чтобы ответить любезностью на любезность, а то за подаренный персик он сливой не отдарится. Впрочем, император не собирался надолго задерживаться в мире людей: он хотел лишь побыстрее уладить все дела, а потом удалиться на покой. Так что это «соглашение о полной ответственности» отнюдь не связывало его по рукам и ногам на веки вечные.

Рассудив так, Шэн Линъюань невольно взглянул на Сюань Цзи с одобрением. Хотя они и не питали друг к другу глубокой ненависти, однако со дня их знакомства между ними не раз возникали противоречия. Маленький демон любил развлечения и не казался надежным союзником, зато он долго прожил среди людей и научился хитрости и расчетливости. Он прекрасно справлялся с делами самого разного толка и умел расставлять приоритеты. Привыкший ожидать от других подвоха, Владыка людей и не думал, что то был не расчетливый ход, а порыв, вызванный глубокой симпатией.

Начальник Хуан тем временем добродушно улыбнулся и продолжил примиряющим тоном:

– Мы все понимаем, в чрезвычайной ситуации часто приходится действовать не по правилам.

Но Сяо Чжэн продолжал метать громы и молнии:

– Ни малейшего понятия о дисциплине! Ни капли уважения к правилам! Да вас надо…

– Отблагодарить, –