Фантастика 2026-141 - Сергей Витальевич Карелин

Впрочем, ты этого, скорее всего, уже не увидишь. За что уважают готландских палачей, так это за скорость. А теперь созови команду. Не хочу торопить события, но мне кажется, настало время представить им нового капитана.

Алая Шельма качнула головой.

- На моем корабле ты не будешь командовать даже гальюном, поганый моллюск.

Тренч ожидал, что капитан Джазбер придет в ярость, но тот лишь осклабился, распахнув свою жуткую пасть на всю ширину. Сопротивление капитанессы вкупе с ее беспомощностью приносило ему явственное удовольствие. Что ж, с этой стороны он не сильно изменился за последнее время…

- Золотая рыбка опять показывает зубы? Что ж, посмотрим, что будет, когда я прикажу твоему гомункулу менять курс, в противном случае начну отрывать от тебя по кусочку. Гомункулы ведь преданы своим капитанам, не так ли? На сколько кусочков хватит его преданности?.. Как его зовут? Впрочем, плевать. Гомункул!

- Сегодня вы удивительно прекрасно выглядите, моя милая герцогиня, - пробормотал в ответ Малефакс голосом, похожим на звон расстроенной арфы, - Пойдемте сегодня вечером на луг, будем срывать душистые ромашки, пить вино и танцевать в свете закатных лучей!

Капитан Джазбер рыкнул так, что в каюте задребезжали уцелевшие стекла.

- Сумасшедший гомункул? Прекрасно. Отличная находка для такого корабля. Что ж, обойдемся старыми добрыми методами. Мистер Тренч, будьте добры сообщить экипажу, чтоб через десять минут по бортовому времени объявляется общее построение на шканцах. И если хотя бы один из вас сочтет возможным отказаться от приглашения, вы все увидите, насколько алой может быть Алая Шельма.

* * *

Квартердек «Воблы» был достаточно просторен, чтобы вместить три дюжины человек, стоящих не очень плотным строем. Семь человек не смогли занять и малой его части, походя на рассеянные по доске шахматные фигуры, оторванные друг от друга в стремительном эндшпиле. Три из них стояли наособицу, остальные четыре держались поодаль, на изрядном расстоянии.

Тренч был плохо знаком с шахматными правилами, но даже он сейчас сильнее сладковатого запаха корабля, уже ставшего привычным, чувствовал иной запах – растерянности и разгрома. Так бывает, когда неопытный шахматист садится напротив опытного мастера, выработавшего и отшлифовавшего за долгие года свою манеру боя.

Наткнувшись на единственного вражеского ферзя, его боевые порядки, еще недавно выглядящие грозной военной силой, рвутся в клочья, превращаясь в россыпь никчемных лохмотьев – как жидкое облако, сквозь которое на полных парусах проходит хищный остроносый фрегат. Да и фигуры, с позволения сказать…

Пираты Алой Шельмы сейчас являли собой весьма жалкое зрелище. Грозный Дядюшка Крунч замер без движения, опустив свою большую железную голову, и стоял так, точно израсходовал все запасы жизненной силы, влитой когда-то в его архаичные доспехи, а из мощной гидравлики вытекло все масло до капли. Габерон, разглядывавший руки с безукоризненно подстриженными ногтями, походил на собственную бледную тень. Шму от волнения переминалась с ноги на ногу, обхватив себя за плечи.

Но хуже всего пришлось Сырной Ведьме и капитанессе. Они стояли по бокам от капитана Джазбера, опутанные его щупальцами с головы до ног, так, что не могли и пошевелиться. Алая Шельма была непривычно спокойна и сохраняла презрительное молчание. Корди громко сопела и временами пыталась вырваться из капитанской хватки, но без всякого эффекта. Капитан Джазбер держал своих пленниц вполсилы. Стоило ему хотя бы немного увеличить давление щупалец… Тренча замутило, несмотря на то, что его самого капитан давно выпустил.

- Наверно, мне стоит сделать объявление экипажу, - капитан Джазбер прочистил горло слизким отрывистым звуком, точно исторгнутым из недр огромного кальмара, - С этого момента данное судно переходит под флаг Готланда. Все лица, находящиеся на его борту, объявляются пленниками короны и следуют до Шарнхорста, где будут преданы королевскому суду в полном соответствии с уложениями воздушного права. До тех пор командованием кораблем принимаю на себя я. Вы же временно зачислены в экипаж и исполняете возложенные на вас обязанности.

Разговаривая, он прохаживался вдоль квартердека, не выпуская при этом пленниц. Словно одних только розовых щупалец было мало, капитан Джазбер держал в руках громоздкий старомодный мушкетон, позаимствованный, по всей видимости, в капитанской каюте. Тренч не сомневался в том, что мушкетон заряжен и может быть пущен в ход по самому незначительному поводу. Словно этого было мало, бывший капитан «Саратоги» нацепил на ремень короткую абордажную саблю.

- Надеюсь, подобное положение вещей вас полностью устраивает. Но если по какой-то причине все же не устраивает, прошу, - щупальце капитана сделало короткий жест в сторону фальшборта, - Никто не станет силой вас здесь удерживать. Высота пять тысяч футов с небольшим. Говорят, безгрешные люди могут ходить по облакам. Но вы пираты, а значит, грехов у вас не перечесть. Можете сами посчитать, сколько грехов в секунду Розе придется вам отпускать, чтоб уложиться в срок…

Габерон осторожно поднял руку.

- Капитан, сэр! Извиняюсь, сэр! Разрешите сказать, сэр.

Капитан Джазбер смерил канонира липким непрозрачным взглядом:

- Чего вам?

- Возможно, вам просто никто не сказал, сэр… Однажды мне достался шикарный лангуст фунтов на восемь, практически задаром. Я не хотел оставлять его на камбузе, чтоб он не достался всяким оборванцам, которые могут посягнуть на кусок честного небохода. Поэтому я на всякий случай спрятал его в рундук у себя в каюте. И надо же было такому случиться, что в тот самый день капитанесса дала мне увольнительную на неделю…

- Она отправила тебя в карцер на неделю, - прогудел Дядюшка Крунч, отворачиваясь, - За то, что ты разгромил половину палубы и едва не поджег весь корабль.

- …увольнительную на неделю в трюм, - улыбка Габерона ничуть не погасла, - И я совсем забыл о проклятом лангусте. Когда я вернулся, он меня уже ждал, и я догадался об этом по запаху задолго до того, как зашел в каюту.

- Короче! – оборвал его капитан Джазбер, нетерпеливо махнув тромблоном.

- Да, сэр. Так точно, сэр. С вашего позволения, вы с ним – просто одно лицо. Я это к чему… Вам ли уповать на юрисдикцию Готланда?.. Едва только мы пришвартуемся к острову, как вас, чего доброго, отправят в губернаторский аквариум. А то и спровадят в ближайший рыбный ресторан…

Прежнее лицо капитана Джазбера можно было назвать волевым и привлекательным, но красноречивым оно не было. Новое, больше подходящее моллюску, чем человеку, и подавно не умело выражать человеческих эмоций. Однако по тому, как капитан опустил голову и как дрогнула его