Моя фиалковая ведьма - Марина Адлер

– Милли?!

Я обернулась и увидела Лору Сайрл в сопровождении матери и сестры. Она держала в руках свежие белые лилии. Я поспешила к ней.

– Лора… Неужели и у вас кто-то погиб? – без предварительных приветствий спросила я.

Подруга сразу обняла меня, отчего цветы, зажатые между нами, смялись.

– Нет, мы пришли к Дорну Хоггарту, как и ты, полагаю…

Когда сочувствующий взгляд подруги скользнул по моему лицу, я не смогла сдержаться. Мы снова крепко обнялись, и я громко зарыдала, содрогаясь всем телом. Только сейчас, получив тепло и поддержку подруги, я смогла дать волю эмоциям. Она тоже заплакала. И хоть Лора не знала, что я причастна к смерти друга, она точно понимала, насколько сильно овладела мной боль от его утраты. Дождь не прекращал лить, ветер пронизывал тело прохладными потоками, но мы простояли так довольно долго, пока последний всхлип не сорвался с моих губ. Затем Авалард аккуратно, обхватив меня за талию, разорвал нашу печальную встречу. Все так же молча мы и разошлись, не имея сил даже нормально поговорить.

Мне непременно стоило встретиться с подругой, но позже. Для начала я хотела разобраться с тайнами своего происхождения и немного прийти в себя. После я начну заниматься обучением на равных с остальными фейцами и иногда буду просить у короля разрешения выйти в город. Самостоятельно и без лишнего сопровождения. Теперь я жила в другой части замка, выделенной специально для полукровок и расположенной достаточно далеко от покоев Эрбоса, чтобы случайно его не встретить. После всего произошедшего с нами было сложно смотреть фейцу в глаза. Однако я стала замечать, что скучаю по нему с каждым днем все больше и больше.

Уже сидя в двигающемся к замку экипаже, я начала задумываться о жизни, строить планы. В этот момент в мыслях заворочалось подозрение, что я никогда не смогу разлюбить этого невыносимого, но настолько притягательного мужчину. Отгоняя невеселые размышления, ладонь Аваларда накрыла мою руку. Золотые глаза наполнились сопереживанием.

– Мне очень жаль. Я терял среди людей друзей и даже девушку, которую успел полюбить…

– Ты когда-то любил? – с долей немалого удивления спросила я. Казалось, этот мужчина, привыкший скрывать свою истинную суть за сарказмом, шутит и сейчас. Но он остался серьезен, а по его лицу пробежала тень утраты.

– Она была ведьмой, а я был слишком юн, чтобы ее спасти… Мы встретились в городе, мельком, я познакомился с ней, и после этого мы больше не расставались ни на день. Пока Инквизиция не обнаружила в ней магические способности… Что было дальше, думаю, ты и сама понимаешь.

– А Эрбос? Он разве не мог ничего сделать?

– Брат был в ярости, когда узнал, что у меня связь с ведьмой. В этот же день он ее убил и принес кулон, который я ей подарил, в доказательство своим действиям. Однако есть в этом и плюс. По крайней мере, ее смерть не была мучительной.

– Эрбос говорил, что не трогает женщин и детей… Может, он где-то укрыл ее?

Авалард усмехнулся, он ожидал, что я засомневась.

– Поверь, Милли, ты не знала моего брата в те времена, когда он только пытался заслужить место подле Градоса. Когда-то он заставлял течь реки крови по этим самым дорогам.

Двигающийся к замку экипаж подскочил на кочке, а меня объяла уверенность, что как бы я ни привыкла к Эрбосу, выдумывая для себя приятную историю нашей с ним любви, он по-прежнему оставался монстром.

– Поэтому у тебя с Эрбосом такие прохладные отношения?

Теперь Авалард и вовсе рассмеялся, а в этом смехе сквозила сплошная горечь.

– Прохладные – слабо сказано. Долгое время я его ненавидел. Позже понял, пусть и не старался оправдать. Ведь позволь он мне дальше идти на поводу у чувств, меня бы непременно казнили. И хотя сам я готов был принять такую судьбу, Эрбос решил спасти мою жизнь. А затем он согласился помогать с вывозом магов и ведьм из Королевства. Только тогда мы начали по-настоящему нормально общаться, но и это общение весьма и весьма призрачно напоминает братские узы.

Моя вторая рука накрыла руку Аваларда:

– Брат любит тебя, не сомневайся, и я вижу, как ты любишь его. Возможно, однажды вы найдете путь друг к другу. Говоря о Дорне… Я всегда мечтала иметь старшего брата и обрела его именно в лице Хоггарта, пусть по итогу наша дружба и переросла для него во что-то большее. Уверена, будь у меня брат, мы бы обязательно нашли силы выслушать друг друга даже в самой тяжелой ситуации. И вы с Эрбосом придете к этому. Мне очень жаль, что так вышло с твоей возлюбленной. Должно быть, это слишком больно – терять любовь всей своей жизни.

Авалард было приоткрыл рот, чтобы еще что-то спросить, но не стал, прекращая тягостный разговор. Наверняка ему хотелось узнать, почему я спасла Эрбоса вместо Дорна. И наверняка он догадывался о причинах, несмотря на то что я их не подтвердила. Но именно сейчас мужчина предпочел промолчать, не стал бередить и без того кровоточащие раны моей души.

К замку мы добрались ближе к вечеру и разошлись по разным сторонам коридора, заранее договорившись о ночной вылазке. Моя комната в этот раз не была оснащена потайным входом в тоннели замка, но в коридорах, недалеко от ряда покоев, за поворотом, был такой проход. А потому, условившись о времени и месте, мы договорились о встрече уже в тайных тоннелях. Сегодня я с Авалардом должна была узнать всю правду о родных родителях и о тех тайнах, которые хранили закрытые картотеки замка.

В этот раз мои покои не были столь шикарно и изящно обставлены, но новая комната нравилась тем, что принадлежала мне всецело. Теперь я ощущала себя действительно свободной, пусть и понимала, что под надзором Градоса о полной свободе остается лишь мечтать. Однако во всех необходимых документах, которые мне великодушно и в скором времени передали лакеи, говорилось о том, что я владею поместьями отца и умершего мужа. А значит, закончив обучение, я смогу продолжить жить так, как жила до встречи с Эрбосом.

С этой мыслью я достала из дамской маленькой сумочки ключ от своих покоев, открыла дверь и, проходя внутрь, закрыла ее снова. Жизнь научила меня запираться изнутри всякий раз, когда я оставалась одна, тем более