Фантастика 2026-184 - Игорь Алмазов

Прекрасно.

Осталось только собраться с мыслями, завести будильник и подготовиться к завтрашнему дню.

Но стоило мне лечь на кровать, как я тут же вырубился.

И, кажется, будильник я не завёл.

Глава 20

Открыл глаза и понял, что уже светало. Тут же подскочил на кровати, скинув одеяло и посмотрел на будильник.

Восемь двадцать!

А мне только собираться и на метро ехать час!

Не было времени собираться. Закинул форму в сумку, накинул сверху куртку и вылетел пробкой из общажной комнаты.

И почему меня только Калугин не разбудил? Будь он неладен! Сам-то небось уже находился там, где надо.

Может со своей по утру миловался? Или ещё чего? Чёрт с ним. Потом припомню. А сейчас нужно было успеть во что бы то ни стало.

Уже когда подлетел к метро, начал копаться в карманах, а жетона не нашёл. Чёрт. Подбежал к кассе, начал искать деньги.

Неужели и деньги забыл?!

Кассирша на меня посмотрела, как на предателя родины. Сзади уже образовалась очередь.

― Ну что ты там копаешься? Вон поезд уже подъезжает! ― гаркнул на меня мужик, что стоял позади.

― Если денег нет, не задерживай, ― рявкнула кассирша.

Я посмотрел на поезд, посмотрел на турникеты, затем посмотрел на кассиршу и платформу. Да и к чёрту этот жетон, разве нет?

Двери открылись, я отошёл от кассы и ждал, пока голос в вагоне заговорит. Наконец прозвучало заветное: «Осторожно, двери закрываются, следующая станция Рязанский проспект».

Я рванул вперёд, перепрыгнул через турникеты, услышал крик недовольных сзади. Но мне уже было по барабану. Потому что двери закрылись прямо за мной. Я встретил несколько недовольных взглядов, прошёл в конец вагона, встал и выдохнул.

Всегда забывал об этом лайфхаке, который вполне себе действовал, пока в Москве не установили продвинутые турникеты с прозрачными пластинами. Перепрыгнуть их конечно было можно, но на станции тебя бы встретили господа полицейские.

Хорошо, что сейчас был не 2026 год, и мне за безбилетный проезд ничего не будет.

Но поезд ехал из рук вон медленно. Можно сказать, плёлся, как назло. Я то и дело подходил к людям, чтобы уточнить сколько времени. И я опаздывал. Страшно опаздывал.

Наконец я уже прибыл на бауманскую и побежал со всех ног наружу. Но как назло почувствовал прострел в заднице.

― Чёрт! ― выпалил я.

Было больно. Очень больно.

Только сейчас я понял, что забыл поставить два шприца обезбола и противовоспалительного. И это полный кошмар. Я не понимал, как буду драться. Потому что спросонья как-то внимания на боль не обращал. А вот теперь организм окончательно проснулся, запустил все жизненно-важные процессы, и я чувствовал, как по всему телу пробегал ток боли. Каждый раз, когда я ступал на ногу, отдавало в позвоночник, рёбра и бедро.

Даже до икроножной долетали отголоски. Я полез в сумку, но, разумеется, шприцы я забыл в общаге. Плакали мои победы, плакали мои экзамены и зачёты.

Наконец, преодолев километровую лестницу эскалатора, взбираясь на неё, словно на гору, я выскочил на улицу и спросил у первого прохожего сколько времени.

― Девять минут девятого, ― раздражённо ответил работяга, который тоже куда-то спешил.

Разумеется, здесь никого не было. Реваз Леванович всех собрал и увёл. Мне нужно бежать срочно. Может быть я бы настиг их на подходе к спортивному комплексу. Но куда бежать-то?

Я начал судорожно спрашивать у прохожих.

Мда, вот сейчас бы не помешали блага будущего, такие, как Яндекс Карты. В итоге методом опроса, выяснил, на какой трамвай мне нужно. Запрыгнул в него, в надежде, что кондукторов не будет. Но они, как назло зашли на следующей станции. Я смотался в другой конец трамвая и вышел на следующей.

Рванул вдоль по рельсам вперёд и, как ни странно, сумел прибежать к следующей станции к моменту, когда трамвай подъехал туда же.

Весь запыхавшийся, я дождался, чтобы кондукторы покинули салон. Но они не выходили. Тогда я уцепился за лесенку, что располагалась позади и поехал прямо так. Не знаю, что мне мешало это сделать в предыдущий раз. Я почему-то надеялся на то, что кондукторы проверят трамвай, после чего пересядут на следующий.

Перчатки забыл, поэтому руки леденели с каждой секундой всё больше. Разумеется, сегодня был отменный морозец, который испытывал меня на прочность. Меня заметила какая-то бабулька и начала стучать в окно, мол, чтобы я слез.

А трамвай уже набрал приличную скорость. Куда мне слезать? Переломаю себе все кости.

Менял руки поочерёдно, чтобы пальцы не отвалились. Кошмар. Морозное железо пробирало до костей. Я вытянул рукав куртки и схватил лестницу поверх него, обмотав рукав вокруг перекладины.

Вторую сунул под рубашку, чтобы погреть теплом своего тела. Так быстрее прогревалась пятерня.

Как назло, чёртов трамвай ехал очень долго. Это был самый длительный переезд от одной станции к другой. Помимо прочего гундёж бабки услышали другие пассажиры и начали поглядывать в мою сторону.

Ладно бы ещё они все обсуждали это, так ведь так и кондукторов привлечь было недолго. А мне вот лишнее внимание ни к чему.

Мужик, что стоял недалеко от бабки, хмыкнул и улыбнулся. Я подтянулся чуть вверх, чтобы посмотреть не обратили ли на это внимание кондукторы. И к моему сожалению обратили. Женщина шла в мою сторону.

Чёрт! Придётся добираться на своих двоих. А это очень плохо, очень долго, и я мог выдохнуться быстрее времени. Ко всему прочему я терял силы перед соревнованиями. Это тоже было плохо.

Короче, было плохо абсолютно всё! Я продолбался по всем фронтам!

Наконец кондукторша подошла, но меня не заметила. Что-то сказала пассажирам, потом проверила того, кого, видимо, проверить забыла и ушла. Я выдохнул.

На следующей станции кондукторы вышли, и я запрыгнул в трамвай в самый последний момент. Бабка на меня крошила батон, как могла.

― Ишь, развелись тут черти! Зайцем катаются! Таких как ты надо посадить разок, чтобы неповадно было! Посидел бы месяцок, о поведении своём подумал, засранец.

― Бабуль, ― внезапно начал говорить мужик, что ухмылялся, ― вы бы не горячились, может быть стипендия закончилась у парня. Может быть у него сейчас вопрос жизни и смерти решается, а вы посадить, да посадить.

― А ничего! ― продолжала она трясти пальцем. ― Я в молодости что-то не каталась за чужой счёт, почему он должен?

― Ну тоже в положение войдите, ― произнёс мужик с улыбкой и повернулся