Фантастика 2026-89 - Алина Углицкая

Адмирал мёртв, уважаемый Орбан. И теперь вам пора привыкать к новым реалиям. Вы или принимаете, или уходите. Но вам напомнить, где сейчас ярые сторонники Адмирала? — заговорила Элия, с прищуром, посмотрев на толстяка.

Тот как-то стушевался. Кашлянув, Орбан провёл пальцем по воротнику тугого комбинезона, словно ему воздуха не хватало, и отрицательно покачал головой. Оказаться на месте заключённого на транспортнике в окружении тех, кто знает о его предательстве, Орбан не хотел.

— Убежище-1 рано или поздно развалится. И это факт. Оно непродуманное, построенное больше по наитию, чем по чертежам. Отсюда вытекает много проблем. И раньше они просто скрывались. Ведь так, Зара? — Рем обратился к женщине и перевёл взгляд на неё.

Представитель научной администрации некоторое время молчала, смотря на бортинженера испепеляющим взглядом. Но пробить броню сарказма и язвительности ей не удалось, поэтому она перевела взгляд на других. Рем усмехнулся.

— Он прав. Адмирал скрывал большую часть проблем. И Убежище разваливалось ещё до появления группы капитана Фокина. Оставаться надолго здесь и правда не вариант, — она коснулась своего планшета, передавая файл с информацией остальным.

Все принялись смотреть полученный файл. Только Рем не шевельнулся, так как для него там новой информации не было. Лица некоторых из присутствующих выражали беспокойство. И было отчего: в отчёте был примерный расчёт того, что будет происходить с Убежищем в ближайшее время. Сначала начнут отказывать незначительные системы. Подача воды, охлаждение, местами гравитация. Потом начнутся проблемы в аграрном секторе. И да, здесь такой тоже был. Не одним же воздухом питались люди в этой консерве. Отказ аграрной системы приведёт к проблеме продовольствия, которая, в свою очередь — к недовольству.

Что-то такое Рем уже переживал на своей родной станции. Пусть и в детстве, но в память это въелось сильно. Поэтому он лучше других понимал, что оставаться здесь нельзя. Надо было покинуть эту систему, перебраться в ту же Колыбель и строить анклав. Других вариантов он не видел. И Андрей с ним бы согласился. Только вот капитана рядом не было, и все решения принимать придётся им.

Представителем военной администрации была выбрана неизменная вице-адмирал. Анжела оказалась довольно влиятельным человеком в военной среде, и даже переход её на сторону мятежников не слишком пошатнул авторитет. Даже наоборот: у некоторой части военных, которая так или иначе не разделяла взглядов Адмирала, её позиции только укрепились. Поэтому на коротком совещании между своими было принято решение предложить её в качестве представителя от военных.

Вице-адмирал отложила планшет и посмотрела на собравшихся. Она дождалась, пока все закончат ознакомление с документом, и, кашлянув, заговорила:

— Я согласна с тем, что надо отсюда уходить. Госпожа Зара, как бы вы ни относились, скептически или ксенофобски, к предложению о Колыбели, но я не вижу других разумных вариантов. Вам объяснить, почему этот вариант оптимален? — Анжела дождалась от учёной отрицательного качания головой и продолжила: — Тогда нам остаётся думать не над тем — куда, а над тем — как.

— А вот с этим будут проблемы, госпожа адмирал, — проговорил Орбан, слегка причмокивая и в очередной раз проведя по лбу платочком.

— Вице-адмирал, — поправила его Анжела, не поведя и бровью на эту оговорку.

— Да-да. Так вот, с этим у нас будут проблемы. После последних событий станция насчитывает около шести тысяч людей. Из них около пяти сотен — дети. Большая часть оставшихся… — Орбан отдышался, вытирая пот со лба и шеи, кашлянул и продолжил: — … большая часть — военные. Остальные — гражданские и небольшая часть — учёные. Но если сопоставить с тем транспортом, что есть у нас на данный момент, перебросить всех сразу всё равно не получится.

— Зачем всех и сразу? — задал вопрос Зейд, он высказал мысль и других собравшихся. — Можно же группами.

Орбан нервно теребил в руках платок, а потом отрицательно покачал головой. Он не был согласен со словами абордажника.

— Не получится. Как только мы заберём энное количество людей, станция достигнет критической нехватки персонала, что, в свою очередь, приведёт к каскадным отказам систем. Вы это имеете в виду, господин Орбан? — опередила с ответом Зара.

— Именно так, — кивнул Орбан, соглашаясь со словами учёной. — Поэтому надо всех и сразу.

— Какое количество мест в теории мы можем выделить на эвакуацию? — спросила Элия, наконец понимая суть разговора.

— За один раз? Думаю, тысячи четыре, — задумчиво ответила Анжела.

В зале повисла тишина. Количество мест не просто не хватало — это означало, что нужно решить судьбу почти четверти населения, того, что и так осталось от человечества. Рем пошевелил плечами: по спине пробежало стадо мурашек. Он впервые ощутил то бремя, что взвалил на себя Андрей и с которым шёл всё это время. Капитан принимал непростые решения слишком часто, а теперь все эти решения легли на плечи его друзей. Бортинженер провёл рукой по волосам, взъерошивая их.

— М-да. Ситуация патовая, — задумчиво протянул Рем.

— Не то слово, — согласился Зейд.

— А вы считаете четыре тюремных транспортника? — вдруг спросила Элия.

Все снова замолчали. Транспортники были переоборудованы для перевозки и содержания заключённых и по идее могли увеличить количество перевозимых людей. Но почти все они сейчас были и так забиты уже людьми. И все они были в основном ярые сторонники Адмирала. Поэтому вопрос заставил всех задуматься.

— Вы предлагаете… — Орбан как-то испуганно посмотрел на Элию.

— А у нас есть выбор? — парировала та.

— Но нам придётся решить судьбу всех заключённых. А это почти семь сотен человек. Но даже с этими транспортниками людей всё равно больше, — Анжела устало откинулась на спинку стула, который скрипнул.

Рем задумчиво вертел в руках инструмент. Он пытался сопоставить две переменные в одно уравнение, но никак не мог прийти к решению. Как перевезти почти шесть тысяч человек, имея места на четыре с половиной? Рем был немного циничен, как и всегда. Это капитан мог размышлять, верно ли решение избавиться от заключённых или нет, но не бортинженер. В мире, в котором он вырос, выживает только тот, кто заботится о решении своих проблем. И здесь он замер. В голове, словно в старых фильмах, зажглась лампочка. Не хватало над головой только надписи «Эврика!».

— Мы создадим транспортники, — сказал Рем, заставив замолкнуть зарождающуюся дискуссию.

На него уставились все: кто с непониманием, кто с сочувствием. Рем опустил ноги на пол и