Фантастика 2026-90 - Василий Седой

— Скоро прибудут послы Сибая, — ровно заговорил он, и серебристое отражение в его темных глазах едва заметно всколыхнулось. — Все окончательно запутались, кто же теперь наш император и с кем мы воюем. Попытаются договориться об освобождении принцессы, разведают обстановку и будут выжидать. Не знаю, доберутся ли они сюда живыми; не моя забота. О чем ты говорил с принцессой?

Ладони Мастер скрыл в широких рукавах, надеясь, что никак больше не выдаст своего волнения.

— Принцесса в который раз пообещала доставить мне брата на блюде в любом состоянии, — хищно усмехнулся Юкай. — Что она еще может? Строить из себя жертву, предлагать деньги и напирать на то, что только им известно местоположение Цзыяна. Даже жалобный тон ей уже дается с трудом… Гибель инструмента не прошла для нее бесследно.

Мастер коротко кивнул.

— Что им еще остается, — рассеянно заметил он. — А бумаги посмотри. Это твоя работа, которую никто больше не выполнит.

Юкай молча скривил губы. Договорив, господин Ло рассеянно поклонился и развернулся к выходу, не заметив холодного блеска янтарных глаз.

— Мастер, — мягко позвал император, и от этого бархатного голоса по спине прошлись мурашки. — Когда ты помогал улизнуть моему брату, на что ты рассчитывал? Думал, что я не пойму, чей хвост мелькает во всех этих складных совпадениях?

— Смог понять, кто помог Ду Цзыяну скрыться, но до сих пор не понимаешь, кого следует винить в смерти твоего наставника? — через плечо отозвался Мастер с презрением.

— Я мог бы вытащить из тебя правду, — голос Юкая вдруг раздался над самым его ухом, теплое дыхание коснулось шеи, заставив едва заметно поежиться.

— Мог бы, но не станешь, — усмехнулся господин Ло, приходя в свое обычное легкомысленное и игривое расположение духа. Упираясь ладонью в гладкое дерево двери, он выпрямился, всем телом ощущая за спиной чужое пугающее присутствие. — Тебе нравится наблюдать, как у принцессы и Фэн Юаня земля горит под ногами. Хочешь заставить их поверить в то, что шанс на спасение есть, а потом отобрать его. Ты стал еще более жестоким, чем был прежде.

— Мне их не жаль, — рассеянно пожал плечами Юкай, возвращаясь в кресло. Словно потеряв всякий интерес к разговору, он поднял очередной документ и начал складывать его в замысловатую фигурку. — Сначала мне казалось, что ты пытаешься защитить Цзыяна, только вот зачем? В преданность твою я не верю. Деньги? У тебя их куда больше…

— Откуда во мне преданность? — криво усмехнулся Мастер. Обернувшись, он оперся спиной на дверь и скрестил руки на груди. — С чего бы мне кого-то защищать?

— Я решил ровно так же, — согласился Юкай. Белоснежный лист в длинных смуглых пальцах превращался в фигурку птицы, раскинувшей крылья. — Только вот вместе с братом бежал один из наемников из Сибая, и ты об этом знаешь. Решил убрать брата из дворца и убить его чужими руками? Принцесса клялась, что тот убийца непобедим и вовсе не человеческого рода и, как только у него появится возможность, он передаст нам, в какой норе прячется брат.

Мастер смотрел на Юкая скептически и с легкой жалостью. Казалось, он уже полностью выбросил из головы то ощущение угрозы, которое мучило его рядом с новым императором, да и призрак госпожи Ши больше не маячил немым укором.

— А ты ведь не пойдешь его искать, — фыркнул он. — Теперь ты рад, что Цзыян бежал. Желание отомстить, убить въелось так глубоко, что отделаться от него почти невозможно; только вот зачем мстить, если вины на нем нет? Ты не знал своего брата, не ощущал, что рядом не он. Теперь мечешься между своей местью и правдой, между знанием и растерянностью. Не знаешь, что делать, не хочешь видеть его, потому что давно считаешь врагом. Проще забыть, верно? Наказать виновных, но и разбитую чашу не склеивать.

Бумажная птица с треском разошлась на две неровные половинки.

— Что, император? — насмешливо продолжал Мастер, вколачивая слова, словно гвозди. — Любовь и ненависть, близкий человек или враг, и никаких больше вариантов? Чувства и родственные связи оказались куда труднее мести, а война с самим собой тяжелее, чем захват столицы? Понимание людских душ никогда не было твоей сильной стороной, но тебе ведь не дано и самого себя понять. Что в тебе осталось после смерти Ши Мина и равнодушия к судьбе брата?

Юкай прикрыл глаза, но промолчал. Мастер бросил последний взгляд на неподвижную фигуру за столом и распахнул дверь.

— Тебя однажды тоже настигнет прошлое, — бросил Юкай в спину своему советнику. Голос его был тихим и хриплым, будто после долгого сна. — Не надейся спрятаться за своим равнодушием.

— Что? — с оттенком недоумения переспросил господин Ло.

— Одиночество, — с отвращением выдохнул Юкай. — Разочарование. Все ошибки, которые пришлось совершить. Никому этой дряни не избежать. Даже тебе, Мастер.

Глава 13

Карты Ши Мин нашел в глубоком кармане плаща еще на корабле. Мастер оказался вовсе не таким ветреным, каким выглядел со стороны: помимо карт он успел припрятать небольшой нож и пару монет. Эти деньги в деревне не пригодились: даже один золотой был слишком крупной монетой для жителей гор.

Увидев туго свернутую трубочку коричневой бумаги, Кот прижал уши к голове и осторожно потянулся развернуть, не спрашивая разрешения. Он старался касаться карты едва ощутимо, опасаясь повредить ее острыми ногтями.

— Не понимаю, — пробормотал Кот спустя мгновение и поднял глаза на Ши Мина. — Это все? Вся карта? Почему она такая маленькая?

Ши Мин заглянул в изученный до последней черточки рисунок и в недоумении нахмурился.

— Что значит маленькая? — переспросил он. — Страны только кажутся такими. Вот это пятнышко — весь огромный остров, на котором мы сейчас находимся.

— Все равно слишком мало. — Кот взлохматил упавшие на лоб короткие пряди и ткнул пальцем в очертания Лойцзы. — Десяток стран и острова, разве такое возможно? Разве вы не доплыли до остальных?

— Не десяток. А дальше ничего нет. — Ши Мин указал на огромные пространства, занятые бесконечным морем. — Вода до самой стены. Правда, говорят, там тоже пара крупных заселенных островов есть, но о них только моряки рассказывают. На карте и отметок не найти…

— До какой стены? — с нотками отчаяния переспросил Кот. Глаза у него стали огромные и тревожные.

— Здесь. — Ши Мин коснулся тонкой линии, кольцом окружающей земли. — Неужели в твоем городе не знали о стене? Я не ученый и не могу объяснить, что она собой представляет. Спроси любого моряка — и он расскажет тебе о ней. Незримая и