Город, которого нет 8 - Артемис Мантикор

Она рисунку обрадовалась и, когда Маруслава протянула портрет ей, бросила искреннее «спасибо». Крашенная мне нравилась. И это я сейчас не о внешности, как человек она казалась на редкость доброй и прямолинейной. Уникальное качество для бывшего стирателя.

Не знаю, что надоумило Красноглазку рисовать других стирателей, но я эту мысль одобрял. Пускай впечатляются её крутостью.

— Всем приготовиться, снижаюсь, — предупредила Аргона.

— Зачем? — не сразу поняла Лея.

— Там Фосс подаёт сигнал.

— Он ещё жив? — удивилась она.

— Я снижаюсь?

— Да!

— Ещё один из вас? — спросил я.

Лея кивнула.

Снижаться пришлось не сильно — нас ждали на крыше пятиэтажки.

Бывший стиратель был странным существом. Сперва я принял его за африканца, но, когда он оказался на борту, понял, что скорее очередная неведомая зверушка. Кожа была тёмно-серой, скорее как у дроу, какими их рисуют в фэнтези, только темнее. Белые волосы тоже были странными — они напоминали больше перья чем нормальный волосяной покров.

Золотой ошейник, по кольцу на каждом пальце и… мда, прямо по центру ладоней обеих рук зияла дыра, обрамлённая золотом. Будто тоннели в ушах, только, блин, на руках. Да и сами руки были покрыты светло-серыми татуировками.

К счастью, экзотический внешний вид не делал его духовным братом Лукаша. Парень быстро смекнул, что к чему, и сразу спросил:

— У нас пополнение?

— Считай нас временными союзниками, — ответил я.

— Временными? Вижу стирателя с выбросом и… — он посмотрел на Церхеса, но промолчал, так что фраза так и осталась неоконченной.

— Клятва, — коротко сказала Лея.

Темнокожий понимающе кивнул.

— Полярис, — повторил он моё имя. — Я Фосфорос. Можно Фосс. Это твои черти?

— Это не черти, а мои друзья. Великий народ стегоатлей.

— Сильные воины, — уважительно сказал он.

— Это Кристина и Маруслава. Церхеса ты знаешь, как я понимаю.

Наши взгляды встретились. На чёрно-золотых белках его глаз виднелись большие белые зрачки с концентрическими кругами. Мадара бы обзавидовался такому зловещему ринненгану.

Он снова кивнул и сел у края палубы в позу лотоса, сплёл пальцы в решётку, прикрыл глаза, закатив их вверх, и вокруг рук с лёгким шипением стали вспыхивать молнии. Похоже, это он так восстанавливался после боя или лечился, фиг его знает.

Под нами в этот момент клокотала битва — рогатые неумолимо продвигались вперёд, несмотря на полчища порождений хаоса. Плюс две сотни… мда, нехилое такое чудо. Никакой хаос не устоит против рогатых ванпанчменов.

Тем временем гоатли активно познавали прелести космической прибавки к статам. В частности, хлынувшая в них через моё лидерство характеристика могущества позволила козлам начать вспоминать свои расовые магические абилки, которые под таким бафом прекрасно работали даже на низком эхо технократического мира.

Прямо под нами кто-то из рогатых взорвал крупный огненный шар, разнося в стороны обгорелые тела каких-то муравьёв со щупальцами.

Это не укрылось и от внимания Аргоны:

— Откуда у них магия? — она выразительно посмотрела на Лею, а затем перевела взгляд на меня.

— Каждый день делают зарядку и сто отжиманий.

— Ты дал им могущество! — поняла она. — Через мой навык!

— Ого, круто, — заметил Фосфорос.

Я пожал плечами. Глупо было скрывать очевидное, тем более что я всё равно подумывал о том, чтобы набафать всю компанию перед встречей с лордом хаоса.

— Откуда так много⁈ Я не думала… Лея, его стиратель опасен! Мы должны…

— Защитить Несбывшуюся! — отрезала Вечная.

— Значит, ты можешь также передавать фокусировку? Чью характеристику ты ещё взял⁈

— Мою, — произнёс механический голос Альфриды из динамика.

Аргона побледнела. Лее тоже как-то резко сделалось нехорошо, да и Нима заозиралась.

— Что смотришь, целуй, — не удержался я от маленькой шутки и подмигнул.

Капитан дёрнулась, покраснела, сжала кулаки изо всех сил.

— Ты можешь дать нам такую силу? — спросила Лея, наклонившись и доставая бутылочку знакомого напитка из прибитой гвоздём к палубе сумки.

— Не, вы негостеприимные. То убить нас хотите, то… опять убить. Но если сбросишь своего влюблённого капитана вниз, я подумаю.

Лея посмотрела на Аргону. Та с удивлением и вызовом на неё.

— Да шучу я, — остановил я возможную неприятную сцену. — Мы пришли сюда к вам на помощь, как я обещал вам и Лоралин. Но, если вместо благодарности нам будут угрожать, мы просто уйдём. Город будет жить и без Несбывшейся.

— Ты давал клятву! — напомнила Аргона.

Обещание Лоралин. Ну и Великий Мару вроде бы мной где-то упоминался. Интересно, как меня будет наказывать бог ленности у домашнего очага? В любом случае, переживу.

— Аргона, он прав, — поддержала меня Лея и указала на фигуру гината. — Наш враг там.

40. Игры хаоса ⅔

Сверху гоатли под читерным бонусом напоминали старый комедийный фильм про одну галльскую деревушку, отражающую нападения римского легиона. Хаоситы отлетали от одного удара примерно как там. Рогатые же успели освоить помимо мордобоя целый ряд моих навыков.

Каждый стал настолько могущественным магом, что пиробласты слетали с их пальцев за секунды. Причём огонь был подозрительно васильковым, так что связать их с навыком Лукаша было не очень сложно. Убитые хаоситы тут же вставали, поднятые умбрагенезом. Козлы ещё и сворачивали их в приятную их глазу форму всяких жутких копытных тварей.

Фокусировка же превращала гоатлей из получивших читерную силу нубов в суровых профи, поскольку скорость реакции и мышления у них сейчас была запредельной. Настолько, что можно было уклоняться даже от пуль.

Немыслимая сила, которая кружила голову. Пожалуй, я бы и Город с этими ребятами захватил, и от неспов избавился, а потом сходил бы во владения хаоса и изъял у них пару миров в оплату морального ущерба от вторжения.

Одна проблема — ничего постоянного в Городе не было, и на следующем круге всё придётся начинать заново. И плюс две сотни сделать не выйдет, конечно.

Впрочем, глядя на Красноглазку, я подумал, что нам столько и не надо. Вид у неё был жуткий. Маньячный взгляд, вся перепачканная краской и без остановки бубнящая себе под нос что-то неразборчивое. Она будто и не жила вовсе, а была продолжением чего-то, что через её творчество проникало в наш мир.

— Сейчас я отмечу вас лидерством, — не стал я скрывать то, что и так уже было всем ясно.