Фантастика 2026-147 - Максим Шаравин

Хотелось бы сказать, что я большой поклонник спартанских традиций и такая пища меня вполне устраивала…. но, во-первых, я на дух не переносил спартанцев. Они славились своей лаконичностью, но я бы сказал, что скорее лапидарностью, особенного после того случая, когда они выбросили со скалы мою повозку с бухлом — сразу следом за очередной партией своих детей. А во-вторых, вкусная еда даёт сил не меньше, чем хорошая утренняя разминка. Если уметь правильно ею насладиться, конечно.

Я бодро зашагал по коридорам Академии в поисках столовой, полный уверенности, что столь важное место найти будет довольно легко. Спустя минут двадцать времени и около десятка наобум открытых дверей от былой уверенности не осталось и следа. Сплошные аудитории, лекционные залы и лаборатории.

Так дело не пойдёт. Я оглянулся по сторонам.

Уже вечерело, поэтому людей в коридоре было довольно мало. Да и те, что были, все спешили обратно по своим комнатам, поэтому все мои попытки уточнить направление оказывались тщетны.

— Налево, направо, снова налево… или направо… короче…. — проходящий мимо парень махнул рукой, — … туда.

И, поджав лямки рюкзака к себе поближе, он быстро устремился вдаль.

— А? Что? Отстань, не до тебя, — пробубнила себе под нос уткнувшаяся в конспект деваха, что шла следом за парнем.

Я вздохнул. Живот предательски заурчал, усугубляя и без того подавленное отсутствием белков, жиров и углеводов состояние.

— Ты же Стерлинг, да? — раздался спасительный голос откуда-то сбоку. — Я видел, как ты отделал Антона. Круто-круто…

Я повернулся. Около дверей в одну из аудиторий на полу сидел полноватый веснушчатый парень, жадно кусающий яблоко.

— Я так и думал, что все эти мечники… так, чисто понты, — он с противным звуком затянул в себя сочившийся из фрукта сок. — Правильно мне мама говорила — умный человек острыми палками махать весь день не будет, умный человек будет умнее и умом всех победит. Как думаешь, а?

— А ты… — начал было я.

Парень тут же подскочил вверх и протянул мне руку, не давая договорить.

— Филимон, — он быстро вытер ладонь о штаны. — Филимон Лосев. Друзья зовут меня Филя, но друзей у меня здесь нет, поэтому по большей части я всё же Филимон. Но ты можешь звать Филя, хотя технически мы и не друзья… — парень утер ладонью нос, — … мы ж только познакомились, не торопи события!

И он противно заржал собственной шутке.

А ведь я всего лишь хотел спросить «А ты… не подскажешь как пройти до столовой?».

Но что поделать? Я быстро ответил на его рукопожатие и улыбнулся.

— Слушай, Филимон, — мне хотелось закончить эту интеракцию побыстрее. — Я бы, конечно, с тобой с радостью поговорил про… ум? Но я голодный, как волк. Не подскажешь, как до столовки пройти?

Сомнений касательно экспертности парня в этом вопросе у меня не было. Чего нельзя сказать о буквально любом другом вопросе.

Впрочем, вместо ответа я от Филимона получил только укоризненный взгляд.

— Никак, — он уверенно сложил руки крест накрест. — В Академии нет «столовки».

Последнее слово он специально исковеркал, словно ему было неприятно его даже произносить.

— … чего? — я приподнял бровь.

Как минимум потому, что я точно знал, что есть. Благодаря разговору с тем парнем с рюкзаком.

Филимон снова показательно скривился.

— Мы в лучшей Академии не только этого герцогства, но и всей Империи. Здесь нет столовки! — он поднял указательный палец вверх, — Здесь есть ресторан!

Парень швырнул огрызок яблока в стоящую около входа в аудиторию урну и махнул мне рукой, показывая следовать за ним.

— И это не просто пафосное название. Нет-нет. Ресторан один из лучших в герцогстве, а шеф — сам Лебужон, — он посмотрел на меня так, словно я должен был упасть в обморок при одном звучании этого имени. — Странно, что ты доучился до второго курса и не знаешь об этом.

В ресторан мы пошли очень быстрым шагом. Куда более быстрым, чем я бы ожидал от пухляша.

— Ну, ты чего! Лебужон! Эркюль Лебужон! Один из лучших шефов страны! Тот, что раньше кормил и Аквилл, и Васильевых, и Готтенов и… кого он там только не кормил. Говорят, что наш шеф — один из немногих, кому дали доступ к трупу Бога.

Звучит ох*еть как негигиенично.

— Извини… К трупу Бога?

Он посмотрел на меня как на идиота, а затем засмеялся, видимо, решив, что я в шутку прикинулся, будто не понимаю, каким именно способом мертвое божество может подсобить в деле нарезки салата. Я хотел было добиться своего и уточнить, что он имеет в виду… однако к этому моменту мы уже подошли к двум большим дверям, над которыми красовалась выведенная вычурными буквами надпись. «Ресторан».

Что же кажется, парень не соврал.

Помещение было огромным; оно действительно совсем не походило на то, как в памяти Стерлинга следовало бы выглядеть обычной столовой. Небольшие столы со свечами, резво бегающие от кухни до зала официанты, ненавязчивая классическая музыка и в целом атмосфера действительно дорогого, хорошего заведения.

Ряды аккуратных столиков были забиты студентами, что меня немного удивило. Хотя, наверное, нет ничего странного в том, что перед экзаменом разыгрывается аппетит. Многие из тех, кто здесь сидел, и правда штудировали конспекты, лишь изредка отрываясь, чтобы откусить кусок ужина с тарелки. Выгонять их отсюда никто не спешил, что, кажется, и было главным отличием этого ресторана от любого другого заведения такого уровня.

— Вот она — моя обитель! — гордо произнёс Филимон.

— Настолько любишь пожрать? — уточнил я.

Парень несколько обиженно фыркнул.

— Да нет… — он махнул рукой кому-то из официантов,