Фантастика 2026-173 - Александр Вольт

устало вздохнула. В голове всплыл старый анекдот про ежиков, что плакали, кололись, но с упорством продолжали грызть кактус. Точь-в-точь как я сейчас. Понимаю, что творю черт знает, что, добровольно выдаю свою самую страшную тайню, но поступить иначе не в силах.

– Еще раз напомню: мои слова о снах останутся между нами… Как и то, что последует сейчас. Проболтаетесь… – Я осеклась, не договорив угрозу. Снова вздохнула и произнесла: – С Императрицей… то есть, с моей матерью, если потребуется, я объяснюсь лично.

В повисшей тишине можно было услышать звон в ушах. Даже наставница Ольга, которую я знала много лет, казалось, задыхалась. Рот приоткрыт, глаза вытаращены так, что вот-вот выскочат из орбит. И смех берет… и в то же время горько видеть наставников, словно их всех разом, без мыла… ошарашили новостью.

– А… – неуклюже начал наставник Нортон. – Ваше…

– Тсс… – решительно остановила его я. – Я все та же Ника, младшая дочь герцога Адамадова… Хочу, чтобы вы именно это помнили и забыли о том, что я вам сказала раньше, – настоятельно попросила я.

– Хорошо, – чуть помолчав, медленно произнес Один. – Поступим так, как вы… юная герцогиня, и сказали… Отменяем все спасательные действия. Надеюсь, ваш Артем и вправду справится с защитой принцессы… Надеюсь, хоть он не внебрачный сын Императрицы, – не смог сдержать вздоха.

– Нет, он всего лишь не очень известный на всю империю князь Бегемот! – не удержалась я от смеха, увидев их лица. – Правда, он очень ненавидит это свое прозвище… прямо до зубного скрежета. Так что настоятельно советую не называть его так…

***

Юнна.

Пробуждение нахлынуло свежей волной, но вместе с ним пришло и горькое осознание: меня обманули.

Артем, словно застывшая тень, неподвижно стоял у окна, впиваясь взглядом в утренний пейзаж за пределами нашего укрытия. При малейшем шорохе с моей стороны, его голова резко повернулась, и взгляд, в котором читалось напряжение, встретился с моим. Неуверенная улыбка тронула его губы. Он ожидал моей реакции, но в ответ я лишь грустно усмехнулась и произнесла:

– А Нику ты тоже так, постоянно обманываешь?

– Нет… она давно знает все мои уловки, как свои пять пальцев, – честно признался он и добавил: – Собственно, как и я её.

– Выходит, вы друг друга стоите, – вздохнула я. – Ты вообще не спал ночью? – спросила я, вглядываясь в его лицо, которое, к моему удивлению, не выдавало ни усталости, ни недосыпа.

– Я немного подремал, – ответил Артем, словно пытаясь развеять мои сомнения.

– И что там, снаружи? – поинтересовалась я, поднимаясь с плаща, служившего мне постелью.

– Как ни странно, довольно спокойно, – ответил Артем, снова бросив взгляд в окно... и чуть помолчав добавил. – Относительно спокойно.

Я подошла к нему и тоже выглянула наружу.

Вдалеке, метрах в ста от нашего убежища, цепочка муравьев деловито тянулась между руинами, образуя живую нить. И больше никого. Действительно, тишина и спокойствие царили вокруг.

– И каковы наши планы на сегодня? – спросила я у парня.

– Попытаться выбраться из подземелья, – просто ответил он.

– Отличный план, – с иронией заметила я, заметив кристаллического скорпиона, притаившегося в развалинах одного из домов. Этот был небольшим, и всё его внимание было поглощено муравьиной тропой, пролегавшей мимо его логова.

– Можешь предложить что-то лучше? – вопросительно посмотрел на меня Артем.

– Боюсь, что нет, – признала я.

– Ладно, – он тоже бросил быстрый взгляд в сторону скорпиона. – Предлагаю позавтракать и выдвигаться.

– Хорошо, – согласилась я и вернулась к нашим скромным припасам.

Наш скудный завтрак прошел в тишине, и лишь после того, как Артем начал собирать вещи, готовясь к выходу, я нарушила затянувшееся молчание.

– Я все хотела спросить… – медленно проговорила я, разглядывая его лицо. – Ты знаешь столько песен, и все какие-то особенные, не похожие на те, что обычно слышишь. Во дворце, конечно, гвардейцы тоже пели… Так что я наслышана всяких песен, но твои какие-то незнакомые, немного… чудные. Ты сам их сочиняешь?

Артем замер, словно я застала его врасплох. На мгновение он погрузился в раздумья, и только потом отрицательно качнул головой.

– Нет, таким даром я не наделен… Все песни, что я знаю, созданы другими людьми. Я лишь умею перебирать струны гитары да изредка касаться клавиш рояля, – с легкой улыбкой ответил он.

– Странно… Почему же тогда эти песни не звучат повсюду? – задумчиво произнесла я. – У нас служивые обожают такой репертуар… Им бы точно пришлось по душе… Но я ни разу не слышала, чтобы их кто-нибудь еще пел… Ты уверен, что на этот раз не пытаешься меня обмануть? – с подозрением прищурилась я, глядя на него.

– А что ты вообще обо мне знаешь? – неожиданно спросил Артем, и взгляд его стал каким-то… изучающим.

– Что я знаю? – удивилась я. – Знаю, что ты избранник богини, которая одарила тебя довольно странными дарами. Знаю, что ты непревзойденный маг-целитель и воин. А еще ты телохранитель моей сестры, и моя матушка уже прочит тебя ей в мужья.

– Однако! – Артем выглядел пораженным. – Всплывают такие пикантные подробности, что я, признаться, в шоке, – пробормотал он и снова посмотрел на меня. – Понял, – уверенно констатировал он. – Главного ты обо мне не знаешь. Ладно, – сказал он, и на лице его появилась какая-то загадочная улыбка. – Когда вернемся, обещаю раскрыть тебе страшную тайну моего происхождения! Но сейчас не время для подобных откровений.

– Буду с нетерпением ждать твоей ужасной тайны! – скептически усмехнулась я, ничуть не поверив в его слова. Скорее всего, он снова пытается меня разыграть.

Тем временем Артем разобрал баррикаду, и мы выбрались из дома. Но на самом выходе мы замерли, увидев снаружи скорпиона. Я, разумеется, тут же решила, что он пришел по нашу душу, но скорпион, задрав хвост, вдруг рванулся куда-то и тут же исчез из виду. Однако тут же раздались звуки, напоминающие яростную битву. С осторожностью выглянув наружу, мы стали свидетелями эпического сражения скорпиона и нескольких муравьев. Один рыжий муравей уже лежал полузасыпанный кристаллическими наростами. Но и скорпион был покрыт какой-то неприятной жижей, которой его облевали муравьишки. И исход этой битвы пока оставался неясным.

Вот и второй муравей пал жертвой скорпиона, но тот, словно