Фантастика 2025-191 - Жорж Бор

— Всё имущество «Веги», — ответил я и старик тяжело вздохнул.

— Молодой человек, если вы хотите провести ночь у меня в гостях, то могли так и сказать с самого начала, — произнёс юрист. — На подобную работу необходимо много времени и я не планирую этим заниматься прямо сейчас. Дайте более конкретную задачу или договоримся о следующей встрече в выходные.

— Оборудование для переработки аномальных зверей выше третьего ранга, — поняв, что спорить с юристом нет смысла, ответил я.

— Другое дело, — усмехнулся Бетюжин. — Так бы и сказали, что хотите вернуть своё имущество у Истоминых.

— Всё настолько очевидно? — невозмутимо спросил я. Стоило немного привыкнуть к манере общения собеседника и разговор пошёл значительно легче. Вместо того, чтобы спорить с юристом, я занялся изучением этого человека магическим зрением. И вот тут меня ждал сюрприз.

— Не нужно быть таким любопытным, Ярослав Константинович, — едва мой истинный взгляд коснулся хозяина дома, угрюмо произнёс старик. — Это не с лучшей стороны показывает качество вашего воспитания.

— Привычка оценивать вероятного противника, Григорий Антонович, — даже не подумал извиняться я. — Не более. Да и воспитывать меня, так получилось, что некому было.

— Оно и видно, — хмыкнул старик. — Я с вами драться не планирую, ваша светлость. Пока вы не решите сжечь мой архив, проблем точно не будет.

— Учту, — улыбнулся я. — Что по поводу Истоминых?

— Михаил Юрьевич всегда халатно относился к оформлению бумаг, — ворчливо ответил Бетюжин. — До сих пор с ним мучаюсь. Не удивлюсь, если он докатится до того, что решит сыграть на задержке поставки. А я говорил Саше, что надо убрать этот пункт из его договора…

— А касательно моего вопроса? — сменил я направления потока ворчания собеседника в нужное русло.

— Когда речь идёт о разделе имущества рода, который все уже считают погибшим, то все нюансы мало кто соблюдает, — ответил юрист. — Тот же Алексей Андреевич сполна за это поплатился, но остальные урок вряд ли усвоили. Если это необходимо, то я могу подтвердить ваше право на обозначенное имущество. С Истомиными официальных проблем быть не должно, потому что они отдали технику перекупщику, — Григорий Антонович заглянул в одну из стопок и добавил, — аукционный дом Каменского. Если направите им правильно составленное письмо, то они привезут вам ваше оборудование в указанное место и время.

— Благодарю, Григорий Антонович. — кивнул я. — Форма письма?

— Отправлю вам на почту утром, Ярослав Константинович, — закатил глаза юрист. — Пора уже в МАМИ вводить отдельный курс базовой грамотности в юридических вопросах. Ужас просто.

— Я не учусь в МАМИ, — улыбнулся я и в этот момент старик внимательно посмотрел на меня. Всего на мгновение я ощутил небольшую вспышку энергии Жизни, хотя мог поклясться, что собеседник не обладает никаким аспектом и вообще магом не является.

— Что ж… — задумчиво пожевав губами, проворчал Бетюжин. — Тогда вы достойный представитель своего рода, ваша светлость. Но это не значит, что в юриспруденции разбираться не должны. Письмо будет утром. По поводу второго вашего вопроса — ищите союзников. Желательно заключить договор в бою. Граф Старковский вам на эту роль не подойдёт. Он из второго круга, а это совсем другая история. Про договор патронажа вы и так знаете, но он вам не подходит. Не успеете, да и второй раз отдавать территорию грозит полным отчуждением. А теперь вам пора. Мне нужно возвращаться к делам.

— Благодарю за консультацию, Григорий Антонович, — ответил я.

— С вас десять тысяч рублей, — невозмутимо произнёс хозяин дома. — Ночной тариф, плюс информация вне базового пакета и работа с архивом. До свидания, Ярослав Константинович. Выход прямо по коридору. Калитку за собой закройте.

Выйдя на улицу некоторое время приходил в себя. К манере общения ворчливого старика требовалось привыкнуть. Но оно того определённо стоило. На оба свои вопроса я получил исчерпывающие ответы. Осталось понять, что теперь делать с этой информацией.

— Всё пропало, Яр! — когда я вернулся в машину, первым делом воскликнула Настя. — У нас ничего не получится. В новом законе ясно сказано, что за помощью к соседям нельзя. Иван Николаевич нам точно помочь не сможет.

— Знаю, — коротко ответил я и посмотрел на водителя вездехода. — Едем домой, Ворон.

По пути узнал массу подробностей обо всех изменениях от Насти. В итоге сложилось полное впечатление, что Император решил остановить грядущий гон аномальных зверей за счёт уничтожения всего первого круга обороны. Вот только ещё ни разу за всю историю не было такого, чтобы чудовищ из зоны вышло так много. Главным минусом ситуации стало решение об участии боевых сил губернии в защите границы. Егеря Императора всегда соблюдали нейтралитет с хозяевами владений и уходили сразу, как только ситуация стабилизировалась. Сделают ли то же самое люди Пожарского сказать было невозможно.

Спать легли поздно, а вставать пришлось с рассветом. В шесть утра я уже ехал в Себыкино. Потому что откладывать выход в аномальную зону больше возможности не было. А когда въехали на территорию посёлка, стало ясно, что рано встал не только я.

— Доброе утро, Ярослав Константинович, — поздоровался Пескарёв, когда я вышел из машины. Ворон остановил вездеход на площадке, которую облюбовали для себя дружинники. В жилую зону ехать смысла не было и глава посёлка тоже понимал, что я вряд ли к нему загляну.

— Доброе утро, Олег Дмитриевич, — кивнул я. — Случилось что-то?

— Хотел сообщить, что на производственной площадке всё в порядке, ваша светлость, — ответил Олег. — Мы с Серым приняли нужные меры и думаем, что зря развели такую панику в прошлый ваш визит. Пока охрана гостей ведёт себя максимально лояльно. Даже Лента. Жилье им подготовили, но группа Большакова практически не выходит из своего ангара. Охрана тоже там обосновалась.

— Хорошо, — ответил я. — Меры предосторожности не снижать. Как только появится возможность, добавим ещё охраны.

— Зачем? — осторожно спросил Пескарёв.

— В Твери сменился губернатор, — ответил я. — Теперь это светлейший князь Пожарский.

— Ох… — растерянно выдохнул Олег, а стоявший неподалёку Серый резко помрачнел.

— На вашей работе это никак не скажется, — уверенно произнёс я и