Фантастика 2026-107 - Наиль Эдуардович Выборнов

поносит, а я продолжаю объяснять, что ничего не изменилось и не изменится. Предлагаю поберечь это драгоценное во всех смыслах время и заняться главным: спасением этого чертово мира.

— Мы просто беспокоимся о ней, — в свою защиту заявил Грэй.

— Если бы я действительно думала, что это ее убьет, я бы вообще не позволила ей в это все встревать. Давайте на этом остановимся и завершим наши бесполезные дискуссии.

— Что будем делать, Скар? — Уточнил Киан.

— Пока она будет восстанавливаться, мы отправимся за заклинателями, — обвела всех присутствующих уверенным взглядом Скарлет. — Мы должны торопиться, поэтому — разделимся.

— Откуда ты знаешь столько заклинателей, и почему уверена, что они все нам помогут? — Уточнил Киан.

Скарлет улыбнулась. Даже не верится, что когда-то она была неуверенной забитой девушкой по имени Ирэн.

— Долг платежом красен, — сообщила заклинательница крови.

— То есть ты предлагаешь нам выбивать долги? — Повел бровью Киан.

— В твоих способностях я не сомневаюсь, — все улыбалась Скарлет.

— Кто останется с Вилу? — Уточнил Грэй.

— Никто. Мы уедем ненадолго.

— Но…

— …чем быстрее мы призовем всех заклинателей, тем быстрее все встанет на свои места.

— А если другие реальности снова начнут сливаться? — Уточнил Грин.

— Из-за того, что мы разъедимся на какое-то время, магическая подпитка должна ослабнуть, следовательно, петли поуспокоятся, как и во время каникул.

— Но нас мало, — мрачно заметил Грэй. — Как мы должны перевесить целую академию?

Скарлет мило улыбнулась.

— Как мало веры в собственные силы, — съязвила она.

Грэй ничего не ответил, просто мысленно внес Скарлет в список «Убить до Рождества».

— Рокки тоже вернется? — Нервно уточнил Оли.

— Конечно, — как будто видя насквозь провидца, подтвердила Скарлет.

Оли тут же стал пунцовым и скукожился. Я, прям, видела, как в его голове рисуются образы ее возвращения. Интересно, как она изменилась? Изменилась ли вообще?

Провалы во времени мне были не ведомы. Больше разговора между Скарлет и ее бандой (думаю, она именно так себе это все и представляла) я не видела. Впрочем, заострять свое внимание на этом моменте я не стала, переключившись на нечто другое.

На удивление я увидела Оддэт, которая все еще в том же настроении «без духа» брела по коридору. В одежде она по-прежнему выбирала только черный, выглядела также надменно и устало, как и в прошлый раз. Может, только волосы уложила.

И вот, когда ничего не предвещало, прямо перед ней появляется он. Даже в побочном эффекте реальности меня несколько кольнуло, но я по-прежнему была только сторонним наблюдателем.

Оддэт отступила, заметно удивилась, но… все-таки признала.

— Себастьян Блэкторн, — холодно и отстраненно назвала его она. — Я думала, ты умер.

Сволочь. Эту Оддэт мало за волосы оттаскать.

— Так и есть, — отозвался в ее мыслях Бас. Она же была гарпией, поэтому разговаривать с ней он мог беспрепятственно. Конечно, она слегка дернулась, но предпочла вести себя так, словно понимает, что происходит. — И умру окончательно, если это не исправить.

— Чего? — Оддэт уж совсем скорчила недовольную рожу и даже почти собралась уходить.

— Стой, — Бас схватил ее за руку, Оддэт вырвалась так, будто он ее жизни угрожал.

— Не трогай меня, — Взъелась эта несносная девчонка. — Я и ответить могу.

— Извини, — тут же ретировался Бас. — Но мне нужна твоя помощь.

Оддэт сначала просто стояла и смотрела на Баса безразличным взглядом, а потом, когда поняла, что Бас это серьезно, ее глаза округлились, и она ими выразительно захлопала.

— Моя? Ты что? С дуба рухнул?

— К сожалению, у меня нет выбора, — признался Бас. Я заметила на его лице тревогу. — Вилу не просыпается, а остальные… куда-то делись.

О, Боже. В смысле? Что произошло? Я хотела бы переживать и волноваться, но пока не могла дозваться до своих чувств.

— И что? — Брезгливо оглядывала Баса эта девчонка, — Я здесь причем?

— При других обстоятельствах я бы не стал просить, но… — Бас сделал паузу, — ты единственная, кого я знаю, и кто может меня выслушать сейчас.

— Но мне вообще нет дела до ваших дурацких игр.

— Это не игры, — Бас решил перейти к делу. — Воины света нашли наше убежище, они уже вырвали нас из той реальности в эту. Они собираются нас уничтожить. Но они не знают, что если они попытаются это сделать, баланс сил не восстановится, он, наоборот, перевесит в сторону зла.

— Ты вообще в своем уме? — Скривилась Оддэт. — Ты во что хочешь меня втянуть?

— Пожалуйста, Оддэт, мне больше не к кому идти.

Как же это?.. Как же это могло произойти? Значит, Рэйвин специально подождал, пока все так сложится, чтобы избежать преград в лице меня и остальных? Как же подло и несправедливо. И это Воин света…

— Я в этом не участвую. Мне абсолютно все равно до ваших разборок. Я в это не полезу.

Чтобы больше не продолжать эту беседу, Оддэт развернулась и уже хотела уходить, но у Баса не было других возможностей. Он оббежал Оддэт и снова преградил ей путь.

— Оддэт, — в глазах Баса я вдруг увидела то, чего не было ранее, — ты помнишь, как мы познакомились?

Судя по тому, как перекосило Оддэт, она помнила это очень хорошо. На ее щеках даже появился румянец. Но она предпочитала защищаться.

— Что тебе не дает покоя та ситуация? — Раздражалась она. — Я же сказала тебе уже. Тебе показалось.

— Нет, я не о том, — настаивал Бас, — вспомни, как мы разговаривали тем вечером.

Оддэт сжалилась и вздохнула, уткнувшись взглядом в плинтус. Бас воспринял это как знак доброй воли.

— Зои ведь нарубила дров, а ты встала на ее защиту и аргументировала ее позицию так, что ни у кого вопросов не осталось, помнишь?

Глаза Оддэт округлились.

— И ты что? Хочешь, чтоб я — гарпия, доказывала Воинам света, почему вас убивать нельзя? Да меня в клочья изорвут первую.

— Оддэт, я понимаю, это непросто, но у меня больше никого нет. Я прошу тебя. Пожалуйста.

— Да ты с ума сошел? Не стану я так подставляться и рисковать. Я — порождение тьмы, я…

— Ой, да ладно тебе, — Прервал ее Бас, не выдержав всего этого неизвестно откуда взявшегося пафоса. — Я — порождение тьмы. А ты выбрала это своим хобби. Эти девчонки обработали тебя и заставили думать, будто ты вершишь какие-то судьбы. На самом деле ты просто строишь мину и притворяешься, будто знаешь больше остальных.

— Какую еще мину я строю? — Начала голосить Оддэт, словно нарастающий вой серены.

— Ты не знаешь настоящей тьмы, ты даже понятия не имеешь, насколько это ужасно, быть в рабстве зла. Это невыносимо. Но тебе же не нужна ничья сторона, ты думаешь,