Фантастика 2025-191 - Жорж Бор

— По поводу вашего предложения, Константин Игоревич, — жестом предлагая прогуляться вдоль массивной ограды центра, произнёс я. — На данный момент я не вижу причин брать с вас клятву крови, ваше сиятельство.

— Вы отказываетесь, — тяжело вздохнул Константин.

— Почему же? — удивлённо спросил я. — Просто сейчас нет смысла связывать вас таким жёсткими обязательствами, Константин Игоревич. Путь предстоит неблизкий и далеко не факт, что вы сможете по нему пройти.

— Неужели всё настолько сложно? — осторожно спросил Быстряков.

— Какой у вас уровень потенциала основного аспекта, Константин Игоревич? — вместо ответа, задал встречный вопрос я.

— Двенадцать, — без колебаний ответил граф.

— А второго? — уточнил я.

— Как-то не задумывался на этот счёт, Ярослав Константинович, — смущённо ответил Константин. — Мне сразу сказали, что он развит слабо и этим нет смысла заниматься. Наверное, что-то в районе двух или трёх. Как у самоучек и знахарей деревенских.

Последняя фраза была сказана с едва заметным пренебрежением и я недовольно поморщился. Возможность работать с большими объемами энергии проявлялась не так часто и от самого человека никак не зависела. Всё равно, что презирать другого за рыжие волосы или кривой нос. Но желающих потешить своё эго было слишком много. А тут ещё и повод очень веский имелся.

— Тогда сойдёмся на том, что вы в ближайшее время будете таким знахарем, ваше сиятельство, — произнёс я. — Осенью вам предстоит вернуться в стены Академии и продолжить обучение. Если к этому времени вы не справитесь с моим первым заданием, то продолжать нет смысла.

— Три месяца очень большой срок, ваша светлость, — быстро ответил граф. — Что я должен сделать?

— Вам нужно поднять потенциал второго аспекта до уровня первого, — спокойно ответил я.

— Это невозможно! — тут же воскликнул Быстряков.

— Тогда продолжать этот разговор нет смысла, Константин Игоревич, — пожал плечами я.

— Как это сделать? — немного подумав, спросил собеседник.

— А вот это уже правильный вопрос, ваше сиятельство, — улыбнулся я. — Представьте, что у вас только один аспект. И используйте только его. Во время тренировок и в бою. Везде!

— Но я даже каплю воды поднять не могу! — возразил Константин.

— Сейчас, — произнёс я. — А к концу лета это вам будет вполне по силам.

— Что ещё? — посмотрел на меня парень.

— Если справитесь раньше, то приезжайте в гости, — ответил я и вопросительно посмотрел на Быстрякова. — Что-то ещё?

— Вряд ли я смогу вернуться раньше, Ярослав Константинович, — произнёс граф и торопливо добавил. — Не потому, что не буду стараться, а потому, что возможности приехать просто не будет. Я хотел вам сказать, что губернаторы сменились в четырёх ключевых областях, расположенных рядом с аномальными зонами. Из Москвы были направлены светлейшие князья на север и юг. Отец велел мне вернуться во владения рода и начать проверку дружины. Светлейший князь Тимерязев приказал всем владетелям первого круга перейти к режиму повышенной готовности. И самое главное, что сроки подготовки совпадают везде. Глава рода Быстряковых считает, что гон начнётся этим летом сразу в четырёх аномальных зонах, Ярослав Константинович. А это означает…

— Что егерей императора просто не хватит для затыкания всех дыр, — сосредоточенно произнёс я. — Тогда понятно, почему привлекли к задаче самых могущественных сторонников трона.

— Так и есть, — кивнул Константин. — Но егеря тоже примут участие в защите обитаемых земель, ваша светлость.

— Это что же за масштаб планируется такой? — недоверчиво покачал головой я. Мне просто сложно было представить силу чудовищ, для остановки которых требуются дружины владетелей, войска губернаторов и имперские егеря одновременно.

— Четвёртый и пятый ранги, Ярослав Константинович, — тихо ответил Быстряков. — По крайней мере у нас на севере. Глубинные рейды обнаружили много насекомых и с десяток развитых колоний. Многие с тяжёлыми аспектами. Смерть, Пространство, Тьма…

— И вы решили перед отъездом познакомиться с последствиями подобных стихий? — кивнув в сторону лечебницы, спросил я.

— И посмотреть, как себя чувствует мой однокурсник, — отвёл взгляд Константин.

— И как Антон Алексеевич? — сразу поняв о ком идёт речь, поинтересовался я.

— Плохо, — тихо ответил Константин. — Уже почти не узнаёт никого. Три из шести сфер разума деформированы и искажены Тьмой. Врач сказал, что шансов выкарабкаться у княжича практически нет. Только если чудо поможет.

— Неприятно, — покачал головой я. — А сам княжич что говорит?

— Он уже не говорит, Ярослав Константинович, — посмотрел на меня парень. — Вообще никого не узнаёт. Хотя ему и узнавать некого. Его уже несколько дней как привезли из имения Антиповых, но за это время даже слуги не появились. Просто кто-то оплатил содержание Антона на ближайшие два года. Но он столько не протянет. И я боюсь, что подобная судьба ждёт многих после начала гона.

— Что ж, рад был вас повидать, — когда мы остановились у машины графа, произнёс я. — Если вдруг возникнут сложности с развитием второго аспекта — можете звонить мне.

— Обязательно, ваша светлость, — кивнул Константин. — Надеюсь, что увижу вас осенью.

Графа уехал, а я ещё некоторое время стоял и смотрел вслед его автомобилю. Если грядущие проблемы настолько глобальные, то есть вероятность, что Пожарскому действительно будет не до моего рода. Вот только дыру в обороне первого круга тверской аномалии эта вероятность не перекроет.

Я развернулся и пошёл к своему вездеходу. Но потом передумал и свернул ко входу в лечебный центр. До главного здания было около двухсот метров и за время пути я обдумывал свои дальнейшие действия.

— Добрый день, господин, — мило улыбнулась мне симпатичная сотрудница на стойке регистрации. — Чем я могу вам помочь?

— Я хотел бы проведать княжича Антипова, — спокойно глядя на работницу центра, ответил я. — Если это возможно, без дополнительной регистрации. Репутация рода не позволяет мне нанести официальный визит, но честь требует и я не могу это игнорировать.

— Даже не знаю… — немного растерянно ответила девушка и слегка покраснела. — У нас очень строгие правила. Так не принято…

— Что ж, Мария, — мельком взглянув на бейджик на груди сотрудницы, вздохнул я. — Я обязан был попробовать.