Во главе закона - Лия Арден

– Мелита, – сглотнув, понял Элион, заметив хрупкую фигуру, отключившуюся на полу клетки недалеко от Маттео.

– Это она, но я не могу понять… что за помехи, – пробубнил Иво, вглядываясь в мутную картинку.

– Это огонь.

Элион вскинул взгляд на Кая, который смотрел не в телефон, а в сторону окна, затянутого полиэтиленовой плёнкой. Свет там приобрёл странный, более оранжевый оттенок и дрожал неравномерно. В груди Элиона похолодело раньше, чем Кай продолжил мысль:

– Мутность на камерах – это дым. Склад горит.

Элион побежал к окну, не обращая внимания на предупреждающий зов Кая. Он на бегу подхватил брошенный в драке топор и взмахом распорол полиэтилен, открыв вид на полыхающее в пожаре соседнее здание. Элион перемахнул через оконную раму и побежал к ближайшей двери. Замок удалось снести за два взмаха топора, но когда Элион раскрыл покорёженную дверь и в лицо ему ударил жар пламени, он оцепенел. Тело перестало подчиняться, напуганное воспоминаниями о пережитом кошмаре: мысленно его кожа и волосы начали гореть, эфемерная боль медленно, но неумолимо разрасталась, становясь невыносимой. Он тяжело задышал, покрывшись холодным потом, повёл плечами, пытаясь сбросить оцепенение.

– Ты сможешь. Сможешь! Ради Литы ты сможешь, – заверил себя Элион, сражаясь с дрожью в собственном теле, и рванул внутрь, избегая языков пламени.

Он думал, что сумеет контролировать воспоминания, но от треска огня, который уже пожрал большую часть стен, он начал задыхаться. Едкий дым тянулся на второй этаж, а каждый поток тепла ощущался испепеляющим.

Элион усилием воли заставил искать глазами ход и лестницу. Ему нужно наверх. К счастью, помещение было почти пустое и просторное. Поэтому очаги огня можно было обогнуть или перепрыгнуть, что он и делал, пробиваясь вперёд, но с трудом, буквально заставляя неуклюжие ноги двигаться. Пламя добралось до проводки, и слева что-то с грохотом взорвалось. Элион успел отпрянуть, но полыхнувший огонь лизнул руку, которой он закрылся от вспышки. На коже остался слабый ожог, а знакомая боль подсказала, что здесь не только Мелита, но и Ио.

Контракт. Ему необходимо наконец избавиться от неё.

Внезапно окружающее пламя сменило цвет на чёрный, а треск умолк, словно кто-то выключил звук. Элион решил бы, что оглох, если бы не слышал собственное сбитое дыхание. Чёрный огонь не давал дыма. Он вёл себя как знакомое пламя: танцевал и извивался, наползая со стен на потолок, – но делал всё пугающе безмолвно.

Элион обернулся. У входа стоял Кай, держась руками за горящий косяк и меняя окружающий огонь на чёрный, призрачный и абсолютно беззвучный. Сперва потемнели лишь ближайшие очаги пламени, но Кай до скрипа сжал обгоревший косяк, распространяя влияние во все стороны.

Элион глубоко вдохнул, ему даже показалось, что воздух стал холоднее, позволив избавиться от сковавшего ужаса и оцепенения.

– Тебе не нужно бояться. Пока я здесь, пламя тебя более не тронет. Я буду держать выход столько, сколько могу. Найди Вегу… нет, найди Мелиту Кайлос и вытащи. – Благодаря повисшей тишине голос Кая легко долетел до Элиона. Он застыл, испытывая болезненную благодарность. Несмотря на всё, что он натворил, Кай, Иво и Кас ни разу его не бросили. Несмотря на сумасбродство, глупости, смерть… они от него никогда не отворачивались.

– Нет! – осадил Элион, когда Иво и Кас тоже попытались зайти внутрь, чтобы помочь ему. Под его строгим взглядом они оба отступили. – Вы останетесь с Каем. Ио может намеренно нас сюда заманивать, следите, чтобы не подобралась со спины.

Получив от них согласные кивки, Элион побежал к лестнице, и если в первые моменты он продолжал огибать теперь уже сумрачные очаги, то потом поверил в Кая и побежал сквозь них. Пламя напоминало иллюзию, сотканную из плотного дыма. Оно теряло форму пляшущего огня и вновь обретало, после того как Элион его миновал. Не было ни жара, ни боли, а потому не осталось и страха.

Оказавшись на втором этаже, он столкнулся с полным огня коридором. Без Кая эту часть пути Элион бы не сумел преодолеть. Он сглотнул, покрепче перехватил топор вспотевшей рукой и побежал сквозь чёрное пламя. То взвилось, теряя форму от потоков воздуха, Элион с разбега плечом выбил дверь и вывалился в следующее просторное помещение, оно тоже горело, но в нём огня было меньше, под высоким потолком вились остатки чёрного дыма, который медленно вытягивался через раскрытые окна. Мельком осмотревшись, Элион ринулся дальше. Ещё один коридор, выбитая дверь, и он наконец оказался в огромном помещении. Элион сбежал по металлической лестнице обратно на первый этаж и замедлил шаг. Призрачный огонь вился вокруг клетки кольцами, подсказывая, что это всё не случайный пожар. Кто-то разлил то ли бензин, то ли другую горючую смесь намеренно, чтобы оставить клетку в центре, в западне.

Элион с подозрением огляделся: ожог на руке ныл и не заживал – Ио где-то поблизости, а может, и в здании. Увидев мёртвого Маттео, Элион остановился и перестал дышать, чуя запах свернувшейся крови. Невольно вспомнил все слова Веги про этого засранца. Её преданность была бескорыстной и искренней.

Тихий стон привёл Элиона в чувство, лежащая в клетке Вега зашевелилась и закашляла. Скорее всего, чуть раньше она отключилась от дыма и сейчас снова пришла в себя.

– Лита! Это я. Я здесь.

Она тут же перевернулась на звук голоса, с испугом взглянула на Элиона, попыталась приподняться на трясущихся руках и опять закашлялась. Элион нашёл дверь и замок, отступил, замахнулся топором и застыл, заметив, как некоторые языки пламени у дальней стены изредка вспыхивали оранжевыми оттенками. Кай. Он едва пришёл в себя после травмы. Цвет то возвращался, то пропадал. Элион стиснул зубы и нанёс первый мощный удар по замку, который с оглушающим лязгом разнёсся в тишине, потом второй, третий, и на четвёртый замок наконец развалился. Элион отбросил его и топор, рванул внутрь. Вега попыталась встать, но почти сразу упала на колени. Осунувшееся лицо, спутанные волосы и потрёпанная одежда. Она здесь не один день. Руки и толстовка были в крови, и первым делом Элион ощупал её, проверяя, есть ли раны. Нашёл изрезанную левую ладонь.

– Она поня…ла. Про шрам. Ска…зала, что ты… по нему узнал, – сдавленно дыша, рассказала Вега.

Искалеченную ладонь она даже не могла сжать, порезов было не счесть, некоторые до сих пор кровоточили. Вега тряслась всем телом, то и дело срываясь на хриплый кашель.

– Всё хорошо, я вытащу. Мы… – Фраза оборвалась, когда он увидел ещё одно накрытое тело; сильнее всего смрадом разложения тянуло