Фантастика 2026-154 - Луций Корнелий

мелодию, я намылилась, настроение резко поднялось, даже несмотря на перспективу наступающего вечера. И тут случилось следующее: неожиданно с ширмы исчезли мои штаны и рубаха. Я на мгновение замерла, от страха перехватило дыхание, но потом Кейн перекинул то самое шёлковое платье. Слава богу, он не собирался заходить за ширму.

— Верни обратно штаны! — как можно решительнее потребовала я, когда спазм прошёл.

— Не скандаль, Ники. Я же сказал, найду повод для тебя одеть этот наряд. Или предпочитаешь использовать полотенце в качестве одежды? — я услышала смешок. — Это ещё лучше, знаешь ли.

Ну ладно. Раз пошла такая пьянка… Закончив с мытьём, я вытерлась и взяла платье. Мягкий шёлк приятно ласкал тело, особенно учитывая, что нижнего белья на мне не было вообще, с пуговичками я ухитрилась справиться сама. И только взялась за косу, как раздался голос Кейна:

— Не заплетайся. У тебя роскошные волосы.

Закралось подозрение, он что, наблюдает за мной каким-то образом?! Сердито поджав губы, я вышла, безуспешно пытаясь подтянуть края лифа чуть повыше. Кейн окинул меня внимательным взглядом, и одобрительно кивнул.

— Как я и думал. Выглядишь просто чудесно, Ники.

Скрестив руки на груди, я хмуро уставилась на него.

— Иногда у меня складывается впечатление, что я действительно играю для тебя роль кого-то вроде куклы.

— Повторюсь, женщины никогда не были для меня игрушками, — охотник покачал головой. — Скорее, интересной разновидностью охоты.

— Ну и когда ты оставишь меня в покое? — я хмыкнула, присев на второй стул.

— Тогда, когда ты тоже начнёшь получать удовольствие от… нашего общения, скажем так, — на губах Кейна появилась ленивая улыбка. — И никакое упрямство тебе больше не будет мешать.

Чёрт. Боюсь, в таком случае он ещё не скоро потеряет ко мне интерес… Вывод не радовал. Комната окуталась вечерними тенями, огонь в небольшом камине уютно потрескивал, и вообще, в воздухе витало какое-то умиротворение, что ли. Абсолютно не хотелось устраивать очередной раунд борьбы за право спокойно лечь спать, но что-то подсказывало — спокойно я сегодня не лягу.

Неожиданно раздался стук в дверь, заставив вздрогнуть, но Кейн неторопливо поднялся и открыл. Сначала зашли две служанки с подносами, за ними — рослые мужики, унёсшие ванну. Девушки шустро расставили на столе приборы, зажгли толстые свечки в подсвечнике, и молча удалились. Я с недоумением уставилась на изящный сервиз из белого фарфора, бокалы, несколько красиво украшенных блюд.

— Я подумал, неплохо будет устроить ужин при свечах, не возражаешь? — скрежет ключа в замке прозвучал для меня похоронным звоном. Сердце упало, охватило тоскливое предчувствие — судя по всему, Кейн решил исполнить угрозу о наказании…

Я молча села за стол, но кусок в горло не лез. Жалко, выглядело всё очень вкусно. Прежде, чем занять второй стул, Кейн разлил по бокалам вино. Мне — чуть меньше половины. Так, понятно, напиться сегодня не получится. Я вяло ковырялась в тарелке, попробовав всего пару кусочков мяса, оказавшегося на самом деле вкусным, как и думала. Тишина нервировала, но первой начинать разговор не хотелось. Да и о чём собственно? Общих тем, на которые можно поболтать, у нас с Кейном вроде не имелось, притягивать за уши тоже как-то не было желания. Отхлебнув пару раз из бокала, я обнаружила, что вино вполне себе приличное, лёгкое, ароматное, с фруктовым вкусом — наверняка с юга. Неожиданно охотник перехватил мою руку. Я вздрогнула, чуть не опрокинув бокал с остатками вина.

— Не стоит налегать на алкоголь, — в его голосе проскользнули мягкие интонации. — Тем более, ты почти ничего не ешь.

— Нет аппетита, — я пожала плечами — Кейн не выпустил ладонь, тихонько поглаживая пальцы.

В голове зазвенел тревожный звоночек, но по телу разливалась приятная расслабленность, а мысли начали сбиваться и путаться.

— Я смотрю, колечко на левой руке? — он коснулся тонкого золотого обруча. — Не рановато для твоих лет, вдовой ходить?

Я поджала губы, попытавшись высвободить руку — бесполезно.

— Не дёргайся, — спокойно сказал Кейн. — Как давно это случилось?

— Больше года назад, — я избегала смотреть на него, от тепла его ладони стало вдруг жарко.

Следующие его действия застали врасплох: охотник вдруг осторожно потянул кольцо с пальца, а я настолько растерялась, что поздно опомнилась.

— Что ты…

— Шшш, — Кейн покачал головой, украшение исчезло в его кулаке. — Оставлю на память. Такие вещи из прошлого нельзя хранить, Ники. Прошлое знаешь ли может потянуть за собой…

— Что ты знаешь о прошлом, — я оставила попытки высвободить руку.

— Знаю, потому и говорю, — он чуть прищурился, и поднеся мою ладонь к губам, начал медленно целовать пальцы.

Дыхание перехватило от нахлынувших чувств, я замерла, с отчаянием понимая, что не хочу, ну не хочу сопротивляться!

— Иди сюда, — тихо позвал Кейн, легонько потянув к себе.

— Пожалуйста… не надо… — как-то совсем жалобно получилось, но чёрт возьми, я не ожидала, что он сменит тактику!

— Просто расслабься, Ники, — охотник улыбнулся, но без превосходства. Голубые глаза блеснули в полумраке, или может, это просто огоньки свечей?.. — Ты ведь знаешь, рано или поздно это случится. И потом, на мой взгляд, это не самое плохое наказание за попытку убежать, не находишь?

Сознание окутал туман, я словно со стороны наблюдала, как встала, подошла к Кейну, остановилась рядом. Он некоторое время смотрел на меня снизу вверх, потом задумчиво произнёс:

— Ты всё-таки красивая, — его ладонь скользнула вдоль моей руки, и он поднялся. — И не смей думать ни о ком другом, пока я рядом, поняла? — добавил Кейн, и в следующий момент поцеловал меня.

Ну, положим, в голову он не сможет забраться, так что о ком я думаю, исключительно моё личное дело!.. Но чёрт возьми, когда мы оказались в постели — смутно помню, как это случилось, и в какой момент платье осталось лежать на полу, — стало трудно вообще о чём-либо думать. Кейн действительно умел обращаться с женщинами, и при всём желании оказаться как можно дальше от этой комнаты, я не смогла ничего сделать, чтобы предотвратить неизбежное. Знакомая дрожь охватила тело, сердце гулко стучало в груди, пока охотник неторопливо покрывал кожу лёгкими, едва ощутимыми поцелуями, от которых поджимались пальцы на