Обратный отсчет - Токацин

— Мать их колба… — выдохнул Иджес, отодвигая Кенена и выбираясь в коридор. Люк закрылся.

— Что там? Новая работа? — Гедимин, смирившись с тем, что доделать излучатели ему не дадут, вопросительно посмотрел на командира. Тот, ошеломлённо мигнув, хлопнул себя по бёдрам и рассмеялся.

— Джед! Я понимаю, что Энцелад — далёкая планета, но не до такой же степени! У тебя календарь есть?

Гедимин угрюмо сощурился — он всё-таки что-то забыл, и, судя по взгляду Кенена, это было что-то очевидное каждому разумному существу.

— Четырнадцатое, Джед, — сказал Маккензи. — День влюблённых. Помнишь, сколько вокруг него было шума во времена Джеймса Марци? Здесь его называют Днём новой жизни и уже два года празднуют так, что окна дребезжат. Людей, видишь ли, стало мало, надо пополнять резервы…

Гедимин хмыкнул.

— Пусть построят клонарий.

Кенен покачал головой, глядя на сармата с непонятной жалостью.

— Не будем об этом, Джед. Заканчивай возню с радиацией и выходи. Если повезёт, найду тебе приличный костюм. Сходим кое-куда. Тебе надо развеяться.

Гедимин изумлённо мигнул.

— Куда?

— «Сюаньхуа», — ответил Кенен. — Ты там точно не был. А сегодня скидки.

— «Сюаньхуа»? — повторил Гедимин, с недоумением глядя на командира. — Я не могу спариваться. Нечем.

Маккензи нетерпеливо отмахнулся и покосился на передатчик.

— Тебе никто не предлагает. Это отдельные деньги — и немалые. Не знаю, что тебе наплёл Айзек — у него богатая фантазия — но мы пойдём в купальню и массажный салон. Полезно для здоровья и приятно телу. Собирайся, Джед, — у меня запись на утро.

«Идти к человечьим самкам…» — Гедимин, смывая со скафандра багряную плёнку меи, всё пытался уложить услышанное в голове; получалось плохо. «Как он до этого додумался? Исследователь, мать его пробирка…»

В скафандре он и вышел к капитанской рубке и ожидающему его Кенену, уже одевшемуся во что-то крайне странное, состоящее из трёх слоёв и предельно неудобное для любой физической работы.

— Плохи дела, Джед, — сказал Маккензи. — Моя одежда на тебя не налезет. Возьми свой комбинезон, я подумаю, что на него можно навесить.

Гедимин качнул головой.

— Я пойду так, — сказал он. Кенен изумлённо мигнул.

— В скафандре⁈ Джед, не дури. Снимай эту штуку. Твой комбинезон…

Гедимин недобро сощурился.

— Я без скафандра не пойду.

Несколько секунд они смотрели друг другу в глаза, потом Кенен отвёл взгляд и махнул рукой.

— Твоё дело, Джед. Хочешь позориться — иди. Но сам будешь думать, где там раздеться и куда деть броню.

Он осторожно, стараясь не задеть высокий воротник, надел респиратор и жестом позвал Гедимина к главному шлюзу.

Маленький глайдер довёз их до космодрома дальним окольным путём — многие городские дороги были перекрыты. На окраину из центра выплёскивалась музыка, на городской купол спроецировали изображения цветов и птиц. Заглядывая в переулки, Гедимин замечал людей — преимущественно самок — в странной длинной одежде, нижним краем практически подметающей мостовую, в венках из искусственных цветов и листьев, в странных широкополых шляпах с цветочными украшениями… Он покосился на Кенена и решил, что его одежда не такая уж дурацкая — по крайней мере, он не посадил себе на макушку ярко раскрашенную птицу.

Здание, к которому глайдер подъехал, было Гедимину знакомо — он не раз проходил мимо по дороге к мастерской, где работал Харольд. Мастерская сегодня была закрыта, на воротах висел плакат с обнимающейся парочкой.

— Голову пригни, — вполголоса посоветовал Кенен, отодвигая в сторону чёрную дверную створку с орнаментом из белых цветов.

За дверью с потолка свисало что-то волокнистое, шуршащее и звенящее, — завеса, больше похожая на примитивное устройство сигнализации, состоящее из множества нитей стеклянных бус. Выпутавшись из странной сетки, Гедимин обнаружил, что Кенен уже пересёк вестибюль со множеством коридоров, уходящих вглубь здания и расставленными вдоль стен мягкими диванами и, старательно улыбаясь, разговаривает с невысоким человеком в ярко-красной одежде. Её слои накладывались друг на друга и торчали во все стороны волнистыми выступами, почти полностью скрывая очертания тела; на лице была красная полумаска, волосы сколоты в тугой узел с торчащей из него «рукояткой» чего-то, напомнившего Гедимину заточки Линкена. Это существо агрессивным не выглядело; Кенену оно улыбалось — слегка, не показывая зубов.

— Мистер Маккензи, — тонким голосом произнесло оно, сверившись с телекомпом. — И ваш друг…

— Гедимин Кларк, — Кенен небрежно кивнул в его сторону. — Никак не хотел расставаться со своим панцирем.

«Красная» самка никак не ответила на его смешок. Дружелюбно улыбнувшись Гедимину, она сделала какую-то пометку и нажала кнопку на краю стола.

— Мистер Маккензи и мистер Кларк. Джой, проводите их в покои. Будет нужен стапель для экзоскелета. Нет, оружейный сейф не потребуется.

Она смерила Гедимина задумчивым взглядом и улыбнулась немного шире. Сармат озадаченно мигнул и покосился на Кенена. Тот всё ещё изображал широкую улыбку, но смотрел недовольно. «Что опять не так?» — подумал Гедимин, на всякий случай переводя взгляд на дальний диван.

В вестибюле было до странности пусто и тихо, будто никто не заходил сюда, и коридоры никуда не вели, — или там, куда они вели, была отличная звукоизоляция. По стенам вился крупный растительный орнамент, с потолка свисали искусственные лианы, и робот-уборщик, затаившийся среди нитей занавеси, был замаскирован под мохнатого паука.

Вышедшая им навстречу самка была в белом, чуть менее многослойном, но с той же красной маской на пол-лица. Остановившись в проёме, она отвесила неглубокий поклон. На подвижном лице отразилось удивление, а потом — смесь любопытства и восторга.

— Вы оба — сарматы? — спросила она, ещё раз поклонившись.

— Несомненно, — с широкой улыбкой ответил Кенен. — Давай, Джед, не стой! Нас уже ждут.

Три уровня раздвижных дверей открылись перед ними в одну и ту же секунду и так же слаженно закрылись за спиной Гедимина. Теперь звуков стало больше — в основном это был шум булькающей воды и шелест занавеси — эта структура, имитирующая цветущие лианы, занимала полкоридора. Самка приподняла её перед идущими, но Гедимину всё равно пришлось пригнуться.

— Ваш сейф, — сказала она, указывая на открытую бронированную дверку. — Оставьте там ценности и те предметы, за сохранность которых вы опасаетесь. Мистер Кларк, ваш стапель напротив. Вам нужна будет помощь?

Гедимин качнул головой. Он смутно представлял, как маленькая самка поможет ему со скафандром — разве что уронит на себя пластину и