Фантастика 2026-141 - Сергей Витальевич Карелин

Рыбки наутёк!

Разнеслись по свету

Словно сквознячок

Да нагадил на пол

Пикша-толстячок

- Ты ведь стащил эту песню, да? – спросила она, отсмеявшись, - Как стащил все предыдущие?

- Какое грубое слово! – «Малефакс» превосходно передал интонацию благородного возмущения, - Скажем так, одолжил у одного каледонийского гомункула. Сейчас ее распевают от Худа до Такомы. Ну как, чувствуешь облегчение? Тоска прошла?

Корди прислушалась к себе. Тоска не прошла, но затаилась где-то в середке, почти затихнув и лишь иногда тыкаясь холодным рыбьим носиком под сердце. Она осторожно улыбнулась, улыбкой со вкусом лимонного пирога.

- Да. Наверно, прошла.

- Вот и хорошо, - по каюте прошел короткий теплый поток воздуха, что могло обозначать у гомункула кивок, - Наша прелестная капитанесса вернется через несколько дней, она напомнит тебе, для чего ты здесь и как много значишь для «Воблы». А теперь подбери сопли и пошли варить акулье зелье, пока акулы не разобрали это корыто на доски!

- Пошли, - Корди протянула руку, чтоб положить секстант на капитанский стол.

И только тогда, когда он, соприкоснувшись с деревом, издал странный стук, догадалась присмотреться к нему повнимательнее.

- Святые сардинки! – вырвалось у нее невольно.

- Что стряслось?

- Секстант Ринни…

«Малефакс» присвистнул.

- Леденец? Юная ведьма, ты только что превратила в леденец любимый секстант своего капитана? Ты понимаешь, что ты натворила?

- Ох… - Корди в отчаяньи треснула по столу кулаком, - Ринни меня убьет!

- Ты слишком поспешна с выводами, - заметил гомункул, - Вполне возможно, она расчленит тебя и скормит какому-нибудь кальмару. Или сбросит в бочке прямо в Марево. Или оставит на необитаемом острове с одной только жестяной ложкой. Или…

Корди топнула тяжелым ботинком в пол:

- Я же не нарочно!

- Она тысячу раз говорила тебе не трогать секстант, - наставительно произнес «Малефакс», - Мало того, она тысячу раз говорила тебе не заходить в ее каюту. Юная ведьма, сейчас ты в беде объемом в тысячу кубических футов!

- Я не хотела!

- Ты каждый раз это повторяешь. Но я не заметил, чтоб это хоть раз послужило надежным оправданием. Твои проблемы начинаются не с того, что ты в очередной раз не в силах контролировать свою силу, а с того, что ты нарушаешь запреты.

Корди со стоном дернула себя сразу за два хвоста.

- Я всего на секундочку задумалась! На маленькую крошечную секундочку! Кордерия Тоунс, видит Роза, ты самая жалкая, нелепая и бесполезная ведьма во всем воздушном океане! Разиня! Неумеха! Сырная Ведьма!

Легче от этого не стало. Наоборот, захотелось расплакаться. Как в детстве, когда можно ожесточенно тереть кулаками глаза, не стесняясь предательской красноты, когда можно голосить и кусать губы.

Но ведьмы не плачут. Это Корди знала наверняка. Ведьмы повелевают стихиями и материей, их боится даже само Марево. Ведьмы не делают ошибок. А если где-то часом и ошибаются, то всегда знают, как исправить промах.

Вот только имеет ли она право именоваться ведьмой?..

Подхватив заворчавшего во сне Мистера Хнумра, устроившегося на ее плечах, Корди бросилась прочь из капитанской каюты.

- Ты куда, юная ведьма? – окликнул ее «Малефакс», недоуменно свистнув ветерком вдоль стены.

Корди не стала даже останавливаться, чтоб удостоить корабельного гомункула ответом.

- Туда, где можно все исправить! – крикнула она на бегу, - В штурманскую!

* * *

Снаружи уже окончательно стемнело. Если бы не сигнальные огни «Воблы», горящие размытыми рубиновыми звездами на мачтах, можно было бы заблудиться среди рангоута, как в густом темном лесу. Но Корди смогла бы найти дорогу и в кромешной темноте. Она неслась по палубе, стуча ботинками и придерживая шляпу, ловко огибая препятствия или проскакивая мимо них.

Лестница-Кривуля. Лишняя Мачта. Трюм-Которого-Нет. Полу-Бизань. Сазаний Леер.

Иногда «Вобла» казалась ей небольшой, едва ли не крошечной. Но иногда – огромной, как остров. Корди не удивилась бы, если б оказалось, что дело здесь в какой-то хитрой магии, которая то заставляет баркентину съеживаться в размерах, то, из врожденной подлости, нарочно увеличивает ее.

К штурманской она добежала запыхавшись, со сбившейся на бок шляпой и сердцем, бьющимся как не отрегулированный метроном. Мистер Хнумр, спящий на ее плечах, лишь негромко ворчал во сне – он давно уже привык к подобной тряске.

- Прекрасный забег, юная ведьма, - насмешливо одобрил «Малефакс». Он-то, в отличии от Корди, ничуть не запыхался, - Но к чему такая спешка? Едва ли наша прелестная капитанесса появится на палубе «Воблы» в течении нескольких дней.

- А вдруг Дядюшка Крунч заметит? Ох и устроит мне потом Ринни выволочку, ой-ей… - Корди опасливо потерла ухо, - Лучше я побыстрее заменю ее секстант на какой-нибудь другой, вдруг она и не заметит?

- И ты надеешься найти его в штурманской?

- Угу. Должен же быть на борту еще один? А если он есть, то наверняка здесь.

Штурманская была закрыта на засов, но замка в нем не было. Корди легко открыла дверь и заскочила внутрь. Здесь все напоминало об утреннем совещании, даже стулья стояли так, что Корди живо вспомнила и торжественное выражение на лице Алой Шельмы и хмурую гримасу Тренча и свое собственное возбуждение. Но пахло здесь не соленым ветром и не тянучкой со вкусом вяленого сома, а жутким одеколоном Габерона. Гомункул услужливо включил свет – заставил воздух пустого помещения озариться неярким свечением, словно он полнился флюорисцирующим планктоном.

В штурманской оказалось множество ящиков и шкафов, которые Корди прежде не замечала. Она принялась проворно их открывать, вытаскивая наружу содержимое.

- Секстант, секстант… Килька-тюлька, сколько же здесь карт!

«Малефакс» хмыкнул, но ничего не сказал. Корди быстро устала перекладывать кипы тяжелых бумажных листов, тем более, что на ее спине беспокойно ворочался во сне мистер Хнумр. Пришлось осторожно снять вомбата с насиженного места и пристроить в угол. Он лишь заворчал сквозь сон, перекатываясь на бок.

Корди обнаружила шкафчик с навигационными инструментами и издала было победный клич, который быстро перешел в стон разочарования – секстанта там не обнаружилось.

- Может, сказать Ринни, что его украла какая-нибудь голодная рыбеха?

- Из ее запертой каюты? – скептично осведомился гомункул, - Превосходная мысль.

- Ну хорошо, допустим он срочно понадобился мне для работы и…

- Так она тебе и поверит. Секстант